Вкус ночи (СИ)

Кажется, что я дышу слишком громко. Я стараюсь задерживать дыхание, но ничего не получается.
Легкие горят, а из груди так и рвется крик. Хочется к маме. К тетушкам. К сестрам.
Но я здесь одна. А где они?
Женщина парит по близости, рассматривает мои игрушки, книги, фотографии, цветы, которые я растила вместе с семьей. Трогает все, принюхивается.
— Какая ты красивая девочка. — говорит она.
Мое сердце готово разорваться от ужаса.
Монстр разворачивается, и ее острые каблуки врезаются в пол. Я вздрагиваю.
Дышать начинаю еще чаще. Тяжелее. В ушах шумит кровь. Ее же вкус ощущается на языке.
Женщина медленно движется ко мне.
Я не знаю, что мне делать. Куда бежать.
Тело будто парализовало. Мысли в голове мечутся из крайности в крайность.
Мгновение, и кроватка резко поднимается и с жутким грохотом разбивается о стену.
Я кричу с испугу и едва слышу довольный смех змеи, пробравшейся в мой мир.
Ее глаза горят. На губах, подбородке, шее и одежде свежая кровь.
Зверь. Убийца. Монстр.
Какой-то импульс вынуждает меня сорваться с места. Но я не успеваю убежать далеко.
Она перехватывает меня и, цокая языком, подтаскивает к себе.
Легко поднимает меня, одной рукой держа за шею.
Я бьюсь, пинаюсь, царапаю ногтями ее холодную руку, но хватка не ослабевает.
— Ну-ну, милая. Будь хорошей девочкой. — лепечет змея.
Сдав мое горло еще сильнее, отчего я начинаю хрипеть, она опускает к моей груди длинный нос.
Глубоко вдыхает и протяжно стонет.
— М-м-м… Твой запах..
Резкий укол боли пронзает грудь.
— А-а-а!
**
— А-а-а! — я резко распахнула глаза.
Проснулась от собственного крика, наполненного ужасом.
Учащенно дыша, осмотрела комнату. Никого.
Световые шары светили приглушенно, но темноту разгоняли полностью.
Выпустив одеяло из рук, я с облегчением выдохнула и запустила пальцы в растрепанные волосы.
Кошмар. Это просто страшный сон, Ката. Все позади. Мы в безопасности… Да..
Во рту стоял привкус пепла. Спину саднило.
Крылья, а точнее то, что от них осталось, жутко болели. Когда-то эта боль вынуждала меня плакать и кричать, но сейчас же..
Дверь в спальню резко распахнулась.
— Ката! — испуганно выкрикнула Флора. — Ката!
Едва не споткнувшись о ковер, она добежала до моей кровати и опустилась на пол.
Ее руки обхватили мое мокрое от слез лицо. Лиловые глаза Фло уставились в мои.
— Я так испугалась! Боги… Малышка… Ты кричала. Снова кошмары?
— Угум. — выдавила я.
Она резко притянула меня к себе и крепко обняла.
Одна рука легла мне на затылок, вторая на спину. Фло тряслась, так же сильно, как и я.
Ее крылья шелестели, нарушая тяжелую тишину.
— Ничего. — зашептала она. — Все позади. Мы выжили, Кати.
Сбежали, пролетело у меня в голове. Мы просто сбежали.
— Они никогда нас не найдут. Никогда.
Найдут. Это лишь вопрос времени, когда заклятие той ведьмы падет.
Метка над грудью все еще пульсирует. Она приведет их ко мне. К нам.
И они закончат то, что начали 7 лет назад.
  
Глава 4. Что у спокойного на уме, то у нервного на языке
 
Следующий день выдался тяжелым.
После занятий я заглянула к научнику.
Получила много дополнительной работы, которая больше будет отвлекать от главного исследования, и выслушала, какие бездарные у Кривозуба студенты.
Чем он опять был не доволен, я не поняла. Да и мне было плевать. Главное, что он говорил не обо мне. В кои-то веки!
Таща в руках огромную кипу бумаг, я шла к своей лаборатории.
Студенты, не обремененные заданиями и работой, украшали коридоры академии к празднику Единства.
Столько цветов и украшений я не видела даже на Балу весеннего равноденствия, посвященного Светлой Тиане.
Не желая того, привлекла чужое внимание. Студенты начали отрывать от работы. К счастью, не многие.
Но и этого хватило, чтобы мое лицо вспыхнуло. Я ненавижу внимание, и уж тем более не переношу эти презренные взгляды.
С того момента, как стало известно, что мы с Кристианом помолвлены, они преследуют меня везде, куда бы я не пошла.
 
В основном, их источник — девушки.
Понятия не имею, что я им сделала. Кристиан не пользуется особой популярностью среди студенток, потому что они его боятся.
Я тоже его раньше боялась, пока не узнала, какой он на самом деле.
Чуткий, добрый, заботливый… Рядом с ним я обретаю покой.
И это удивительно, потому что вампиры — последние создания, которым бы я доверилась.
И что им надо? Ядовитые змеи.
— Они просто завидуют. — сказала «вывалившаяся» из воздуха Мими.
Я вздрогнула, напуганная ее неожиданным появлением.
Она опять подслушивала. До сих пор не привыкну, что элементаль слышит мои мысли.
Послышались смешки от девчонок, украшавших цветами колонны.
Я опустила голову, покраснев до кончиков волос.
— Чему? — тихо, чтобы никто не слышал, спросила я.
Для полного счастья не хватало, чтобы обо мне пошли новые слухи, мол я сумасшедшая, раз разговариваю сама с собой.
Просто Мими никто не видит, пока она того не захочет. А на глаза она показывается только Флоре и… Брендону.
— Ты не только отхватила высокородного эсая, занимающего весьма важное положение в республике, но и смогла продолжить обучение. Выскочи они замуж, их бы сразу выперли из академии, ибо, — она набрала полную грудь воздуха и спародировала голос советника Витариана. — «Негоже замужним эссам терять годы, постигая не постижимое. Есть более полезные дела — заниматься домашним хозяйством и вынашивать наследников. Наше будущее!». Фу-у, отвратительный старикашка!
Я поморщилась, мысленно согласившись с ней.
— Ката? — окликнула меня Мими.
Мы завернули за угол, где была лестница.
— М-м?
— У тебя остался тот вкусный лимонад?
Я нахмурилась, не понимая, о чем она спрашивает.
— Ну, тот, который мы пили с тобой на прошлой неделе? После него еще ты отчихвостила Брендона, причем ни за что! Мальчик подарил тебе полевые мириалии, а ты… тьфу! Съездила ему ими по личику и упорхала покорять каменное сердце женишка.
Э-э… Что-то такое припоминаю, но как-то смутно.
Брендон правда принес мне цветы? Еще и мои любимые?
Ой, наверное, ему было больно. Они ведь колючие, как розы! А кристиан..? О Боги..
Словно в насмешку память подсунула момент, когда жених укладывал меня спать.
— А ккакж спружский долг?
— И его не будет. Пока не придет время. — мягко сказал Кристиан, укладывая меня в свою еще теплую постель. — Ты еще слишком юна, Ката.
— А склко тбе лет?
— 79. — он накрыл меня мягким теплым одеялом.
— Ой-й, дед-у-у-уля!
Он засмеялся. Тихо, хрипло. Одним словом красиво. Так похоже на смех Брендона…
— Спи, милая. Доброй ночи.
— Дброй ночи, ддуля. — я зевнула. — Дброй ночи Брендн. О! — громко воскликнула я в потолок. — Склько годов Брндну?
Тишина. Его рука лежала поверх одеяла на моем животе и не двигалась.
— Что? — спросил он.
— Ккой ты непнтливый!
Я опустила на него глаза. Правда, его лицо было размытым.
— Брендн тож дррревний? — медленно, старательно выговаривая, спросила я.
Ответил он не сразу.
— Нет. — его голос, показалось, огрубел. — Ему всего 20. Он еще совсем мальчишка.
— Угум… Млчышка. Эт хрошо. — я легла на правый бок, повернувшись спиной к Кристиану. — Спокннн ноччи.
— Ката? Ката?!
— Ай! — пискнула я, схватившись за голову.
— Так-то лучше. — вспыхнув точно факел, сказала Мими.
— Не трогай мои волосы, Мими! — воскликнула я. — Ты можешь их сжечь!
— Невелика потеря! — отмахнулась она. — Эта шевелюра только жить мешает.
— Ты..
— Веснушка? — прозвучало издалека.
В тишине коридора этот голос был подобен раскату грому.
Я остановилась как вкопанная. Меня будто молнией ударило, и по телу побежали мурашки.