Мужчина, достойный любви

— Ты! — накинулась она на Майкла. — Так это ты следишь за мной!
—Только пару минут, ответил Майкл, нежно поглаживая ее дрожащие руки. — Я на самом деле напугал тебя? Извини! Я увидел тебя вон из того магазина, — объяснил он. — Криста покупает там сувениры для племянников. Я ок­ликнул тебя, но решил, что ты не услышала.
—Я и правда не слышала, — ответила она прерывающимся голосом.
—С тобой все нормально? — В его глазах было искреннее участие.
—Нет — так будет! Это все парк, — она сде­лала широкий жест рукой. — Трудно отделить фантазию от реальности. У меня разыгралось во­ображение!
—Рад слышать, что у тебя есть воображение. Возможно, ты переутомилась и тебе следует рас­слабиться? — Его интонация была столь же по­коряющей, как и прикосновение ладоней к ее рукам. Ощущать не думая — очень опасно!
—Никак не могу найти, за что бы зацепить­ся, на чем построить свои предложения. У меня всего четыре недели. Надо думать и думать! — вырвалось у нее на грани отчаяния.
—Неужели этот заказ так важен для тебя?
—Конечно, иначе я не была бы здесь!
—Сказано так, как будто речь идет о жизни и смерти. Ты работаешь в престижной фирме. По-моему, вы можете позволить себе потерять один заказ и при этом не разориться! Убей меня, я никак не возьму в толк, почему они так вце­пились в «Азартный мир»? Это же не так серьез­но, как, например, биохимия. Никто здесь не найдет средство для лечения рака.
—Дело не в этом, — живо возразила она. — Наша фирма заинтересована в привлечении са­мых разных клиентов.
—Особенно с крупными счетами в банках!
—Кто сколько платит, столько и получает. Мы не дерем шкуру с заказчиков! — отрезала она, решив, что пора поставить его на место. — Что же до моего желания получить заказ, так в том и заключается моя работа. Мой отец стоял у истоков этой фирмы, и я должна поддерживать свою и ее репутацию.
—Всегда в борьбе! Не так ли, Лайза?
—Ничего другого не остается! Мне ничего легко не давалось, в отличие от тебя! Моя семья ожидает от меня многого, да и сама я от себя не меньше.
—У меня тоже случались неудачи.
При этих словах у нее вырвался хриплый, не­доверчивый смешок.
— Когда? Ты всегда был лучшим во всем, а я ходила в проигравших! Мне приходилось бороть­ся буквально за все! Я борюсь и теперь! Извини, что не могу смотреть на это состязание с таким же равнодушием, как ты. Я отдаю себе отчет, что поставлено на карту, и речь идет не о школьном соревновании!
Он дотронулся пальцем до ее щеки.
— Такая мягкая — и все же упругая. Прямо как кошка!
— Могу и оцарапать, если подойдут слишком близко.
Он засмеялся, заметив у нее в глазах гневные искорки, но вместо того, чтобы оставить ее в по­кое, сжал ее лицо в ладонях.
— Ты определенно с возрастом превратилась в дьявольски соблазнительную женщину!
Ее гнев тут же растаял, и она беспомощно покачала головой.
— Ты даже не знаешь меня.
—Предоставь мне такую возможность, а? — сказал он. — Перестань от меня шарахаться! Мы можем совместить дела с удовольствием без ма­лейших потерь. Чтобы победить, не обязательно бороться со мной! Твое предложение оценят, ис­ходя из его собственных достоинств.
—У моего босса другое мнение, — возразила она. — Никаких контактов! Утечка информа­ции — лишний шанс для конкурента! Я не пере­живу, если узнаю, что меня предали!
—Хватит базарных разговоров, Лайза! Хватит и разговоров о прошлом, хотя, чем больше я ви­жу тебя теперь, тем больше убеждаюсь, каким дураком был тогда!
—Почему? — бросила она с вызовом, не же­лая сменить гнев на милость. — Не потому ли, что вместо умных девушек стал охотиться за пу­стоголовыми?
— Пришлось. Они не пытались сломать мне нос!
Она не смогла сдержать улыбку.
— Ты заслужил свое. И не вынуждай меня сделать это снова! — Она высвободилась из его рук, сжала кулачок и показала ему. — Видишь, с возрастом моя рука стала крепче.
— Дрожу от страха!
Элизабет засмеялась. День внезапно показался более ярким, едва ли не восхитительным.
—Ты не воспринимаешь меня всерьез.
 
—Ох, как раз напротив…
У нее перехватило дыхание при виде нежно­сти, мелькнувшей в его глазах. Не может быть! Ей показалось! Но надежда затеплилась в душе, когда он тихо произнес: «Лайза». Это прозвучало так ласково и так мягко, что у нее вновь возник­ло то же ощущение, как и тогда, когда его ладо­ни коснулись ее лица. Она инстинктивно пода­лась к нему — и замерла, услышав, как его от­куда-то со стороны окликнули по имени. «Про­клятье! Это Криста!»
— Еще раз привет! — воскликнула Криста. — Взгляните, что я отхватила! Разве не прелесть? — Она показала Элизабет пару детских рубашек с изображенными на них динозаврами. — Не мог­ла устоять! Моим племянникам по два годика, а они уже маленькие чудовища вроде этих. Пой­демте с нами в «Дом смеха»!
Элизабет увидела, как Криста взяла Майкла под руку. Они казались под стать друг другу: оба жизнерадостные, оба любят развлечения. Она к ним не подходит.
—Нет, благодарю! Я собираюсь прокатиться на аллигаторе, раз уж оказалась здесь.
—А мы уже катались, — сообщила Кри­ста. — Великолепно! Я все еще стараюсь зата­щить Майкла на «Побег от долгов», но начинаю думать, что он слабонервный трус.
—Я приберегаю «Побег» напоследок, — за­протестовал Майкл, подмигивая Элизабет. — Ты еще тоже не испытала этого удовольствия, ведь так, Лайза?
—Нет, это еще у меня впереди.
—Я так и думал!
— Ох, взгляните, никак Эд! — Криста пома­хала рукой, пытаясь привлечь его внимание. — Вы только посмотрите на него!
Элизабет проследила за ее взглядом и еле сдержала улыбку. Эд больше походил на бизне­смена на похоронах, чем на человека, попавшего в увеселительный парк. Он прошел мимо них, держа в руке блокнот и делая какие-то пометки.
—Вот еще один ответственный человек, — сказал Майкл на ухо Элизабет, в то время как Криста направилась к Эду.
—Что в этом плохого? — недовольно нахму­рилась она. — Он серьезен и сосредоточен толь­ко на работе.
—Возможно, тебе следует бороться с ним, а не со мной?
—Он не лезет в мои дела и не путается у ме­ня под ногами.
—Это потому, что он не видит тебя в том свете, в каком вижу я.
Его слова повергли Элизабет в растерянность.
—Какой же ты меня видишь? — не сразу спросила она.
—Возможно, я скажу это вечером, когда ты пойдешь со мной.
—Я никуда не собираюсь идти с тобой!
—Не зарекайся!
Майкл сидел с газетой, когда Элизабет появи­лась в вестибюле отеля уже после шести вечера. С поникшими плечами, усталым видом, она еле передвигала ноги. На ее лице читалась какая-то уязвимость, подпитываемая изнутри, видимо, именно она помешала Элизабет ответить улыб­кой на заигрывания коридорного.
В памяти Майкла эта девушка всегда была чересчур серьезной, чтобы зайти слишком дале­ко, чересчур осторожной, чтобы допустить опро­метчивость. Он подумал об их взаимоотношениях в прошлом и улыбнулся про себя. Сколько вре­мени уходило на то, чтобы привлечь ее внима­ние!
Она не флиртовала с ним, как остальные, оставаясь безучастной к его атлетическим дан­ным, и говорила с ним только по необходимо­сти. В шестнадцать он был слишком поглощен собой, чтобы тратить на нее время и силы, к то­му же рискуя нарваться на отказ. Он держался своей стороны, а она — своей, невзирая на тон­кую нить взаимной симпатии, которая уже и тог­да существовала между ними.
За эти десять лет у него было много женщин. Но никто, кроме Лайзы, не возбуждал в нем та­кого стремления проявить себя, доказать свое превосходство над остальными, ни к кому он не испытывал такого влечения.
Не случайно судьба свела их вновь, и именно сейчас, когда он пытается обрести себя, сделать карьеру и пустить корни. Она опять на его пути, вдохновляя и побуждая его выиграть состязание, сделав самый яркий проект в своей жизни. Для него она — как допинг! Интересно, а как сам он действует на нее? Может, настало время это вы­яснить? Он встал и направился ей наперерез.