33 (СИ)

— Так это был «театр»?! — воскликнул прапорщик.
— Тише. — Антон хрустнул пальцами. — Да, это было своего рода вступлением, «экспозицией». Как ещё придать обычной бытовухе краски и характер захватывающей дух драмы? Столетов прекрасно понимал, что его могли узнать, там в клубе, на вечеринке. Соседи скажут, что слышали шум из квартиры Беспаловых. Его будут допрашивать. К тому же, ремень, которым тот стянул плечи гиганта, оставил следы на коже жертвы.
— Простите. Вы сказали «следы ремня»?
— Да, там, в доме на пустоши, «Захаров» показал нам очень дорогой экземпляр рисунка в стиле Шеридан. Двойной кожаный ремень с ручной работой по тиснению. Именно этот ремень он использовал в качестве пут. Отпечаток должен был быть легко узнаваем… Не выбрасывать же ценный предмет!
— Ага! И чтобы не привлечь внимания сдиранием кожи лишь в одном месте, Столетов взялся за весь труп… Безумно, но логично. А знания в кожевенном деле? Откуда?!
Судя по выражению лица следователя, вопрос прапорщика показался ему… неуместным.
— Хотите построить подводную лодку? — Вдруг спросил Антон. — Или научиться передвигать предметы силой мысли? Поищите в Яндексе или погуглите! В этом мире тайн более не осталось. Сотни способов самоубийства! Сотня мнений о причинах облысения и тысяча способов от него избавиться… Никогда не видели долину Наска или пустыню Гоби? Пожалуйста, вот вам медийные карты с высочайшей точностью и улицы любых городов в реальном времени…
— Гм, так Дубильщик потому и купил все химикаты в фотомагазине, что их кто-то посоветовал на Яндексе?
— На каком-нибудь форуме… Да. И инструменты можно изготовить из обычного кухонного прибора… Об этом полно обсуждений в инете! А времени у Столетова было предостаточно! Возвращение родителей Леонида ожидалось только в понедельник. Он приобрёл и маску с комбинезоном первоначально для защиты себя от воздействия химикатов. Впоследствии, они стали частью его обычной экипировки, так как хорошо скрывали не только следы, но и были удобны при необходимости «перейти» к чистому цивильному виду. Не забывайте, Столетов был актёром и имел профессиональные навыки в переодевании! Итак, исходя из сути самой драмы, действие должно было перейти на следующий уровень… в перипетию.
— Так. — Собеседник Антона нахмурился. — И?
— Согласитесь, первое преступление не было сопряжено с эстетическим наслаждением и убийце потребовалось искать выход из естественного чувства подавленности. — Следователь выкинул руки вперёд, погружаясь в настроение сюжета. — На него наседает следствие, подозрения, допросы. Он даже работу меняет. Но его не оставляют в покое. Остаётся либо сидеть, страдать и ждать разоблачения… либо начинать запутывать следы. И вот происходит то, что мы называем «удачным стечением обстоятельств». Он встречает Прокопьева. Тот только что сбил человека будучи подшофе. Он напуган, в полицию не сообщал, но сбитого человека привёз в травмпункт. В тот самый, в который только что перешёл работать Столетов. Что дальше? Возможно, будущая жертва Дубильщика, долго плакала ему в плечо, попутно раскрыв своему убийце слабое место: Прокопьев был приезжим и жил на снимаемой квартире. Столетов потрясён и видит в этом судьбу. Рок. Fatum Mortalis35. Между тем, тот зашёл в близлежащее питейное заведение. Ночное. Заказал коктейль «Бахама-мама» чтобы успокоиться. За ним последовал Столетов. У него ночное дежурство, но никто не пасёт его в дежурной части. Прокопьев же пьян вдвойне. Он узнает работника травмпункта, продолжает жаловаться внимательному слушателю на свой печальный удел и…. соглашается на предложение о подвозе. Столетов уверен в себе. Гость города приехал лишь на несколько дней. Его никто не знал кроме сестры… Жил достаточно далеко от места работы Дубильщика. Отлично! У него была всего одна неделя для подготовки после первого убийства, но он уже обладал всеми нужными знаниями и инструментарием. Правда, существовала определённая трудность. Квартира.
— Съёмная! — Неотступно следовал мысли Антона прапорщик.
 
— Верно. То бишь, у хозяина жилища имелись ключи и тот в любой момент мог заявиться на квартиру. Более того, у Дубильщика появилась необходимость погружаться в кислотные рифы…
— Куда?
— Слушать тяжёлый рок… Он отвлекал его, успокаивал и… делал глухим. Это не есть хорошо, достопочтенный сэр. Что он сделал по этому поводу?
— Что?
— Установил камеру наблюдения! В коридоре. А сам заперся в ванной. Камера активировалась только при движении объекта напротив, и передавала всю необходимую информацию о «гостях» прямо на экран его мобильника. Правда, первое соединение он сделал очень неумело. Столетов воспользовался незащищённым выходом в интернет и его «увидели» натягивающим кожу с лица жертвы на дверях…
— …Через его собственную камеру. — Закончил мысль прапорщик. — Но почему он не установил её, например, в подъезде?
Вопрос чуть не рассмешил следователя. Он растянул лицо в иронической улыбке, но тут же вернулся к своему обычному образу одинокого философа. Синяев мрачно кашлянул.
— Вы когда-нибудь пробовали установить камеру наблюдения в публичном месте? — спросил Антон. Слушатель хлопнул глазами. — Оставлять подобное устройство за дверью парадной девятиэтажки рискованно. Оно может исчезнуть. Да и сам процесс установки заметен. Ведь придётся воспользоваться лестницей, возиться с подвеской, шуметь. Его могли заметить соседи. Столетов ещё не был готов к высокому пилотажу… К тому же вся процедура «ошкуривания», как вам уже известно, происходила в ванной. Ему просто необходимо было наблюдать за входом в тамбур во время работы. Если кто-нибудь являлся, не беда. Ванна заперта. «Сейчас минутку, я в душе!» Вот какой выход готовил наш новорождённый Дубильщик на данный случай, и однажды им воспользовался. Но об этом попозже.
Антон зябко потёр руки. Он перенёс взгляд с лица слушателя, обратно, на окно. Оно его успокаивало своей отвлечённой серостью.
— Пока всё гладко. Столетов, скинув комбинезон и перчатки, вернулся на место дежурства. Исходя из его алиби, он находился там постоянно.
— А кто это подтверждал?
— Были два свидетеля. Врач-травматолог, работающий по совместительству, и медсестра. Вызовов в ту ночь не было. Посетителей, с одиннадцати вечера до трёх утра, не зарегистрировано.
— Как же Столетов оттуда вырвался незамеченным?
— Думаю, «свидетели» просто поддержали алиби Дубильщика, чтобы поддержать собственное… хотя сами и не подозревали кого выгораживали…
— Это как?
На изумление слушателя, Антон лишь с досадой мотнул головой.
— Дома они были, или спали в акушерском пункте. — Фыркнул он. — Известное дело. Первый — измотан дневным дежурством. Вторая — тоже, плюс весенняя сессия. Студентка. Короче спасали они человечество в судьбоносных снах или фотожабили флудилками с пациками на моциках с пивасам в плюмаже …
— Тоже ничего…
— Я ещё проверю эту версию, но думаю, что тогда следоки не больно проверяли верность показаний. Никто ещё не знал о том, с кем имели дело… — Антон помолчал. Он прислушался к шагам в коридоре. Словно, в подтверждение его слов, за полчаса их разговора, никто из медперсонала так и не появился у палаты его подопечной. — Теперь, убийце надо было «найти» ещё пару «трупов». — Продолжал он. — Столетов начал присматриваться к легковерным клиентам, любящим сочувствие к себе. Пожилые люди очень много говорят о болезнях, детях, семье и старости во время регистрации и ожидания. Сам Столетов очень коммуникабелен, а его профессия внушала доверие. Итак, первая настоящая жертва, попала к нему с небольшим вывихом лодыжки. Шестидесятипятилетний Лилоев сам рассказал ему о вечеринке по случаю своего дня рождения, на которую очень спешил, отчего скорбел о травме. Позднее, опять же во время дежурства, Столетов подъехал к ресторану под конец веселья. Думаю, он сказал Лилоеву, что клинике нужны кое-какие документы, срочно, и, как бесплатное дополнение к услугам, готов подвезти его до дома…
— Без вопросов! — мрачно подытожил слова прапорщик.