Холодные песни

– Достали уже! Если их завтра увидишь, скажи!
Большими шмелями над лужайкой кружили газонокосильщики. Соседка с дочкой стояли на крыльце, обе в телефонах. Подходя к подъезду, Игорь услышал:
– Вот Лидка вообще ничем не заморачивается, – частила в динамик мамаша. – Даже когда муж умер… Я к ней зашла, в зале гроб стоит, а она покойника чихвостит. Потому что кто-то из коллег мужа сказал, что тот любовнице квартиру купил…
Он остановился у лавочки и закурил, чтобы дождаться, когда она закончит.
– И вот сидит Лидка у гроба и хает мертвого муженька. Такой-сякой. Я ей: «Лид, ты чего, нельзя же так». А она: «Да пошел он, паразит!..» Ага, ага, ладно, потом перезвони.
Игорь поднялся по ступеням с твердым намерением поговорить, но внутренне съеживаясь. Распахнутую настежь дверь подпирала грязезащитная решетка.
– Вы из этого дома? – спросила мамаша.
– Да. А вы ведь из шестой? – спросил он.
Мамаша кивнула. Девочка тыкала пальцем в экран смартфона. Толстые дреды казались сальными.
– Я ваш сосед. Можно с мусором в тамбуре что-нибудь сделать?
– Это не мусор воняет! – взвилась мамаша. – Это газ! Чувствуете?
Он не понял.
– Газом пахнет в подъезде, – пояснила мамаша. – Где-то утечка.
Теперь он почувствовал. Сладковатый запах. Или додумал?
– В газовую службу звонили?
– Нет. Лучше подальше уйти. – Она потянула дочку за руку.
– Уйти? А другие жильцы вас не волнуют?
В подъезде открылся лифт. Вышла, принюхиваясь, пожилая дама.
– Чувствуете?! – подскочила мамаша. – Газ!
– Это на десятый баллон повезли, – сказала дама.
– С пропаном? – спросил Игорь.
– Откуда мне знать. – Дама поцокала вниз по пандусу для инвалидов.
– Значит, все нормально? – спросила у него мамаша.
– С газопроводом, наверное, да. С баллоном – не знаю. И я не про этот запах говорил, а про мусор в нашем тамбуре.
Соседка сделала невинное лицо.
– Так вы уже переехали?
– Давно.
– И у вас трое детей?
– Нет у нас детей.
– А кто тогда шумел? Гости?
– Когда?
– В прошлую субботу.
– Нас вообще не было.
– А говорите, переехали.
– Мы уезжали. Слушайте, какое это имеет отношение…
Мамаша пихнула дочь в плечо:
– Сколько раз тебе говорила выкинуть!
Девочка едва не выронила смартфон, но даже не подняла головы. Игорю стало неудобно.
– Если вам надо помочь, то скажите. Я просто не знаю, это вы перевозить собрались или выбрасывать.
– Мы выбросим.
– Спасибо.
– Мы квартиру продаем. Скоро съедем.
Он кивнул и бочком проник в подъезд. Выдохнул. Кажется, прошло неплохо. Теперь уберут.
– Увидишь, скажи! – крикнула с улицы девочка и противно рассмеялась.
Игорь не сразу понял, о чем она. Только в квартире вспомнил: вчера, стоя в тамбуре, Катя разнервничалась и сказала, чтобы он поговорил с соседями. Девочка подслушивала под дверью? Или подслушивало все их странное семейство? Игорь представил соседей, прилипших, как пиявки, к изнанке двери, – и его передернуло. Вот уж угораздило. Молодой район, все при деньгах, ухоженные, деловые, приятные – а эти…
– Йети! – сказал Игорь, открывая дверь в ванную.
Вентилятор протяжно загудел, решетка припорошила ванную цементной крупой.
– Да заткнись ты!
Вентилятор всхрапнул и смолк.
– То-то же.
В шахте зашелестело, мелко посыпались камешки, и стало тихо.
Игорь прошел на кухню, открыл холодильник и достал стекляшку пива. Свинтил крышку, поспешно глотнул, поперхнулся. Написал начальнику, что вторую половину дня поработает дома.
Хлам пропал через три дня. Было субботнее утро. Игорь на радостях позвал Катю, и они смотрели на влажную чистоту (в тамбуре даже прошлись тряпкой), как на седьмое чудо света.
 
Игорь вернулся на кухню, снял с плиты чайник, еще бурлящий и ликующе посвистывающий от тряски, и наполнил кружки. Глянул на стол: две тарелки, упаковка нарезанного хлеба, сыр и масло.
– О, мой любимый завтрак. Сделай сам.
– Я не успела, – виновато сказала Катя.
– Ерунда. – Ссориться не хотелось. Не сегодня, в День освобожденного тамбура. – А не отпраздновать ли нам?
– Утром?
– В обед! Пойдем в парк, возьмем пиццу, чего-нибудь вкусненького и слопаем у озера.
– Я за!
Они посмотрели друг другу в глаза, как на дуэли, в которой уже нет смысла, и рассмеялись.
Хорошее настроение выходных немного испортил сломавшийся вентилятор. Игорь беспомощно пощелкал выключателем, залез на ванну и постучал по решетке – без толку: лампочка не загоралась, вентилятор молчал.
Разберусь на неделе, решил Игорь.
– Читал переписку в чате?
– Каком?
– Нашего дома.
– Не-а. А что там?
– Почитай.
Игорь открыл вайбер и пробежал глазами сообщения жильцов.
Александровна: Здравствуйте, в первом подъезде стоят какое-то дети, на лестнице у технического этажа…
Квартира 9:]Да стояли 2 я тоже видела. как то страно.
+7…: Не по себе немного… а чего вы на технический этаж ходите?
Сергей: Не спрашивали, чего стоят? Подожгут еще чего
Алена удалил(а) сообщение
Наталья: Теперь их 3. Один совсем мелкий, на барабашку похож…
+7…: Ого, может беспризорники. Вызвать надо кого?
Александровна: Вдруг чей-то ребенок с друзьями.
Радушный сосед: Мой дома.
Света И: И мои…
Наталья: Вроде ушли.
+7…: Вы за ними следили?
Наталья: Ну, раз больше некому.
Квартира 9: Давате несорится
Алена: Извините, что не в тему. С вентиляцией ни о кого нет проблем?
Радушный сосед:Например?
Алена удалил(а) сообщение
+7…: Откройте окна – и все будет пучком.
Алена: Какие-то звуки странные. Нет?
Александровна: Я тоже что-то слышала.
Председатель: Это сквозняк.
Алена удалил(а) сообщение
Алена: Ладно… всем спокойной ночи.
В группе было еще с десяток сообщений, но Игорь не стал читать.
– Весело, – сказал он Кате. – А девятая квартира – это ведь над нами? Крикунья эта?
Катя пожала плечами, выбралась из кровати и на цыпочках пробежала в туалет.
– Безграмотная крикунья, – сказал Игорь.
От ежедневных воплей соседки не спасали даже плиты перекрытия: «Иди сюда! А ну, иди сюда! Я повторяю! Я тебе дам „весело“! Кубики! Сюда собрал все кубики!» Бедные детишки… Крики соседки действовали даже на Игоря: хотелось побыстрее собрать кубики и нести куда сказано. Или все зло как раз в детях? Неуправляемые, непослушные, довели бедную женщину до истеричного визга?
Он отложил смартфон и какое-то время задумчиво смотрел на темный прямоугольник открытой двери в ванную.
Когда чего-то боишься, то это обязательно сбудется. Не только в кошмарах – наяву.