Наказание для вора (СИ)
— Опять им выволочку устрою, — вставил Чесэр, пытаясь усесться поудобнее и внимательно слушая подчиненного.
—…Лаэта не отпустила своего мужа одного, опасаясь ликанов, но, когда почуяла в воздухе кровь, сходила к соседям — двум эльфам-травникам, братьям Тилэ — и уже в их сопровождении отправилась по следу. Нашла за соседним домом трупы, вызвала патруль.
— Тот же самый? — невинно поинтересовался сидящий по правую руку от начальника дряхлый сморщенный человечек с тонкими розовыми, как у младенца, ручками и ножками, заостренными ушками и серебристыми жиденькими волосами. Его огромные блестящие глаза смотрели на мир с нескончаемой радостью, но это был обман. Те, кто хорошо знали Фия Йекати, первого заместителя начальника Управления, видел в этом тщедушном тельце стальной стержень, а в больших серебристых глазах — острый ум. И ехидство, но это только для друзей.
— Тот же самый, — невозмутимо ответил Крейл, но его бледно-зеленые глаза весело сверкнули.
— С патрульными надо что-то делать, — устало выдохнул старый кот, так и не найдя удобного положения для своей больной спины.
— А что ты будешь делать? — ворчливо поинтересовался второй заместитель, убирая в папку документы.
— Дельных ребят набирать, — пропищал Фий. Дитя дриад и нимф, он во всем своем облике имел вид невинный и крошечный, даже старость не добавила ему значимости и внушительности, как Чесэру или Крейлу. Чем, к слову говоря, господин Йекати пользовался и в бытность своей обычным инспектором, и когда стал заместителем своего старого друга и начальника.
— Дельные к нам не идут.
— Берти прав, — вступился Чесэр. — А тех, кто все-таки приходит, мы тут же к инспекторам закидываем. Ну а патруль… — кот махнул рукой. — А потом разгребаем за ними.
— Вот для этого дельные и нужны, — большие серебристые глаза исчезли под тоненькими белесыми ресницами, если бы не его слова, казалось бы, что Фий спит. — А брать их можно в Академии.
— Стажеры только с четвертого курса, когда хоть немного по профилю отучатся, — твердо запомнил Зелан: он, в свое время будучи еще только вторым заместителем, сумел добиться, чтобы в Управление не брали желторотых студентов с третьего курса, которые в их профессии еще ничего не понимали. Он бы и с четвертого не брал, но здравый смысл победил — когда-то же надо начинать учить мальчишек. Пять лет Академии Чесэр никогда не брал в расчет, придерживаясь взгляда, что учит только практика.
— Для патрульных, как мне кажется, знания, не полученные в Академии, не так важны.
— А дельные ребята там должны быть, — поддержал Фия Крейл.
Под двойным напором начальник сдался, для вида посверлив обоих заместителей взглядом и недовольно хмыкнув.
— Хорошо, Берти, займешься этим. У тебя ведь сын в Академии учится.
— Да, на третьем курсе.
— Так вот каких дельных ребят ты имел в виду, — развеселился Чесэр.
— Не тех, — отрезал Крейл. — Но я поговорю с сыном. А ты сначала приказ оформи.
— Оформлю, не ворчи. К зиме будет у тебя распоряжение, а у меня — смышленые ребята для патруля. Хорошо ты все-таки сына пристроил.
— Он сам, — тяжело вздохнул Альберт. — Да ты и хорошо. У тебя же самого внук в Академию поступил?
— Уже рассказал, Фий? — при этих словах Йекати сделал невинный и непричастный вид. Чесэр хмыкнул. — Да, поступил. Но не на наш факультет, а на архитектурный.
— Хороший мальчик, — одобрительно заметил Фий под тихий вздох Альберта, вспоминающего своего сына. Вот его мальчика хорошим никогда бы и никто не назвал, мирная и спокойная жизнь Лена не устраивала, поэтому его отец не удивился, если бы узнал, что вместо здорового ночного сна или корпения над книгами, тот, к примеру, шатается пьяным по городу и орет почище мартовских котов. Так что идея Зелана ему понравилась: следует пустить энергию дорогого сына в нужное русло.
— Ладно, личное — дома, давайте о нападениях, — быстро свернул с больной темы Чесэр. Ему хватало того, что эта «больная тема» дома постоянно становилась причиной скандала. Что поделать, растить взрослого внука после смерти дочери оказалось тяжело, особенно, когда ты — начальник Управления, неделями пропадающий на работе, а у мальчишки характер как у злого дракона. — Зацепки?
— Никаких, — хмуро ответил Крейл. — Свидетелей нет — слишком благополучный район. В Квартале Ремесленников и грабителей почти нет, все жители ложатся рано, по ночам никуда не ходят. Кроме целительниц, они работали в городском лазарете, направлялись домой. Ничего необычного, но маршрут, как выяснили у их подруг, не постоянный, поэтому вероятность, что целью были именно они, небольшая.
— Могли проследить.
— Могли. С первыми жертвами их ничего не связывает. Совпадает лишь пол, даже возраст разный…
— Сила, — прошелестел Фий, открывая глаза. — Сильные ауры.
Мужчины задумались на пару секунд, и Чесэр кивнул:
— Верно, у всех шести должен быть неслабый магический фон. Целительницы и служительницы Света, как никак.
— Для Рестании — ничего необычного, — не согласился Крейл. — У любой эльфийки или нимфы аура сияет в сто раз ярче.
— А ты пойди и найди одинокую беспомощную эльфийку в Рестании, — фыркнул кот, вновь принимаясь потирать притихшую было спину. — Их, знаешь ли, даже у нас не так много. Про нимф я промолчу: они из своих лесов практически не вылезают. Да и по трое их мало ходит, а у убийц, как мы видим, есть свой почерк. К слову о них: след опять не взяли?
— Нет, оборотни не смогли.
— Как и в первый раз. Запах, говоришь, странный?
— Лаэта так утверждает, но чем странный не знает, — тяжело вздохнул Крейл. — И с количеством она тоже не определилась. Сказала, что точно двое, потом помялась, и уточнила, что, может быть, трое. Опять же, почему она не знает.
— Плохо дело.
— Плохо будет, когда им станет мало, — опять заговорил Фий. Он взглянул на товарищей своими серебристыми глазами, которые казались двумя большими стеклянными на маленьком сморщенном личике. — Когда сильнее станут их жертвы.
— Не дайте Забытые Боги! — в сердцах воскликнул Чесэр. — Тогда об этом точно пронюхает Орден, и мы не выгребем.
С давних пор среди работников Управления не было особой любви к паладинам. Слишком разные цели они преследовали, но слишком часто пересекались, чтобы хорошо относиться друг к другу. Поэтому, когда возникали скользкие ситуации, и следовало сообщить о преступлении Ордену, Управление часто «забывало» это сделать. В итоге, нередко паладины прибывали на место тогда, когда было поздно.
— Не пронюхает, — успокоил его Крейл. — Нападения произошли в разных Кварталах, слухи еще не скоро свяжут их, а пока это очередное убийство в Рестании. Их у нас по двадцать штук на день.
Фий тихо вздохнул, вспоминая молодость.
* * *
Садовая улица в Старом Квартале была самой известной и древней. Гостей Рестании этот факт всегда удивлял, потому что на этой улице бок о бок стояли особняки знатнейших родов этого мира и домики обедневших и канувших в лету фамилий. Но их всех объединяло одно — древняя история. На Садовой улице стояли дома, возведенные века назад. Хозяевами их были представители самых разных рас — светлые и темные эльфы, нимфы, оборотни, люди-маги, драконы и даже вампиры. За прошедшие века обстоятельства для многих семей изменились, их величие стало былым, богатство потерялось, а дома обветшали и опустели. Но многие, еще очень многие особняки на Садовой улице продолжали стоять и хранить тайны своих господ. Таким был и особняк семьи Милы. Построенный мужем первой леди Феланэ более трех тысячелетий назад, он пережил множество войн, пожаров, землетрясение и других бедствий, которые практически стирали с лица земли Рестанию. Но магия древних эльфов хранила этот небольшой (по меркам знати) особняк с крышей цвета песка и высокой железной оградой, первой линией защиты. Даже Мила, не являющаяся магом, как эльфийка чувствовала ту силу, что окутывала дом, и нередко задавалась вопросом, каким могуществом надо было обладать, чтобы так зачаровать дом. Воистину великим. Жаль, что даже у эльфов не сохранилось записей о том периоде и раннюю семейную историю приходилось вызнавать из обрывков писем и косвенных упоминаний историков. Впрочем, этой ночью мысли Милы мало занимала генеалогия и прочие науки. Проведя с пользой день, она то и дело улыбалась, вспоминая одного рыжего лиса, пока разбирала почту и счета. В особняке были слуги, но очень маленький штат: семья Феланэ редко жила здесь. Управляющего не было, лишь дворецкий, конюх и пара слуг, поэтому приходилось несчастной девушке самой заниматься хозяйственными делами и есть то, что умела готовить служанка. Последнее особо удручало. Конечно, Мила, будучи воином, а не кисейной девицей, умела терпеть неудобства, но в данном вопросе не видела смысла. Проще найти повара. Вот только где? Круг знакомств, заведенных эльфийкой, еще не был столь обширен и разносторонен, чтобы решить возникшую проблему. Да и времени не хватало: ей и так приходилось сидеть и ломать голову над отчетами дворецкого, пытаясь понять, что им опять надо. Вот как они жили без нее все эти годы? Молча и мирно, как подсказывал внутренний голос. Но разве Мила сильно изменила своим приездом жизнь в особняке? Она ведь не устраивает приемы, не приглашает высокородных гостей, в общем, ведет такую же тихую и мирную жизнь, как и слуги.