Мужчина, достойный любви

—Хорошо. Знаю, что могу рассчитывать на вас. Ваш отец был бы горд, если бы вы справи­лись с такой работой. По своему масштабу она сопоставима с теми операциями, которыми зани­мался в свое время он сам. — Питер повернулся к двери, но на пороге задержался. — Да, вот еще что… Элизабет, следите за Стаффордом!
— Почему именно за ним?
— Гм, просто внутренний голос. Стаффорд неплохо организовывал атаки на футбольном по­ле, и он меня тревожит.
Элизабет кивнула ему вслед, когда он уже за­крывал дверь.
— Стаффорд и меня тревожит тоже, — про­бормотала она.
Воздух был восхитительно теплым, когда, сра­зу после десяти утра, Элизабет вошла в ворота «Азартного мира». Расправив плечи и одернув свитер, она не торопясь пошла дальше.
По контурам границ парк напоминал плюше­вого медвежонка и представлял из себя, множе­ство игровых площадок. Задержавшись у схемы парка, она размышляла: с чего начать? Можно прокатиться на чудовищной змее «русских го­рок», побывать на морском дне или в космосе на ракете. Можно увидеть наяву ночные кошмары и фантастику, которая возникает только во сне, или совершить путешествие во времени, посетив «Дикий Запад» или джунгли первобытного чело­века. Опасности и приключения подстерегали на каждом углу.
Она вздохнула и огляделась. Было бы неплохо поискать для начала что-нибудь более знакомое, спокойное и безопасное. Повернувшись спиной к скрежещущим кабинкам «русских горок», она побрела в другой угол парка, привлеченная вы­веской «Карнавальные игры». Кегли, метание монеток — с этим она как-нибудь справится!
У ближайшего же балагана она невольно за­держалась.
— Сюда! — кричал зазывала — плотный муж­чина с бронзовым загаром и пушистыми уса­ми. — Разбейте нос клоуну — и этот великолеп­ный приз ваш!
Но не крик зазывалы заставил Элизабет оста­новиться, а Майкл Стаффорд, собственной пер­соной. Он стоял, облокотившись на барьер, оде­тый в облегающие джинсы и яркий свитер, и больше походил на мальчишку из ее детства, чем на новоиспеченного бизнесмена.
— Заходите, леди, испытайте свою удачу!
Майкл тоже обернулся на крик зазывалы, и улыбка осветила его лицо.
— Эй, Лайза!
Она ответила гримасой, но сердце у нее уча­щенно забилось. Кое-что в человеке не меняется со временем, но она научилась справляться с со­бой еще с юношества. Просто не обращать вни­мания!
— Ха! — Она подошла к нему. — Выполня­ешь указания Хейварда, как вижу?
— Да, но пока без особого успеха, — ответил он.
Она взглянула на валяющиеся у балагана ша­ры, похожие на помидоры, и захихикала.
— Ради всего святого, что это такое?
— Бейсбол в интерпретации Чарли. Похоже, он думает, что каждый индивид в душе лелеет мечту хоть раз в жизни запустить помидором в клоуна. К счастью, они не лопаются.
—Ты что, все это перебросал?!
—Не смейся, попасть не так легко.
—Как, ты, звезда футбола, — и не можешь попасть помидором в клоуна с расстояния пяти футов?
Он скрестил руки на груди.
—Не хочешь ли сама попробовать?
—Я?.. При всем своем желании я не смогу бросать хуже, чем ты!
—Конечно, попробуйте, леди! Покажите это­му денди, как надо выигрывать! — вмешался в разговор зазывала, обнажив зубы в широкой улыбке. — Я даже дам вам фору — лишний шар!
—Лучше дайте ей сразу три шара, — посове­товал Майкл. — Я был свидетелем, как она од­нажды попала баскетбольным мячом в зрителей вместо корзины.
—Только потому, что там сидел ты, — отре­зала Элизабет, внезапно почувствовав небывалый подъем. Она подобрала шар, валявшийся у ее ног, и тщательно прицелилась. Когда она отвела руку назад, Майкл кашлянул, но тотчас прикрыл рот ладонью под ее убийственным взглядом. — Не мешай сосредоточиться!
—Извини!
Она размахнулась и бросила шар. Мимо! На целый фут! Майкл засмеялся.
—Это только первый, — не сдавалась она. — У меня еще два.
—Пожалуйста, продолжай!
Элизабет тряхнула головой и, заправив прядь волос за ухо, снова тщательно прицелилась и от­кинула руку для броска.
— Красивый свитер, — заметил Майкл.
Она дернулась при этих словах — и второй шар ударился даже дальше, чем первый.
 
—Это нечестно! Ты меня отвлекаешь!
—Просто мне понравился твой свитер. Тебе идет красное. Почему ты так не одевалась, когда мы учились? Это так сексуально!
Пропустив его слова мимо ушей, она подоб­рала еще один шар.
— Если ты не угомонишься, этот помидор по­летит в тебя!
— Тогда уж точно промахнешься фута на два!
Мотнув со злостью головой, она отвернулась от него и постаралась сосредоточиться. Звонок!.. Нос клоуна расплющился.
—Призер! У нас призер! — заорал зазывала, привлекая внимание оказавшихся поблизости по­сетителей. — Кто следующий? Любой может вы­играть!
—Глазам своим не верю, — упавшим голосом пробормотал Майкл.
Элизабет повернулась к нему с выражением триумфа на лице.
—Какой приз тебе выбрать? Розового медве­жонка или желтого кролика?
—Очень смешно!
—Пожалуй, розового медвежонка. Он больше подойдет к твоей красной физиономии.
—Попробуйте еще раз, леди, вы можете вы­играть льва, — посоветовал зазывала.
—Нет, благодарю. Хватит и одного попада­ния. Не хочу сломать вашего клоуна.
Она вручила Майклу медвежонка, которого тот принял с кислой миной.
—Сыплешь соль на рану, так ведь?
—Ты что, дуешься, Майкл?
—Как-нибудь переживу эту маленькую неуда­чу, хотя некоторые женщины не упустят случая задеть мужскую гордость.
В ответ она громко засмеялась, наконец-то почувствовав себя непринужденно.
—Приятно, что я хоть в чем-то тебя обошла.
—Слушай, это что-то новое, — внезапно протянул он, пристально вглядываясь в нее по­темневшими глазами.
Ее веселость растаяла под этим взглядом.
—Что ты имеешь в виду?
—Я не помню, чтобы ты так смеялась преж­де.
—Держала себя в узде, — сказала она, словно оправдываясь.
—Но твоя улыбка — прелесть, а зубы — са­мо совершенство.
—Еще бы. Моим родителям пришлось даже дом заложить, чтобы поддерживать их в таком состоянии.
Он засмеялся, уловив раздражение в ее голо­се.
— Да ты настоящая красавица, Лайза!
Она почувствовала, как краска прилила к ли­цу, и смущенно отвернулась. Вот дурочка, раста­яла от простого комплимента!
—Благодарю!
—Лайза! — Он взял ее за руку и повернул к себе. — Разве я сказал что-нибудь обидное?
—Нет, но не будь глупым. — Она глубоко вздохнула и попыталась освободиться. — Пора в путь. Парк большой, вон какой, а я тут теряю с тобой время.
—Ладно, что у нас следующим номером?
Она резко остановилась при этих словах.
— Оставь меня в покое!
Он какое-то время изучал ее недовольное ли­цо.
—Почему?
—Потому что мы с тобой конкуренты.
—Но еще и друзья.
—Вот уж вряд ли. Я не видела тебя десять лет. Да и в школе мы были на ножах.
—Я начинаю жалеть об этом.
Выражение его глаз и слова встревожили ее, и Элизабет в замешательстве отвернулась.
—Откуда вдруг такие сожаления? — небреж­но бросила она, избегая его пристального взгля­да. — Между нами было мало общего.
—Вообще-то ты права. Думаю, у нас даже не было шанса сблизиться. В школе, ты же по­мнишь, все делились на группы: «плуты», «ов­цы», «верхушечники», «низовики». Из кожи лез­ли, чтобы попасть в более престижную группу, а потом в ней удержаться. А на то, чтобы разо­браться в себе самих, уже не оставалось ни вре­мени, ни сил.
Она кивнула, пораженная правдой, прозвучав­шей в его словах.
— Это так! Но у тебя все слишком легко по­лучалось. Помню, как ты впервые пришел к нам в школу, в седьмом классе. Мы все там знали друг друга еще с детского сада. Но вот явился ты, отпустил шуточку — и все в классе стали твоими друзьями. На другой день ты обыграл ме­ня на нашем мониторе. Я не могла в это пове­рить.
— Мне пришлось много переезжать, — объяс­нил он. — Научился приспосабливаться, заво­дить друзей, но это не так легко, как кажется, поверь мне.