Лишняя в этом доме (СИ)

Вот только, я об этом не знала. Я соглашалась на поцелуи и, возможно, прикосновения. Максимум на временные метки. Прошлым вечером я позволила куда больше и по мне это слишком сильно ударило.
У нас явно были разные понятия этих отношений.
И что теперь? Я не согласна на те отношения, которыми он их для себя видел. Брендон… Ввиду приближающегося гона и того, что ему во время него точно нельзя пить подавители, физически не сможет сдерживаться.
В этом плане мы были не совместимы. Вообще.
  
Глава 26 Навсегда
 
«Я не чувствую твой запах и приближение гона ощутить не могла» - я написала ответ, после чего отложила телефон в сторону. Услышала, что он опять зажужжал оповещая о новом сообщении от Брендона. Но я не стала его смотреть. Морально не смогла этого сделать.
Внутренне я ощущала, что этот разговор лучше отложить. Хотя бы на десять минут, чтобы прийти в себя. Иначе, ничего хорошего из этого не выйдет.
И так было паршиво на душе. Невыносимо тяжело. Мне нельзя пропускать омежью школу, но завтра я опять не могу туда пойти. То, что мы с Раселом прикованы друг к другу на неизвестное время – вовсе кошмар. И то, что происходило между мной и Брендоном окончательно уничтожало.
Вот почему у нас невозможны обычные отношения? Со свиданиями и постепенным развитием прикосновений? Чтобы у меня была возможность привыкнуть к ним и позже ни о чем не сожалеть. Чувствовать, что Брендон ко мне внимателен, а не так, как сейчас, что все нахлынывает сокрушающими волнами и я просто напросто ощущаю себя использованной.
Или я хочу слишком многого? Наверное. Это же Брендон. Какого внимания я от него ожидаю? Но это мои первые отношения. С тем, кого я любила настолько сильно, что рядом с ним даже нормально дышать не могла. Тем, кто мог разбить меня лишь одним неверным прикосновением.
А «неверного» между нами было слишком много.
Можно ли было считать, что меня уже сейчас разбивало на части? По ощущениям примерно так и было.
В кабинете царила тишина. Расел работал. Я всеми силами пыталась делать все, чтобы не мешать ему. Брендон сидел. Молчал. Прожигал нас взглядом. Но на диване разместился вальяжно. Словно хищник, которому принадлежал весь мир. И то незримое, что исходило от него и касалось кожи, обжигало. Оставляло ожоги.
От Брендона пришло еще одно сообщение и я с отчаянием поняла, что наступило время продолжить разговор. Я еще не успокоилась и не пришла в себя, но понимала, что еще больше откладывать это нельзя.
Вот только, лучше бы я не открывала сообщение. Не читала того, что мне написал Брендон:
«Расел тебе, блядь, нравится. Ты говорила, что меня любишь, но видно, чуть что не против и с другим замутить. Хуевая у тебя любовь. Или это просто ты шлюха?»
У меня челюсти свело от того, насколько сильно я стиснула зубы. Я плохо ощущала себя в это мгновение, словно сообщение Брендона ударило по мне. Встряхнуло изо всех сил. Так, что сознание зарябило и горло сжало нечто невидимое, не позволяя нормально дышать.
Я не сразу поняла даже то, что у меня начали дрожать пальцы. Уловила это с опозданием. Лишь когда начала писать ответ:
«Что я сделала, что ты решил, что можешь называть меня так?»
Я вообще много всего хотела написать Брендону. И я написала, но потом удалила. Еще раз написала и опять удалила. Так несколько раз. Бесконечно долго пыталась подобрать правильные слова, но в итоге оставила только один этот вопрос, который отправила.
Ответ от альфы пришел мгновенно:
«Влюбилась в другого. Как только я отошел, ты побежала участвовать в этих блядских играх в наручники с Расом. Привязалась к нему, пока я был в гребанном колледже? Я еще не уехал, а ты уже трешься около него? Блядь»
Ладонь, в которой я держала телефон, окаменела и мысли поплыли.
Он, что… думал, что мы с Раселом по своей воле пошли на этот эксперимент?
Я понимала, что в его мыслях был смысл. То есть, Расел не тот, кого можно заставить делать то, что ему не нравится. Я тоже в этой ситуации не вела себя негативно по отношению к нему. Мы даже сформировали команду.
 
То есть, смысл в мыслях Брендона имелся, но как он мог настолько просто называть меня легкодоступной? Обвинять в том, что я побежала к другому альфе?
Я не знала, на какие эмоции меня пробрали его слова. Возможно, на злость. Или же на что-то более глобальное. Даже болезненное.
Я взяла телефон и дрожащими пальцами написала сообщение:
«Ты думаешь, что мы по своей воле участвовали во всем этом? Хорас, Дастин и Лойд поймали меня, когда я вышла из комнаты. И плевать им было на мои сопротивления. Они надели на меня один наручник и протащили по всему дому в поисках еще одной омеги. Потом хотели нацепить наручник на тебя. Чтобы проверить их исправность, нужен был альфа, у которого приближается гон. Я так и узнала, что он у тебя скоро будет. Но тебя дома не было и они надели его на Расела. Без предупреждения. Просто зашли в библиотеку, где он находился и защелкнули на его запястье браслет. Мы с ним от этого не в восторге. Ты даже не представляешь насколько. У меня будут огромные проблемы, из-за того, что я не могу пойти в омежью школу. А Расел уже взял подавители, которые угробят его здоровье»
Отправив это сообщение, я написала еще одно:
«И как ты можешь так думать про меня? Когда я только поняла, что люблю тебя, я так же осознала, что кроме тебя больше никого не вижу. Знаешь, пыталась посмотреть на других альф. Неважно на кого. Главным было убедиться, что для меня существуешь не только ты, но у меня ничего не получалось. Я опять пыталась. Долго и усердно. Но все равно ничего не выходило. Был только ты и все. И то, что было между мной и тобой, я могла дать только тебе. Так, как ты можешь так про меня думать?»
Писать эти сообщения было трудно. Я будто выворачивала душу наизнанку и даже показывала то, что хотела бы скрыть. Но все равно все это писала быстро. Не обращая внимания на то, что некоторые мои фразы могут быть неразборчивыми. В любой другой ситуации, я бы тщательно обдумывала каждое слово, которое намеревалась написать Брендону, но не сейчас. В пожирающих эмоциях хотела поскорее прояснить ситуацию.
Вот только, Брендон не прочитал мои сообщения. Даже не заметил того, что они пришли, ведь в этот момент как раз отбросил телефон на другую сторону дивана.
- Рас, - Брендон поднял голову и окинул брата пренебрежительным взглядом. Смотрел на него, как на мусор. Впервые на моей памяти. Обычно, среди братьев, у них как раз были самые лучшие отношения.
- Что? – Расел закрыл несколько вкладок. Вместо них открыл другие. На Брендона он не смотрел.
Альфа поднялся с дивана и подошел к столу. Медленно. В какой-то степени даже лениво, а я от этого застыла. Будто предчувствуя что-то нехорошее, сжалась.
И это «нехорошее» действительно произошло. 
Брендон сжал сзади шею Расела и изо всех сил ударил его головой о стол. Вернее, о клавиатуру ноутбука. Из-за чего та треснула и клавиши разлетелись в сторону.
- Твою мать, - Расел отшвырнул руку Брендона. У него была разбита губа и на щеке возник глубокий порез, но казалось, что его это совершенно не интересовало. Расел смотрел только на свой ноутбук. Обезумевшим взглядом. Словно его волновало лишь то, что вся его работа пошла к чертям.
- Как жаль, - ответил Брендон, но по голосу было понятно, что ему ничерта не жаль. – Может, вместо гона этим займешься?
- Я. Тебя. Убью. Нахрен.
- Попробуй, уебок.
Происходило то, чего я никак не ожидала. Не думала, что такое вообще возможно, ведь Брендон и Расел всегда имели особенно дружеские взаимоотношения. Я не слышала, чтобы они за все годы хотя бы одно плохое слово сказали друг другу.
Вот действительно словно близнецы.
Но уже в следующее мгновение они сцепились. Не помешал даже массивный стол, который тут же полетел в сторону и я будто бы очутилась в эпицентре бури. Они примерно равны по силе, но сейчас именно Брендон был в большей ярости. Это единственное, что я поняла, так как я тут же зажмурилась и, единственное, что могла делать, так это кричать и просить их прекратить.