Дети Безымянного (ЛП)

— Нам нужно будет хорошенько подготовиться, — сказал он, прихлёбывая чай. — Есть вероятность, что после событий минувшей ночи и утра интерес к моей персоне может... возрасти. И избавиться от любопытствующих будет отнюдь не просто.
Приоресса покосилась на него.
— Знаешь, мне не больно-то понравилось обнаружить в твоём подвале мёртвого бога, Мерлинда.
— Он не был нашим богом, — холодно сказала приоресса. — Не больше, чем Топь. Он был нашим бременем. Они оба.
— Что ж, теперь это бремя легло на другие плечи, — вздохнул Давриел. — Бедная девочка.
— Что ты имеешь в виду? — приоресса повернулась к нему и побледнела, увидев, что именно он пишет. — Ты что, оскверняешь мой приорат демоническим колдовством, Кейн? Да как ты...
Он поднял взгляд и ткнул пером в её сторону. — Даже не начинай. Просто забудь. Кроме того, это и не колдовство вовсе. Скорее юридический документ, призванный напомнить тёмным силам об одном создании, которому моя душа достанется скорее всех прочих.
Только бы получилось. Он был почти готов молиться хоть мёртвому ангелу, если бы знал, что это поможет.
Пожалуйста... 
Его сердце ёкнуло, когда он услышал хор испуганных воплей, доносящийся снизу. Он вскочил на ноги, сунул под мышку свёрток и вылетел в коридор. Приоресса последовала за ним. Прислушиваясь к воплям, Давриел сбежал вниз по ступеням и вошёл в катакомбы.
Он быстро добрался до крошечного зала, где прежде хранился Зеленштайн. Несколько молодых послушников, находившихся в комнате, вопили от ужаса — видимо, они пытались как-то склеить разбитую безделушку, но их работа была прервана тёмной фигурой, возникшей перед ними в клубах дыма.
Давриел поспешно снял свой плащ и набросил его на тёмный силуэт, обретающий форму. Плащ, однако, не прикрыл его целиком, и подоспевшая приоресса ахнула при виде появившейся мисс Хайуотер. Один послушник, кажется, упал в обморок.
— Не пяльтесь, — предупредил Давриел остальных. — Это только её раззадорит.
Демонесса поймала его взгляд и улыбнулась.
У Давриела с души свалился камень. Это была её улыбка. Он боялся получить совершенно новое существо, удовлетворяющее условиям его контракта.
— Мы победили? — спросила она.
— Признаться честно, я не уверен, — ответил Давриел. — Мои крестьяне вернулись, но наша музыкально одарённая девочка скрылась с древней и невероятно ценной магией.
Мисс Хайуотер, верная себе, выжидающе протянула руку. Улыбнувшись, он достал из свёртка её гроссбух и протянул ей.
Она бросила взгляд на послушников, которые пытались бочком протиснуться к выходу. Приоресса стояла, скрестив руки на груди, но, похоже, благоразумно решила не предъявлять никаких претензий.
— Только один упал в обморок, — пробормотала мисс Хайуотер. — Я что, действительно теряю хватку? А ты? Ты позволил девочке сбежать с силой Топи? Правда?
— Я был очень занят, оплакивая безвременную кончину Злобогрыза.
— Ты неисправим, — сказала она, просматривая страницы книги и заметки на полях. — Отшучивайся сколько влезет, но я-то знаю, что тебе будет его не хватать. Есть ли ещё что-нибудь, о чём мне стоит знать?
— Священники прятали здесь ангела. Они заперли его, когда он сошёл с ума — а потом заставили несчастного Рома перерезать ему глотку.
— Мило, — заметила она. — И меня ещё называют демоном.
— Они, вероятно, будут искать новый объект для поклонения, — сказал Давриел. — Можешь предложить свою кандидатуру.
— По-твоему, как они относятся к наготе?
— Думаю, что-то между «Чёрт, да ни за что» и «Ангелы небесные, мой мозг плавится!» Но не забывай, у них симпатичные шляпы.
Она усмехнулась. — Пожалуй, я пас. Если не ошибаюсь, у меня ещё остался невыполненный контракт с одним упрямым оккультистом. А что до Тасенды, полагаю, мне всё-таки придётся её выследить. Серьёзно, Дав! Как ты мог позволить ей умыкнуть у тебя такую силу?
— Возможно, я просто не хотел ею обладать.
Мисс Хайуотер захлопнула гроссбух и недоверчиво прищурилась.
— Тасенда действительно заслужила эту Сущность, — продолжил он. — Это ведь она сделала большую часть работы — спела и вернула людям их души. Тебе следовало её видеть. Это был поистине героический поступок.
 
— Ты же не веришь в героизм.
— Вздор, — возразил он. — Я признаю, что это качество, которым, по их мнению, обладают другие люди. Что до мисс Ферласен — правда в том, что мне нужно было доказать свою точку зрения.
— Ничего не делая?
— Ничего — это как раз то, в чём я особенно хорош, — он подал демонессе руку, и та взяла её. — Пойдём. Как думаешь, мы можем рассчитывать на то, что крестьяне вернутся к сбору урожая сегодня же? Они целый день пролежали мёртвыми, значит, должны были хорошо отдохнуть, а у меня, похоже, осталась последняя жестянка с чаем...
Конец.