Хронум Книга I (СИ)
Превратившееся в мумию иссушенное тело барона подхватил Олег и понес во двор. Я скомандовал этим двоим идти следом за нами.
Бесстрастно кинув тело ублюдка в печь, я вновь обратился к напуганным аристо:
— Афанасий Семеныч, — обратился я к Голицыну.
Тот вздрогнул при упоминании своего имени и жалобно захныкал:
— Лев Константинович, я все понял. Я виноват. Я компенсирую убытки. Я буду работать на вас. Я…
Жестом руки оборвал его речь. Слишком много «я» в его нытье.
— Афанасий Семеныч, да, все верно, теперь вы работаете на меня. От вас мне потребуется компенсация ущерба. Скажем… — ненадолго я задумался.
А какая сумма мне потребуется на выплату компенсаций родственникам умерших? Нужно было просчитать ситуацию каждой семьи отдельно. Чьи-то семьи потеряли одного кормильца, в других оставались лишь дети, и им нужно было обеспечить достойное существование в сиротском приюте (впрочем, приют был под моей протекцией, и эту статью можно было вычеркивать), дальше обеспечение жильем, выдача денег на оплату учебных заведений и так далее.
Вздохнул от мысли, что не подготовлен к этому разговору и напрочь выбился из рабочего режима. А ведь я всегда все держал в уме, вплоть до количества собранных центнеров зерна с одного гектара земли.
—… позже назову сумму. Сейчас не готов ее озвучить.
— Арсений Филиппович, — настала очередь Мышкина. Виконт оправдал свою фамилию, не проронив ни слова, но очень нервничал притом. — Вы на пару с Голицыным компенсируете мне все убытки. К прочему, от вас я жду передачу завода по производству элитного алкоголя.
— Сделаю, господин.
Сука, мне нужны были покорные рабы! Я его сломал или он отыгрывает роль смиренного дурачка, а завтра попытается меня выдать. Впрочем, плевать. У каждого за спиной будет мой боец. Чуть шаг в сторону, и мне об этом незамедлительно доложат. А «шагнувший», пойдет прямиком в печь, вслед за Фон Таубе, предварительно «исповедуясь» демону, что живет внутри меня.
— Здесь мы закончили, — обратился к своим близким. И они усердно закивали.
Шагнув за ворота усадьбы, мы почти сразу оказались на берегу Невы. Здесь нас дожидался водитель моего любимого Аурума, цвета мокрого асфальта. Водитель учтиво открыл дверь лимузина, но я прошел мимо. Мне захотелось спуститься к Неве.
Красивейший закат бросал ярко-оранжевые блики на водную гладь реки. По Неве неспешно плыли небольшие суденышки. В них можно было разглядеть влюбленные пары, что прижавшись друг к другу, наслаждались видами вечерней столицы. Рядом сновали утки, выпрашивая у нашей троицы, что расположилась в расслабленных позах на берегу, кусок хлеба или колбаски. Олег протянул мне открытую бутылку бренди.
— Почему мы их не убили? — нарушил тишину Денис.
— Арбитры.
— Ты как обычно, брат! — заржал Олег. — К чему лишние пояснения, когда можно обойтись одним словом, сразу все становится ясным!
Я расплылся в легкой, ничего не выражающей улыбке.
— Ладно, слушайте. По нам ударили, можно сказать, не сильно. Не ударили, а пощекотали нервы. И кто был заказчиком?
— Арбитры.
— Верно. При этом запретили прикасаться к дорогим мне людям.
— Я тоже тебе дорог? — спросил слегка смущенный Денис.
Я недоуменно на него посмотрел.
— Конечно, дорог. Ты мой друг. Мы с тобой в одной песочнице играли, прошли две войны. Млять, Денис, ты чего пунцой наливаешься, как барышня? Ну-ка, соберись!
— Да я того… Подпил уже малость. Растрогался что-то.
— Да, вы мне дороги! — повысил голос, четко давая понять, что на этом тема исчерпана. — Но арбитры запретили вас трогать. Спрашивается, почему?
Оба лишь развели руками.
— Я им зачем-то нужен. Помнится, вы говорили мне, что моя могила была варварски повреждена, а земля перерыта.
— Было такое.
— И после этого начались нападения. Верно?
— Буквально на следующий день напали на село Смородина.
— Так вот… Организация, что натравила на нашу империю три бестолковых рода, таким вот нетривиальным способом намекнула мне, что пора выходить из тени. Заметьте, играючи! Они устраивают покушения на императора чуть ли не каждую неделю, что тогда говорить о нас?
— Это правда. Если арбитры вступили в игру, то могут разрушить все наше дело под корень.
— Именно.
— И что нам делать?
— Ждать. Скоро они выйдут напрямую. Пошлют пешку-курьера и устроят мне аудиенцию.
— И ты не боишься?
— Честно сказать? Боюсь. Но ничего другого не остается, как идти безвольным бычком с кольцом в носу.
— Не хочу я быть бычком, — насупился Олег. — Так ты не ответил, почему мы не расправились с герцогом и виконтом?
— А тебе от этого легче будет? Они пешки в чужой игре. Позарились на звонкую монету, а в итоге работают на меня… — тут я поспешил исправиться. — На нас.
— Вечно ты со своими штучками, игрой слов. Говори прямо: работают на меня. Думаешь, я против?
Я отпил из горла и продолжил:
— Мышкин предприимчивый парень. Если не сдаст нас министерству, может понадобиться как управленец.
— И ты допустишь его до своих активов?
— Непременно. Если покажет себя с нужной стороны.
— Хорошо, а Голицын?
— Не знаю пока, не придумал. Пусть выплатит компенсацию, а позже будет видно, куда его пристроить.
— Я, кстати, хотел спросить насчет сквада. Его ведь нужно расширять.
— Все верно говоришь, я и сам хотел тебе об этом сказать. С учетом потерь у нас числится сто восемьдесят шесть бойцов?
Друг утвердительно угумкнул.
— Доведи до трехсот пятидесяти, а дальше видно будет. Обязательно подумай над структурой. Ты ведь не сможешь вечно бегать за всеми, назначь старших, разбей по звеньям. Что я тебе рассказываю, ты ведь служил. Сделай что-нибудь подобное имперской армии, только лучше. Справишься?
— Справлюсь. Сложно будет найти столько одаренных, но я справлюсь.
— Да, вот еще что… Нам срочно нужны туманники или бойцы с похожим даром и лекари. Не меньше десятка.
Денис ненадолго завис, укладывая в не совсем уже трезвой голове полученную от меня информацию, и снова угумкнул.
— Ну что, долго мы еще будем любоваться на закат? — не выдержал уже брат. — Может в «Пьяную вишню» заглянем?
— А пошли!
Мне не нужно было говорить дважды. Почти два месяца, что я скитался по джунглям, обходился лишь редкой мастурбацией, в минуты невыносимого спермотоксикоза. Один раз даже пришлось онанировать на особо «красивую» корягу, представляя вместо нее… Не буду говорить кого. Была с нами страшненькая проводница из местных, но запах немытого тела отбивал всю охоту.
Элитный публичный дом «Пьяная вишня» находился на окраине Петербурга. Почему выбор пал именно на него, а не на ближайший к нам? В «Вишне» сегодня выступала «волшебница» Герда. Свое имя она получила после череды фееричных выступлений. В самом деле, девушка определенно была одаренной, иначе объяснить ее волшебство я не мог.
В машине переоделись в новые комплекты, которые здесь хранились как раз для таких случаев, открыли бутылочку хорошего виски и в предвкушении веселой ночи тронулись в путь.
Когда до «Вишни» оставалось всего ничего, машина неожиданно остановилась. Шумоподавляющее стекло, разделяющее нас, опустилось, водитель поспешил пояснить:
— Впереди пост.
Я напрягся. С чего бы ему тут взяться? Не иначе подстава. Мы одновременно потянулись за оружием, когда к нам не спеша зашагал крепкий на вид полисмен с жезлом в руке.
Водитель вновь опустил стекло, но включил звук из водительского отсека, чтобы мы слышали их разговор.
— Младший грандмейстер Обухов. Предъявите документы.
— Пожалуйста, — водитель протянул ему кипу бумаг.
Мы не сводили глаз с Обухова, но никаких подозрительных действий с его стороны пока не было. Парни заметно нервничали. Успокаивающим жестом попросил Олега прекратить трансформацию.
— С документами все в порядке, но попрошу вас развернуться.
— Это еще почему?
— Сатанисты, — буднично вздохнул младший грандмейстер и отдал документы обратно. — Счастливого пути.