Истоки ненависти (СИ)

— Хорошо то, что хорошо кончается, — подала голос Сафира с дивана, отвлёкшись от созерцания этикеток и марок всевозможных напитков за стеклом бара, — надеюсь, они не сильно пострадали?
— Анимагены куда крепче, чем может показаться, — Прайм кивнул, — тем не менее, другого способа вытащить ваше «мрачное благородие» в наш «прогнивший город», я не знал. Да и составлять коварные планы времени уже нет.
— С чего бы? — удивился нот. — Послы только завтра прибудут в Умвелотон, войска Эххи отброшены за границы — передышку мы получили. И ты сразу же воспользовался этим, — он зло прищурился, взглянув Альвену в глаза, — уже отпраздновал захват Сольтена?
Прайм раздосадовано цокнул языком и отмахнулся, направившись к дивану перед восковой лампой.
— Тайли Сафира, не желайте ли отужинать? — ласково спросил он у встрепенувшейся новус. — Хотя я знаю, что вы не нуждаетесь в пище, но учитывая ваше нынешнее положение…
— Вы правы, Прокуратор…
— Зовите меня Прайм. Или Альвен. Как угодно, — тот щёлкнул пальцами, активируя базу роботов, — и давайте перейдём на «ты». Ненавижу затянувшиеся формальности!
— Вы… ой! Ты такой милый! — она умилённо рассмеялась. — Но ты прав — без связи с Хором, поддерживающей наши тела энергетически, организмы начинают слабеть. Поэтому я бы не отказалась от чего-нибудь вкусненького!
— Печёного картофеля, парного мяса с пенлирским перцем и нарезку свежих фруктов! — потребовал Прокуратор, повернув голову к ожидающим круглым роботам. — А мне, пожалуй, эксильтак и пряный соус к нему. Ассур, ты что-нибудь будешь? — запрокинул он голову, посмотрев на стоящего за ними анимагена.
— Обойдусь, — мрачно промолвил тот, огибая прокураторский диван, — так что за спешка? — он сел напротив них. — Зачем тебе понадобилось устраивать этот концерт?
— Нет, сначала мы поужинаем. Имей же хоть каплю вежливости в гостях. Тем более в компании столь прекрасной тайли, — Сафира самодовольно расправила плечи, с достоинством посмотрев на утомлённо вздохнувшего Ассура, — кстати, чаю или чего-нибудь покрепче? — он лукаво подмигнул ей.
— Чаю, — тут же ответил за неё ноосенс, заметив, что та заинтересованно метнула взгляд на бар, — Прайм, имей совесть!
— Ну-у-у! — обиженно протянула новус, насупившись и всплеснув руками. — Мне Имил никогда не разрешал пить и ты туда же? Какой ты бука! У!
— Сафира, — Ассур раздражённо нахмурился, — сколько тебе лет?
— Четыреста десять, — она недоумевающе склонила голову вбок, — а что?
— Подожди, — удивился Альвен, — ты ни разу не пробовала алкоголя за все четыре столетия?!
— Ну… — смутилась девушка. — Я была занята! Изучала происхождение энергетических сфер из «истинного» мира и почти не жила здесь с тех пор, как я стала Тенорусом. И вообще, Имил утверждал, что это вредно и бессмысленно!
— То есть, ты большую часть жизни провела в другом мире?
— Ну да, — Сафира говорила так, словно о чём-то обыденном и очевидном, — то есть… я хочу сказать, что это наша жизнь. Мы должны понять мироздание и научиться гармонировать с ним ради светлого будущего человечества! А то, что у меня не осталось времени на личную жизнь… ну… я всё равно новус. Детей и семьи у меня точно не будет… никогда… — она опустила голову, расстроенно шмыгнув носом.
Ассур и Прайм промолчали, чувствуя её смятение и боль. Новусы — заложники собственных сил и идеи вытащить человечество на новый уровень развития. И ради этого они жертвовали всем, включая собственное будущее. И за какими бы масками они не скрывались, ноты всё равно ощущали в глубине их душ страшную раздирающую на части боль от этой потери. «Никогда не говори никогда, Сафира, — Ассур вспомнил, с каким чувством смотрел на Арканию, обнимавшую спасённую ею девочку, — у всех есть шанс измениться. И новусы не исключение».
Напряжённую обстановку разрядили подоспевшие роботы с приготовленным ужином. Учуяв вкусный аромат дымящейся картошки и мяса, Сафира воспряла духом, вновь заулыбавшись и принявшись за еду. Оранжевые блики и тени рассеивали внимание, расслабляя разум. Даже Ассур вынужден был признать, что Прайм умеет произвести впечатление и обладает хорошим вкусом, что уж говорить о Сафире, окончательно переставшей стесняться и теперь весело болтающей с Прокуратором о каких-то несущественных мелочах, вроде результатов исследований храма Тикку в Овелаке.
 
— Кстати, Сафира, — Ассур так и не притронулся к чаю, откинувшись на спинку дивана, — знала ли ты новуса по имени Рерар Хонти?
— Рерар Хонти? — та наморщила лобик. — Ну… у нас есть несколько Рераров, но, я полагаю, тебе нужен кто-то конкретный? Из этого столетия?
— Скорее всего.
— Просто, видишь ли, у нас нет фамилий, только имена. И сказать, кто из наших Рераров именно Хонти…
— Нет, он умер, — поспешно добавил ноосенс, — и при том относительно недавно. Лет тридцать назад, примерно.
— А, тогда не знаю, — развела руками Сафира, — разве что кто-то из молодых учеников, ещё не посвящённых в Песнь. Но ими, как правило, занимаются высшие Воксы. Ещё… может кто-то из «Тёмных Голосов»? Но они появились недавно.
«Вот то-то и оно, — Ассур задумчиво опустил глаза, — «Тёмные Голоса» появились в то время, когда появился Эксплар… но как появился ноосенс Рерар Хонти? Если верить Сафире, то местные новусы были разобщены и лишены школ, где могли бы научиться управлению псионическими силами. Остаётся только два варианта: либо он обучался в Ауколисе, либо… как я… у другого опытного новуса…»
— Не сгущай краски, душелов, — Альвен расстегнул фибулу, снимая плащ. Блюдо, что принесли ему роботы, выглядело как небольшая тыква, плотно набитая мясом и рубленными овощами, залитых тягучей карамелью, — я понимаю, что ты только с поля боя, но поверь, врагов тут нет, и ты можешь расслабиться.
— Так ли это? — Ассур смерил его тяжёлым взглядом.
— Да не переживай ты за Арканию, — тот снисходительно улыбнулся, — Консента заверила меня, что больше ей ничего не угрожает.
— Консента? Сама?
— Она сказала, что кое-что поняла, — он многозначительно повёл бровями, — видишь ли, когда она пришла в Консилиум, она взяла с меня слово, что я предоставлю ей возможность поквитаться с Арканией за Корво в обмен на свои знания. И я слово сдержал, и долг перед ней закрыл. А то, что она сама не смогла расправиться с обидчицей, меня мало волнует. Да и судя по её словам, этот бой стал для неё неким открытием. Что-то она поняла…
— Она не откажется от мести, — покачал головой нот, — слишком глубокая рана.
— Полагаю, Консента давно смирилась с потерей возлюбленного, — Прайм развёл руками, — в конце концов, она далеко не глупая женщина и всё прекрасно понимает. Кроме того, — он наклонился, снизив голос до заговорщицкого шёпота, — я слышал, что она интегрировала себе «Лог-Ос». Думаю, ты понимаешь, что это значит.
Ассур медленно кивнул, обдумывая его слова. Сафира, уплетая за обе щёки картошку, с любопытством посмотрела на него, но он ничего не сказал, лишь слегка поджал губы. Почему-то ему сейчас хотелось думать именно о безопасности Аркании. Её отправили в лазарет Шпиля вместе с раненой Консентой, но его самого забрал Прайм, всё это время стоявший неподалёку от места битвы.
— А можно после ужина сходить погулять? — спросила она Альвена, также задумавшегося о чём-то о своём. — Сверху Аполотон великолепен!
— Конечно, — тот благосклонно кивнул, — я отправлю с вами А-Трибуна Рилая, чтобы устроил вам экскурсию.
— О, большое спасибо! — радостно захлопала в ладоши она. — Я ведь почти ничего, кроме Умвелотона не видела… А тут меня забросили на поле боя… и вот… — Сафира непонимающе переводила взгляд то на Ассура, то на Прайма. — Почему вы так резко замолчали? Что-то не так?
— Есть множество важных вопросов, на которые мы не можем получить ответы, — Ассур перевёл взгляд на Прайма, — например, почему у тебя в кармане мой медальон?
Тот поспешно хлопнул себя по карману мундира, извлекая оттуда серебряный медальон с красным камнем.