Любимый с твоими глазами (СИ)
- Почему это?!
- Ты прекрасно знаешь, почему. Бери Алису, вашего сына и вот… - ключи с брелоком-домиком опускаются на торпеду, - Помнишь тот дом под Рязанью? Едь туда.
- Алена, ты спятила?! Хочешь, чтобы я бежал?!
- Как только Кистаев поймет, как ты на самом деле относишься к Алисе — он тебя убьет. У тебя слишком много возможностей теперь. Он не будет рисковать.
- Откуда он это узнает?!
- Банально? Твоя мать. Прости, она у тебя...ну ты понимаешь.
- Поверхностная?
- Мягко говоря. И она ненавидит Чистову. Не знаю уж, что Алиска ей сделала такого, да и плевать. Главное, что она может выкинуть какой-нибудь фокус. Например, пойти к Кистаеву и выдать все, что сегодня здесь произошло.
- Она меня подставит.
- А она это понимает? Нет. Даже если объяснять ей, все равно не поймет. У нее маниакальная идея убрать Алису, будто если она это сделает, между нами все будет, как в школе...
А это уже давно не так. Нам не надо произносить этих слов, чтобы мы это поняли. Давно уже разобрались. Поэтому я цежу другое.
- Посмотрим еще.
- Олег, не дури! Бери своих и сваливайте!
- Чего еще?! Спрятаться и…
- Прятаться? - усмехается, - Ты точно идиот. В этих делах у меня гораздо больше опыта. Я останусь здесь, буду играть в «ревнивицу» и «брошенку», может что-то выясню. И мы вместе с Андреем и…прости, Марком, во всем разберемся.
От имени ее главного редактора — Марка, — меня только в смех бросает. Когда-то в ярость. В первый год нашей с ней жизни, если говорить более обстоятельно. Но даже та ярость была какой-то…фиктивной, как все наши отношения с Аленой, после моего развода. Потому что я хорошо помню, как меня подкинуло от одного взгляда на Алексея и засоса, которого он оставил на шее Алисы. Это ощущение живо по сей день.
Вот, как в жизни бывает. Думаешь, что фикция, а оказываешься в настоящем. Думаешь настоящее, а оказывается, все надуманно…
- …Думаю, и Леша ее подключится.
- Я не побегу.
- Олег…
- Нет! Я в состоянии защитить своего сына и…
- И свою любимую женщину, - мягко заканчивает она, а потом смотрит на меня и пару раз кивает, - Это ничего. Я тоже больше не ревную.
- Прости…за все.
- Не за что извиняться, Елагин. Мы оба были такими дураками, держались за наши отношения, потому что обоим страшно было, но…Знаешь? Я думаю, что даже если бы не было Алисы, ничего бы у нас не получилось.
- Да, я тоже так часто думаю.
Алена вздыхает, потом улыбается снова и жмет плечами.
- Но это не значит, что я тебя не люблю. Ты — очень важная часть моей жизни и мой лучший друг. Всегда им будешь. А за все, что ты для меня сделал…Олег, позволь теперь мне защитить тебя. Всем нам — твоим друзьям.
- Я не…
- Олег, да послушай же! Ты — неплохой человек, и ты этого заслуживаешь! Ты помог моему отцу, когда он попал в аварию. Буквально вытащил его с того света! Пристроил меня в лучшую редакцию, купил мне квартиру, даже после всего, что было! Что я сделала! А Андрей?! Ты отдал все свои деньги на операцию его ребенка! Думаешь, что это все в воздух?! Наша очередь теперь помогать тебе!
- Это очень опасно. Ты знаешь, кто Кистаев на самом деле.
- Знаю. И мы его посадим, но вам с Алисой надо уезжать. Она — в большей опасности!
- Я ее защищу.
- Без тебя она не поедет, ты же знаешь.
- Придумаю что-нибудь…
- Что ты придумаешь, господи? Разве сам будешь спокоен? Ты ничего не сможешь сделать, пойми ты наконец! Головой и сердцем ты будешь рядом со своими. Так будь с ними! Она нуждается в тебе, и Давид нуждается!
Молчу. Я правда знаю, что если останусь — буду дергаться постоянно. Нет никакого гаранта, что за ней уже нет слежки, что Алису не будут преследовать — ее просто нет. Я должен быть рядом с ними…
- Олег, ты привык всегда стоять на амбразуре, всегда лезть и закрывать собой, но это сейчас в минус только будет. Ты должен отойти в тень.
Наконец сдаюсь. Киваю пару раз, Алена же выдыхает тяжело и даже издает смешок.
- Господи, ну аллилуйя!
- Мы будем на связи. Я уезжаю, но это не значит, что оставляю вас одних. Буду пытаться что-то сделать из Рязани.
- Даже не сомневаюсь. Значит, я позвоню Марку и еще кое-куда.
- Куда же?
- Есть кое-какие подвязки. Ладно, очень серьезные подвязки, но я не уверена пока, что там что-то выгорит. Не хочу каркать.
- С Андрюхой я поговорю сам.
- Как скажешь, но уезжать вам нужно сегодня же.
Открывает дверь, но перед тем, как навсегда покинуть меня, поворачивается и тихо так говорит:
- Знаешь? Я думаю, что тебе все-таки надо было ее найти. Тогда…пять лет назад. Понимаю, ты испугался, но…сейчас, когда судьба сама привела тебя обратно к Алисе…не продолбай. Умоляю. Я уже не могу смотреть, как ты маешься, словно пес брошенный.
- Она меня никогда не простит…
- Никогда не говори «никогда», Елагин.
- Ты бы простила?
- Я тебя никогда не любила, как она. И я не такая, как она. Алиса хороший человек. Может быть когда-нибудь и меня сможет простить? Очень уж я хочу познакомиться с вашим сыном.
- Сначала мне бы вымолить свое прощение, - слегка улыбаюсь, она жмет плечами, а потом притворно строго тычет пальцем.
- И прекрати уже себя жалеть! Делай, а не ной.
Я в ответ тычу ей средний, но вместе с тем улыбаюсь. Права она. Я слишком долго трусил и лелеял мысль, что Алиса никогда меня не простит. Все, лишь бы не делать. Отговорки ведь, ну правда. Я просто слишком сильно боюсь получить отказ…
А в голове снова возникает та самая ракушка. Цыкаю. Нет, такой судьбы не хочу, я от нее устал уже. Да и знаете, как говорят? От ненависти до любви гораздо ближе, чем к ней же от безразличия. А когда женщина ненавидит — значит еще не все потеряно. Значит, где-то в глубине души есть еще что-то. Значит, она меня не забыла, я ведь ее не забыл, как ни старался.
Глава 10. Мы уезжаем
Олег
К дому Алисы я приезжаю еще через десять минут, но выходить решаюсь не сразу. Наверно, это снова малодушие? Но, черт, я так дико волнуюсь. Я не видел ее такой яростной никогда. Даже под тем треклятым дождем она была менее агрессивной. Сейчас от моей Алисы действительно не осталось ничего — фурия! Горячая, как огонь, фурия, угрозы которой мне не хочется проверять, потому что я знаю — она не шутит.
О нет.
Алиса Чис…фу, нет. Эта фамилия ей не подходит определенно. Елагина. Для меня Алиса всегда будет Елагиной, а я…черт, такой идиот. Как быстро я это понял? Да почти сразу и понял. И Алена поняла. Она даже раньше — всегда знала, если совсем откровенно. Я — дурак, но от женщины правду не спрячешь.
Мы честно пытались построить отношения, точнее реанимировать их, но все очень быстро рассыпалось и осталось прахом на ладонях. Когда-то давно, я с уверенностью могу сказать, что мы были настоящей парой. Крепкой. А потом расстояние…Кто бы что ни говорил, но оно — один из лучших убийц любви. Ты отдаляешься. Хочешь того или нет, отдаляешься. У тебя появляются новые увлечения, новые знакомые, все новое. В моем случае новая девушка.
Раньше я бы не глядя назвал Алису «навязанной», но теперь не могу. Давно уже не могу даже мысленно так ее обозвать, потому что по факту, она для меня стала кем-то большим. Как бы я не скрывал и не прятал голову в песок, как бы не отвергал и не бежал, я был в нее влюблен. Ха! Шутка века. Муж влюбился в свою жену. Где это видано, да? Шучу, конечно. У всех так. У всех сначала влюбленность, а потом брак, но мне досталась самая необычная женщина, значит с ней «обычно» и не будет.
Сейчас, когда я признаю все честно и не боюсь смотреть своей собственной душе в глаза, мне гораздо легче дышать. Это чувство, конечно, заканчивается и спотыкается, когда я поднимаю взгляд на ее окна. Свет горит только на кухне, а мое сердце сжимается. Что она делает? Наверно, обзванивает всех знакомых в попытке найти помощь. Или плачет? Да, наверно, она в который раз горько плачет. Из-за меня. Из-за моих неправильных поступков и решений. Я это признаю, я виноват. Снова один только я. И, если бы ты знала, малышка, как мне жаль, что потребовалось столько времени занять у нашего брака и нашей любви, чтобы это понять. Я разменял четвертый десяток, а до сих пор, как мальчишка…ровным счетом ничего не смыслю в отношениях. Я в себе-то разобрался совсем недавно. Прости меня за это тоже.