Декамерон (СИ)
Скандальное название кричало о желании привлечь внимание Церкви к своей персоне. Либо же он просто сошёл с ума, слишком много рефлексируя о Противоположностях. Немудрено. Равновесный Мир с появлением в поле зрения астрономов Седьмой Луны узнал немало пророков Судного Дня.
Этот — не исключение.
— Что ж, нашла на камень коса, — заключил Флэй, хмыкнув, и принялся читать.
«…Братья и сестры в Равновесии! Пока вы продолжаете заносить серебришко в храмы, жадный свинорылый священник отпустит ваши грехи, так и быть. Хоть рукоблудие поневоле в целибате. Но сам не откажет себе в удовольствии вкусить потного тела падшей бабы в переулке, нажраться мяса и упиться вином вусмерть.
И пока вы промываете уши мочой, которую поп в наглую спрыснул вам, пользуясь авторитетом Церкви, Судный День, которого мы все так боялись, уже наступил. И никакой Седьмой Луны не надо!
Я был там, где ни один праздный житель Полуострова ни за что бы не омыл с носатых ботинок уличную грязь. И я скажу вам вот что: Апокалипсис уже здесь. Увы и ах, от него не спасётся никто!
Вы ждали что Ларданы заблюют огнём наш цветущий берег? Что песиголовцы откуда-нибудь с Востока или с Севера наплодят щенят от ваших драгоценных жёнушек, вас будут выгуливать на поводке, а ваших деток засаливать, как прошутто?..
Или, быть может, что земная твердь разверзнется, являя Равновесному Миру рожи Падших Ангелов из Серости?
Нет! Всё куда прозаичнее. И очень скоро Вы сами убедитесь в моих словах. Но будет поздно. Слишком поздно.
Священная Инквизиция — это злые силы. Хвосты, рога, копыта, вилы.
Они сожгут меня на костре. Заклеймят еретиком, ибо бездарны в своей слепой любви к бессмысленному насилию и мракобесию. Моя совесть перед Светом и Тьмой чиста. Противоположности примут меня в свои тёплые объятия прежде, чем весь этот грешной материк отправится кормить чертей. Я со скорбью погляжу на вас из райских кущ и с сожалением прошепчу: «А я предупреждал…»
Из-за Давазских гор в Восточном Аштуме грядёт незримое войско. А во главе его — Зло. Присное и первозданное, чьё имя кануло в веках. Ещё тогда, когда язычники насиловали ваших прапрабабок. А храмы своим божкам — строили руками ваших прапрадедов. Это войско захлестнёт вас, не успеете и оглянуться! И в миг осознания вы станете его частью! Вопреки вашей воле вы заставите Свет и Тьму отвернуться от вас! И останется Серость — лишь она одна!
Это ли самое худшее? Как знать! Моя душа уходит в пятки, пока я пишу эти строки. Ибо мне открылась ужасающая истина… Мы привыкли считать, будто Пантеон — всего лишь шутка, оправдание тирании магов. Но Они есть! Боги жаждут. Они вернутся. Их будущие тела уже бродят среди нас. А кто-то даже не покидал Мир Живых. Кто вам об этом расскажет, если не я?
По Равновесному Миру бродит полутруп, который видел само зарождение земли. Это Бог, знающий куда больше, чем кто-либо из живших когда-либо. И он ищет! Ищет таких же, как и он, разбросанных по всему свету.
Но надежда лишь недавно разогрела его небьющееся сердце. Ибо даже Дьяволы во плоти услышали его зов. Его собратья уже среди людей. Они скрываются. Их скрывают.
Вы можете спутать их с магами или одержимыми, либо же вовсе не заметить. Но они куда могущественнее своих воспитанников.
Щелчок пальцем — и вас сотрёт с лица земли. Вам и не снилась их мощь. Но вы познаете её. Обязательно.
В самый непроглядный час, когда даже глаза Противоположностей закроются на миг. Свет и Тьма узрят лишь выжженную почву, где больше нет места Его детям…»
Неутешительный вердикт напрашивался. Параноидальный опус очередного горе-мессии. Альдред попросту не подозревал, что расшифровка этого памфлета предстанет перед ним чуть позже. Если, конечно, прозреет.
Ему уже на глаза попалась полустёртая пометка на полях, записанная всё также карандашом. Это было обращение к Верховному Персекутору.
«Его уже взяли, брат Радован. Просто проголосуй на Совете за казнь этого дегенеративного еретика!»
Корявый, истеричный почерк. До кучи — крепкое словцо. Скорее всего, Жермен Буассар собственной персоной.
Флэй призадумался над изречениями Георгия Ларданского. Актей Ламбезис был архонтом в Рамхиде, лежавшей по обе стороны как раз-таки Давазских гор. На Город, очевидно, напали маги. Но едва ли это незримое воинство. Какой-то кусочек мозаики выпал. И тем не менее, связь между памфлетом и явью имелась.
— А ведь в чём-то безумец прав… — заключал новобранец.
— О чём ты?
— Да вот… очередное обещание конца света.
— Ты считаешь, на сей раз это может быть правдой?
— Если так, то мы по макушку в дерьме, — буркнул Флэй.
— Совсем не обязательно. Главное встать как можно дальше от эпицентра.
Было интересно, остался ли торговец чёрным нектаром там же, где его заключили в Каземате? Шестое чувство подсказывало, что нет. И тем более нет, если именно Актей Ламбезис — инициатор чародейского восстания в Городе.
Альдред откашлялся. Поглядел на Марго. Та стояла к нему спиной, задумчиво перерывая картотеку. Ему хотелось бы спросить, что вообще происходит. Но мысли здесь и сейчас не о том были. Он бесстрастно оглядел её с ног до головы, после чего начал и сам копаться в бумагах. Думал, найдёт ещё что-то примечательное. Но нет.
Как вдруг ему на глаза попалась папка, подписанная следующим образом: «Цимская Поставка». Датировка свежая. Флэй без зазрения совести взял её и раскрыл. Выложил на стол документы, перебирал, пока не наткнулся на некое письмо. Решил ознакомиться.
— Персональное оружие для Радована Модрича, — понимал новичок, читая.
Он нахмурился. Весточка оказалась полугодовалой давности. Зачем Верховный Персекутор оставил её здесь, оставалось загадкой за семью печатями.
«Ваше Высокопреосвященство,
Цех Арриго Астарди с замершим сердцем дарит Вам нашу самую передовую военную разработку в память о тех славных днях, когда Вы блюли службу персекутором на передовой в борьбе с Хаосом.
Смею заверить Вас: это произведёт переворот в Арсенале Священной Инквизиции. Даже больший, чем произвели наши чудотворцы два месяца тому назад.
Речь идёт об экспериментальном образце. Должно быть, сейчас Вы рассматриваете его. И не понимаете, что это такое. Мы назвали это оружие «дискрама».
Как Вы можете видеть, оно напоминает якорь. По факту — двулезвийная боевая коса. Клинок нанизан горизонтально, очертанием напоминая луну в полумесяце остриями вниз.
Обратите внимание на лезвия. Но соблюдайте осторожность! Это не астардиум, который принят на вооружение Воинами Церкви. То есть, не антимагический, привычный всем инквизиторский сплав. Тут всё с точностью наоборот.
Да будет Вам известно, Свет и Тьма услышали наши мольбы о защите перед лицом угроз из Серости и с Востока. Папе Цимскому явилось видение о крови первого Пророка, что разливается в каменной толще Альдских Гор близ Априлано.
Мы не преминули возможностью отправить туда экспедицию. И действительно, десять лет раскопок не прошли даром.
Увы, «кровь Пророка» успела застыть за это время и обратиться рудой. Такой, как эта, гармонисты от Полуострова до Священной империи Луров никогда не видывали.
В чём её особенность, спросите Вы. И мы Вам ответим: всем известно, что придуманная маэстро Астарди сталь способна блокировать и даже отталкивать материализованную магию. Этот же металл (даже не сплав!) — напротив, при всей своей твёрдости крайне отзывчив к магическим манипуляциям.
Жаль, достопочтенный господин Арриго не дожил до наших дней…
Его Святейшество Папа Гиларий III одобрил наше решение. Мы назвали данный металл химеритом, дабы подчеркнуть удачу Церкви в его обнаружении. Ведь до того сама мысль об этом казалась не более, чем навязчивой, несбыточной идеей.
Грядут тёмные времена, брат Радован. И в Вечном Городе все об этом говорят.
Заверяю. Ни отступники, ни песиголовцы, ни сам Пантеон не приблизят Судный День, если мы снабдим подобным оружием всю воинскую рать Равновесия.