Проклятое сердце

Мне нужно гнать его прочь. Срочно.
– Как тебя зовут?
– Оушин, Колин, Киран, Киан, Лиам, Фионн, Дара, Шей – выбирай любое имя или же придумай свое. – Он пожал плечами и сел на стул, пару раз подпрыгнул на сиденье и, скорчив недовольную гримасу, встал. – Мне все равно.
Он, видимо, считал себя неотразимым. Порочная улыбка и озорной блеск в глазах цвета океана наверняка вскружили бы мне голову, но… Однажды я уже поддалась мужскому обаянию, а потом об этом горько пожалела. Я не допущу, чтобы подобное повторилось вновь.
– В общем, как бы тебя ни звали, ты должен уйти. Тебе нельзя здесь находиться. – Если он не намерен отвечать на мои вопросы, пускай идет на все четыре стороны.
– Сперва мне нужно попросить тебя об одолжении. – Он провел длинным пальцем по мраморной каминной полке, на которой стояли фарфоровые статуэтки и шкатулка с драгоценностями. Угли в камине вспыхнули с новой силой, обдавая меня волной тепла.
– О каком таком одолжении?
Я ждала объяснений довольно долго, наблюдая за тем, как он рассматривает меня с нечитаемым выражением лица. Мое терпение лопнуло.
– Ты будешь отвечать на вопрос или нет? Уже поздно, и я хочу вернуться в постель.
Незнакомец бросил взгляд на мою кровать.
Я с ужасом почувствовала, как кровь приливает к щекам, будь оно не ладно.
– Одна, – выдавила я.
Благодаря своим черным жилету и брюкам он больше напоминал тень, пока не подошел ближе.
Пламя камина осветило его лицо, подчеркивая шрам поперек носа.
– Почему одна? Я не в твоем вкусе?
Очень даже в моем. Вряд ли найдется девушка, которая посчитала бы его непривлекательным.
– Да, ты не в моем вкусе.
Он подался вперед, задев носом мою щеку, и прошептал:
– Врешь.
От тембра его голоса у меня по коже побежали мурашки, а сердце забилось чаще. Ну почему тело предает меня, реагируя на существо, которое может убить меня одной лишь силой мысли?
И все же ни один мужчина, каким бы красивым или могущественным он ни был, не имел права вторгаться в мое личное пространство без моего разрешения. На рынке он застал меня врасплох. Но сейчас я готова дать ему отпор.
– Убирайся из моей комнаты, или я закричу.
Мы никто друг другу. Я ему ничем не обязана.
Незнакомец отстранился, но аромат его магии остался и осел у меня на языке. Я сглотнула, с удивлением обнаружив, что магия согрела меня изнутри, будто я выпила чашку горячего чая.
Он задел мое обнаженное предплечье рукавом рубашки, когда направился к окну, где остановился и провел пальцем по цветочному узору на занавесках.
– Но если ты закричишь, разбудишь свою несчастную сестру.
Меня будто окатило ледяной водой.
Он знает, что у меня есть сестра? Нет. Не может быть. О боже!
Неужели он подслушал мой разговор с Робертом? Или успел лично познакомиться с Кейлин? От этой мысли у меня подогнулись колени.
– Говори, что тебе от меня нужно. – О каком бы «одолжении» он меня ни попросит, я выполню его при условии, что он будет держаться подальше от моей сестры. Кейлин все еще юна и наивна, когда дело касалось мужчин. А если он надумает пустить в ход свое обаяние, моя сестра тут же попадется на его удочку.
Незнакомец потянул за нижний край жилета, расправляя его над золотой пряжкой ремня.
– Поцелуй меня.
Внезапно сотни бабочек запорхали в животе, отчего у меня перехватило дыхание.
– Ни за что!
Я не стану целовать его идеально-розовые губы, такие мягкие, податливые, теплые и наверняка волшебные на вкус…
Нет-нет-нет. Исключено.
– Не смотри на меня с таким ужасом. Я ведь не денег в долг попросил. Всего лишь один поцелуй.
Всего лишь один поцелуй! Он говорит так, будто поцелуй – разменная монета. Я не имела привычки раздавать поцелуи направо и налево даже среди знакомых, что уж тут говорить о незнакомцах.
– Зачем?
– Это не твое дело.
Серьезно? Он просит меня о странном одолжении, но это не мое дело? Но, с другой стороны, если он пойдет с подобной просьбой к Кейлин, она даже вопросов задавать не станет.
– Если я соглашусь, ты должен поклясться навсегда оставить меня и мою сестру в покое.
 
Он положил левую руку на сердце, а другую поднял в воздух.
– Клянусь жизнью своей матушки, что оставлю твою сестру в покое.
– Ладно. – Я зажмурилась и сложила губы трубочкой, постукивая пальцами по бедрам в такт бешено колотящемуся сердцу.
Ничего не произошло.
Я открыла глаза. Незнакомец смотрел на меня, задумчиво наклонив голову вбок, отчего прядь волос цвета красного дерева упала ему на лоб.
– Ну? И чего ты ждешь? – язвительно спросила я.
– Ты выглядишь несчастно.
А как еще я должна выглядеть? Он проник в мою комнату, угрожал моей сестре и шантажом принудил меня к поцелуям.
– И как я должна выглядеть, чтобы угодить тебе? Может, мне стоит улыбнуться? – Я выдавила улыбку, которая, вероятно, была больше похожа на оскал. – Или притвориться, будто у меня закружилась голова от переизбытка чувств? – Я приложила руку ко лбу и упала на близстоящий диванчик. – О, кажется, поняла! – Я вскочила на ноги и подступила к незнакомцу вплотную, внутренне ликуя, когда он невольно попятился назад. – Мне надо изо всех сил хлопать ресницами, чтобы улететь на седьмое небо от счастья, ведь такой красавчик, как ты, попросил меня о поцелуе.
Уголки его губ дернулись в улыбке.
– Значит, я все-таки в твоем вкусе.
И вот он – очередной мужчина, который слышит только то, что хочет услышать.
– Ты мне противен, – процедила я.
Он широко улыбнулся, демонстрируя глубокие ямочки на щеках.
– Так ты поцелуешь меня или нет?
Я подалась вперед и прижалась своими губами к его рту. Мое тело будто бы пронзило молнией, а перед глазами вспыхнула белая вспышка.
Я распахнула глаза и встретилась с удивленными синими глазами незнакомца. Я отпрянула назад, прижав руку к губам. Мои ноги стали ватными, и я упала на диванчик.
– Черт. – Он попятился к двери. – Наконец-то я нашел тебя.
Прежде чем я успела спросить, что он имеет в виду, незнакомец исчез.
 
Глава 4
 
Когда унаследую поместье, первым делом избавлюсь от этих отвратительных портьер. От позолоченных рам и подсвечников – тоже. Возможно, во времена моего деда все это было в моде, но мне бы хотелось жить в красивом и уютном поместье, а не в средневековом замке с безвкусным и кичливым интерьером.
Единственным украшением этой комнаты была большая картина с изображением морского побережья, написанная одним из дальних родственников. Бурные волны разбиваются о берег, подкидывая в пасмурное небо белую пену. Если случится пожар и я успею спасти из пламени только одну вещь, то ею будет эта картина.
Я коснулась пальцами губ, наверное, в тысячный раз за сегодня. Я не принадлежала к числу тех девушек, что целуются с незнакомцами у себя в спальне. Подобное безрассудство чревато последствиями. Мне надо было сосредоточиться на том, чтобы найти себе мужа, и даже не думать о том, что произошло накануне ночью.
И все же я не могла думать ни о чем другом.
Кейлин ударила меня по ноге, отвлекая меня от мыслей, и пристально посмотрела на меня. Ее густые каштановые кудри сияли в свете камина.
– Ты меня совсем не слушаешь. – Кейлин надулась и отложила вышивку на диванную подушку, лежащую между нами.
– Прости. Не знаю, что на меня сегодня нашло.
– Сегодня? Ты витаешь в облаках всю неделю!
Если бы мою сестру поцеловал загадочный незнакомец, она вела бы себя точно так же, как я сейчас.
Я не могла перестать думать об этом поцелуе. Если то, что между нами произошло, вообще можно назвать поцелуем. Мы всего лишь соприкоснулись губами. Что было бы, поцелуй он меня по-настоящему?
Я невольно поджала пальцы ног в домашних тапочках.
Я никогда не узнаю ответа на свой вопрос. Незнакомец сдержал свое обещание и с тех пор не возвращался. А я места себе не находила.