Код Вечности (СИ)

— Боже, это ты что ли? — приоткрыла брюнетка глаза. — Тебя и не узнать! Хотя… — она задумалась, — надо было догадаться по росту.
Эвелин выглядела гораздо лучше, чем можно было бы себе представить и, как я успел узнать, практически поправилась. Впрочем, оно и понятно. Организм молодой, так что справился. Правда есть проблемы с хромотой, которая развилась после попадания пули. Чего-то там ей зацепило, отчего, по хорошему, нужна ещё одна операция.
Как по мне, это странно. Имею в виду, что попали ей в область живота и плеча, а повредило почему-то ногу. Впрочем, я не врач, чтобы уверенно утверждать о невозможности данного момента.
Тем не менее, хромота её жизни уже не угрожает, а потому девушку оставили в покое, сказав «набираться сил» и проходить период реабилитации и набора прежней формы, ибо большинство массы и сил ушло на восстановление.
Ага, лечение оно такое, сжирает организм, как какая-то болезнь.
— Не, до звания «Бога» мне ещё далеко, — едва удержал лицо, чтобы не скривиться. Слова «бог» и им подобные прочно ассоциировались с Асгардом, чьи представители заставляли так себя называть.
— Но я всё равно тебя почти не знаю, — вздохнула она. — Приглашать в дом мужчину, покуда я в таком состоянии, будучи неспособной к сопротивлению и без оружия? Ещё и твоя комплекция… Ты же меня одной рукой зажмёшь и осуществишь всё, что пожелаешь.
— Оу… ты выдала целый план, — со смешком почёсываю затылок. — Но я не с пустыми руками. У меня есть тортик!
Демонстрирую шедевр одной из кондитерских, расположенных неподалёку от моего дома. Захожу туда время от времени, Октавия та ещё сладкоежка.
— С этого и надо было начинать, — уверенно кивает Герерро и пошире открывает дверь. — Заходи, только головой не стукнись.
— Своевременное предупреждение, — пробурчал на это, пригибаясь. — Чего проход такой низкий?
— Гномское наследие, — указала на себя. — Никто не ожидал однажды увидеть на пороге целого великана.
— Ну-ну, — хмыкаю на это, оказываясь внутри.
Дом был вполне себе светлым и уютным. Правда острый взгляд местами различает пыль. Ну да не важно, я тоже терпеть не могу уборку. Её всегда делали слуги. Даже сейчас ко мне раз в неделю приходит клининг, вычищая всю квартиру, в которой я не так чтобы сильно часто бываю. Или кто-то думает, что меня балуют «выходными»? Нет, в любой миг моё свободное время может попросту испариться, как в прошлый раз.
Ага! Это уже вторая попытка заглянуть к Эвелин! В первый раз Гилберт позвонил, когда я уже подъезжал к дому Герерро. На такси. Сам водил всё ещё отвратительно. Обучался понемногу, но не шибко активно. Тупо не было времени! А тренироваться хорошо бы где-то за городом или на специально отведённых местах, где арендовать себе дорогу на пару часиков, да крутить руль, пока не надоест.
Да-да, здесь есть даже такое, как аренда куска пустого асфальта… Нью-Йорк — город мечты, в котором есть всё, что только придёт в голову, как законное, так и нет. Вот абсолютно что угодно, насколько бы запрещённым оно не было. Нужно только знать где искать. А учитывая, что я работаю на одну из сильнейших, если не сильнейшую криминальную банду города, то выходы на всё незаконное у меня чуть ли не прямые.
Не то чтобы я этим так уж часто пользовался. В основном по поводу оружия и нормальной формы. Но это так, наработки… Выданные же стволы и холодное, пока что, вполне себе меня устраивало.
— Давай на кухню, — сказала Эвелин, заметно прихрамывая, на что я с неодобрением посмотрел. Эх, одно дело — читать записи, а другое видеть своими глазами.
А ведь женщина ещё молодая, полная жизни и сил, но… Целители здесь отсутствуют, а обычная медицина стала стоить столько, что проще купить себе гроб и самому закопаться под землю.
— Что обещают врачи? — спросил её, поставив торт на стол и оглядываясь в поисках ножа.
У меня был доступ лишь к бумагам, но может Герерро проходит по каким-то программам, где её смогут полноценно «доработать»?
— Ты по поводу хромоты? — она усмехнулась. — Пройдёт со временем. Или не пройдёт. Кто же этих медиков разберёт?
 
— То есть, конкретики нет? — жестом указываю своё желание нарезать торт и Эвелин передаёт нож, вытащенный из ящика стола.
— Если им меня и убьёшь, то такова судьба, — вздыхает бывшая полицейская и садится на стул, при этом покряхтывая и упираясь рукой в спину.
— Сама помрёшь таким темпом, — усмехнулся на это, ловко разрезая лакомство. — Лучше бы чаю заварила.
— Тц, — скривилась она. — Надо чайник ставить, заварку…
— До чего же ленивая! — фыркаю и начинаю хозяйничать. — Где заварка…?
Через десять минут сидели уже вдвоём, наслаждаясь деликатесом из элитной кондитерки.
— Сука, это дерьмо явно стоит не меньше пяти сотен баксов, — облизывая пальцы, произнесла брюнетка.
— Не, где-то чуть больше трёхсот, — припомнил я. На самом деле, не особо привык ещё смотреть ценники, зная, что деньги в любом случае есть. А таскать с собой пачку банкнот гораздо удобнее, чем мешок золота.
— Кого ты ограбил? — приподнимает она бровь. — И да, э-э… — отводит взгляд. — Как тебя зовут-то, чудо подводное?
— Зариакс Максвелл, — подаю ей руку, — очень приятно официально познакомиться с вами, офицер Эвелин Герерро!
— Взаимно! — шлёпает меня только что облизанной рукой.
— Это было подло, — беру салфетку.
— Я хозяйка, мне можно, — чуть шире улыбается женщина. — Ладно, так какими судьбами?
— Хотел навестить, — пожал плечами. — На самом деле, я… — деланно задумался, — благодарен вам: тебе и офицеру Валдез, что тогда отнеслись ко мне с пониманием. У меня оказалась потеря памяти из-за… несчастного случая на яхте, — легенда была продумана заранее, но нужно было отыграть роль, что мне не очень приятно её рассказывать. — Видимых следов травмы не было, череп оказался удивительно крепким, — хмыкнул, — но я получил удар по голове, отчего оказался в воде. Благо, что последствий, кроме потери памяти, не оказалось, так что не отключился и на дно не пошёл. Толком не знаю, ибо всё было как в тумане, но добрался до берега. И растерялся. Ведь даже язык умудрился забыть. Друзья лишь через несколько дней смогли найти меня в общежитии Фонда Харди и забрать. Оказавшись в знакомой обстановке, удалось восстановить большую часть всей памяти, хоть и по прежнему не всей.
— Рада за тебя, — искренне улыбнулась она, с трудом поднимаясь со стула. — Сиди, — махнула мне рукой, когда бросился помочь. — Это я так… мне полезно ходить. Это помогает организму быстрее вспомнить, каково это.
— Я бы хотел тебе помочь, Эвелин, — напрямую произношу ей. — Наводил ведь справки об этой ситуации, — признаюсь в своих не слишком честных действиях. — В курсе, что страховая мутит воду, а восстановление после огнестрела — вещь такая. Тебе нужна ещё одна операция, а потом полноценные курсы по реабилитации. И чем быстрее — тем лучше.
— И это очень дорогостоящая процедура, Зариакс, — мрачно ответила женщина, доставая пачку сигарет. — Надежда ещё есть, профсоюз обещает помочь со страховой. А потому…
— Так-так, а вот этого тебе точно не надо, — плавно поднимаюсь и вытаскиваю у неё сигарету. — Я видел заключение врача, — поясняю опешившей от такого поступка женщине.
— Ты… — покосилась она на пачку, которую я убрал на стол, подальше от неё, — совсем охренел что ли?
— Может лучше ещё один кусочек торта? — предложил ей. — Или мороженое?
— У тебя есть мороженое? — Эвелин оббежала меня взглядом, но не обнаружила искомое.
— Знаю хорошую доставку, — улыбнулся в ответ. — Привезут за двадцать минут.
— Чёрт с тобой, давай мороженое, — вздохнула она, почесав голову. — Но сигареты — моя старая привычка, от которой не избавила даже дырка в пузе.
— Эх, — прислонился к стенке. — В общем, смотри, — прикинул я, — у меня есть знакомые в страховой, — вообще-то нет, но есть те, кто знает тех, кто… в общем, долгая история, но говорю же, преступная сеть Амбала способна на крайне и крайне многое. — И они могут помочь с получением денег. Но дело это не быстрое, так что… — на мгновение задумался, как бы лучше сказать. — Давай я оплачу твоё лечение? — говорю напрямик.