Воины Хаоса наводят порядок (книга I) (СИ)
Кэррот с Костиком, вытаращив глаза, всматривались в кристаллический октаэдр, но Шуга вдруг спрятал его в карман.
– Видеть необязательно, он уже у вас в памяти. Правда? Ощутите, насколько он монолитный. Прохладный. Тяжёлый. Чувствуете?
– Ну… да, – нестройно ответили срочники.
– Кто готов защищаться?
– Я, – неожиданно для себя сказал Костик. Шуга ткнул в его сторону пальцем.
– Представляй кристалл со всеми его гранями. Крепко держи его в голове. Начали!
Костик почувствовал что-то вроде могучего подзатыльника и от неожиданности сморгнул. Открыв глаза, он нашёл себя распростёртым на земле. Над ним стояли немного обеспокоенные Шуга с Кэрротом. Моросил мелкий дождь.
– Малость перехлестнул, – проворчал чародей, помогая ему подняться. – Но защита твоя – дело практики. Отдохни, потом ещё поработаем. Вы ведь не забоялись?
Стажёры ответили, что конечно же нет.
– Мир меняется, – назидательно высказал Шугарт Хофф, вглядываясь в ползущие по небу слои тёмных туч. – Не в том смысле, что именно сейчас, нет, он всегда меняется, просто люди привыкли жить мало и не успевают это заметить. А мир неизменно меняется.
– А нам-то что делать? – спросил его Костик, потирая затылок.
– Шевелиться. Подёргиваться. Двигаться, в общем. Меняться.
– То есть Шуга был первым, кто стал вас учить основам колдовства? – уточнила журналистка, ставя в сторону опустошённую кружку.
– Да, это так, – подтвердил Кёрт. – В этом смысле до нас никому раньше не было дела. Зачем милицейским срочникам магия? Их бы читать научить да шнурки завязывать. До сих пор так, хотя уже много лет обещают реформы!
– Шуга многому вас обучил? Есть свидетельства, что «Воины Хаоса» – сильные маги. Это правда?
Кэррот длинно зевнул и ответил:
– Смотря кто из нас. Наумбия – талантливая колдунья сама по себе. Костик многому научился за все эти годы, ему нужно было… Томас, о нём я потом расскажу, настоящий некромант роггардского разлива! Потому в Сизии не появляется. А я так, бестолочь, пару практик освоил да церковные экзорцизмы орать научился, и хватит.
Он взглянул Марье в глаза и добавил:
– Но вот Шуга был молодец. Спасибо ему за всё.
Рано утром волшебник забрался в седло своего жеребца и умчал в город. Но природа не терпит пустоты. В расположение оперативной группы явился сам Гондур Кряпин с его неизменной дружелюбно-заискивающей улыбкой. По пути любознательный срочник сорвал одну из сигнальных растяжек, и от гнева Мабутина его уберегло только то, что он нёс кожаную сумку, набитую бумагами, кои требовали резолюций майора Коргуна. Чуть ли не пинком направив гонца в сторону штаба, Вундель обернулся к стажёрам, сделал страшные глаза и провёл ладонью по горлу. Было неясно, кому назначалась угроза, но посыл они уловили и остались ждать гостя у выхода.
– Здорово, коллеги! – радостно приветствовал их Гондур, вернувшись из дома без сумки. – Извините, сразу не поздоровался, спешил с важным заданием, да, сам майор Кильян Гросс поручил вашим старшим документики привезти. Чем занимаетесь?
– Вон, волшебнику нашему для работы треноги какие-то понадобились, – Кэррот показал рукою на заготовки. – С утра пилим, строгаем. А ты как, поможешь?
– Нет, не могу, – отвечал ему Кряпин, нервно тряхнув вихрастой башкой. – Я же к вам ненадолго, бумаги дождусь и мухой обратно! Сейчас в городе занят, да, вашим друзьям-стажёрам в меру сил помогаю. Давайте пока просто лясы поточим о всяком. Как делишки у вас продвигаются? Взяли след этих демонопоклонников?
– К-кого? – икнув, переспросил Филис.
Гондур перевёл на него свой сосредоточенный взгляд.
– Ну, роггардских выродков, призывателей демонов. Которые их здесь… призывали. Вроде все они полегли от напасти, которую сами накликали, да, но я слышал слушок один. Делюсь с вами по-дружески! Старшие меж собой говорили, будто несколько уцелевших злодеев ушли в Тарбаганию. Пограничная стража их засекла, но потом приняла за уже давших взятку контрабандистов и, конечно же, упустила. Беда с этими границами!
– Да уж. А казалось, Охранка их контролирует! – признал Кёрт, насупившись. Неуловимым движением он выхватил из сапога нож (Гондур вздрогнул) и принялся деловито выстругивать опору треножника.
– Я вот думаю даже, а были там демоны? – задумчиво произнёс Констанс. – Трупы, что мы видели, похожи на жертв сильного взрыва. Часть из них обгорела. На поле воронка обугленная. Взрыв там точно был. Но причём тут демонопоклонники?
– А как же все эти ужасные раны? Следы громадных когтей? – вскипятился вдруг Филис. Ему явно не нравилась тема их разговора. – Ран тоже, по-твоему, не было? Нет уж, давай-ка придерживаться официальной версии, без этого вашего бреда о заговорах!
Рядовой Кряпин удивлённо вскинул брови.
– А есть неофициальные версии? Что о заговорах рассказывают?
– Да вот бес его знает! – Кёрт в сердцах отшвырнул неудавшуюся заготовку. Гондур на всякий случай отодвинулся. – Наши старшие всё секретничают, не объясняют ничего. Даже в штаб не пускают!
– Понимаю, да. Ох уж эти господа офицеры, – закатил глаза Кряпин. – Но я вижу, с волшебником вы подружились. Вон, подпорки ему мастерите. Он-то как думает? Целыми днями по полю гуляет, изучает чего-то…
– Шугарт больше насмешничает, – обиженным тоном выдал Кэррот. – А мы в эти дела колдовские не лезем, себе дороже. Не наша это компетенция! У нас здесь своих милицейских занятий по горло, ну ты знаешь. Показания собирать, за порядком следить, панику пресекать, до народа политику Его Величества и Совета доносить… и дрова пилить, разумеется. Стажировка вещь важная, никакие заговоры ей мешать не должны!
Срочник из Спады поразмыслил немного и затянул таинственным голосом:
– Не, ну заговор может быть, да… Эти роггардские демонопоклонники и некроманты из Тарбагании как пить дать что-то замышляют. И народец здесь тёмный в окрестностях… Спада город большой, но вот сделаешь шаг за околицу, а там бесовщина! Мы последний рубеж, цивилизация тут кончается. Далее одна только дичь, чепуха и анархия.
– То есть Тарбагания, – усмехнулся Констанс. – Тарбаганцы с тобою не согласятся.
– А они ни с чем не соглашаются, – пренебрежительно сморщился Гондур. – Сколько видел их, странные люди. Не понять, что у них на уме, да. То одно, то через минуту другое. Сами не знают, чего хотят! Потому в Тарбагании ни порядка, ни власти единой, ни жизни спокойной. Видать, ветер с Земель Исчезающих им мозги иссушает…
– Что за ветер? С каких земель? – насторожился Филис.
– Исчезающие Земли. Неужели не слышал о них, Гвайкин? Я тебе расскажу, одуреешь, – торжественно раскачиваясь на каблуках, начал Кряпин. – Это край такой к западу от Тарбагании. Там настолько чудно, что никто не живёт уже, да. Солнце там никогда не заходит, облачка в небе висят как гвоздями прибитые. Тишина мертвецкая. Ни человека, ни зверя, ни птицы. Даже призраков нет! И ни следа, ни звука, ни запаха. Если дальше на запад идти, на второй день земля из-под ног пропадает… и шагаешь то ли по небу, то ли в пустоте первозданной, но недолго, да, ибо сам не заметишь, как исчезаешь…
– Ты там был? – решил уточнить Кэррот. – Не исчез?
– Нет, я не был, конечно, – в глазах срочника мелькнул суеверный испуг. – Но один мой товарищ по службе знал человечка… ну как знал, он на каторгу его конвоировал… так вот, тот бывал в Исчезающих Землях и видал своими глазами, как это бывает, да. В те края много кто уходил, да вот мало кто возвращался! Даже тарбаганцы дурные туда уж не лезут. И никто не знает, что дальше находится.
– Хватит уже про эти земли, – потребовал Филис. – Меня аж озноб пробрал. Что вы страсти такие для разговоров находите? И охота вам ужасы воображать…
Кэррот пристально на него посмотрел, словно не узнавая давнего приятеля.
– Фил, тебе не надоедает всё время бояться? Делать вид, что захватывающего и бескрайнего мира вокруг не существует? Заниматься одной только пресной рутиной? Это ж тоска смертная, а не жизнь.