Избранный Света. Избранный Тьмы (СИ)
Споткнулся я, когда уже подмял под себя большую часть материка и что характерно об Темную Империю. Она, кстати, так и называлась, проблема здесь была с фантазией на пафосные названия. Темный Властелин был сволочью умной, хитрой, изворотливой и сумасшедшей. Совсем как я. Сцепились мы насмерть, как два безумных оборотня в полнолуние, рвались к глотке друг друга и жаждали крови достойного противника. Успех в этом крестовом походе Света против Тьмы был переменным, но остановится, мы уже не могли. Как два не самых слабых мага, а к тому времени я уже дорос до статуса архимага, мы нашли недочеты в защите друг друга и перебрасывались оскорбительными посланиями.
Когда едкий сарказм перетек в тонкую иронию, а безудержное хамство в дружескую подначку не понял ни один из нас. Осознание ситуации ничего не изменило, отказаться от привычки мы не собирались, в нашем возрасте они копятся, холятся и лелеются, как что-то стабильное в нашей жизни. В конце концов мне уже за вторую сотню годков перевалило, а соперник был и того старше. Мнение остальных нас никогда не интересовало. Так прошло еще три столетия. Игра в пятнашки между Светом и Тьмой не надоедала никому, ни нам, ни нашим подданным, к тому времени другой жизни они не знали. Нескончаемая война, мать ее.
Иногда доходило до забавного. В ходе затишья перед очередным генеральным сражением обе армии лихорадочно искали своих предводителей, и никому не приходило в голову заглянуть в маленький домик лесника в ближайшем перелеске. Там два архимага избранные Светом и Тьмой, упитые в хлам до состояния полного изумления гномьим самогоном на спор слагали стихи и декларировали заплетающимся языком торжественные оды в честь победы противника. На риторику не жаловался никто, так что услышь посторонние наши вирши, можно было бы смело вписывать пару пунктов в список поводов нашей затяжной войны. Однако нас никто не спалил, наверное, к лучшему, наши подданные не обладали настолько отточенным чувством юмора и устойчивой психикой. А два пьяных Избранных запросто могли смести обе армии, только за то, что им выпивки не хватило. Архимаги все такие, слегка неадекватные.
Не зря говорят, что враги иногда понимают друг друга лучше, чем друзья. С Раалоном мы понимали друг друга с полуслова. И оказались товарищами по несчастью, точнее по проклятию. Еще одно не снимаемое и ужасающее своей простотой и эффективностью - проклятие вечной скуки. Мы даже спорили, чье круче. В отличие от меня он знал, кто его так осчастливил и кого за это благодарить. Полукровка, последний представитель дивного народа в нашем с ним мире. Пережиток войны за передел сфер влияния между светлыми и темными эльфами. Темные в тот раз проиграли, а оставшаяся горстка воинов сбежала в самые глубокие норы, какие смогли отыскаться. И занялись восстановлением популяции, используя неожиданное, но вполне логичное решение - человеческих женщин. Такое попрание традиций дивного народа стало для светлых эльфов как красная тряпка для быка. Их друиды собрались в свой тесный кружок, подумали за чаркой галлюциногенной грибной настойки и замутили хитровывернутый и зубодробительный ритуал с наложением не снимаемого проклятия, правда, с перепою чего-то не учли и дружно отбросили копыта. Дроу и так не подарок, а скучающие дроу - это что-то с чем-то. И развлекаться они стали предсказуемо за счет своих светлых собратьев, к тому же это была их гениальная идея. Темных эльфов перебили с трудом, почти всем миром, шутка ли злобное изощренное существо потакающее своим многочисленным прихотям? Раалон пошел своим путем, ага. На престол Темной Империи уселся, по праву Избранности и Силы, а с высоты своего нового положения в обществе с пакостной улыбочкой открыл сезон широкомасштабной охоты на лесных эльфов. Надо ли говорить, что после такого подарка его популярность среди подданных взлетела до небес, а эльфы в мире закончились как раз к нашему столкновению.
Во время одной из таких стихийных пьянок я и рассказал своему врагу-приятелю о своей сохранившейся памяти о прошлой жизни. Раалон, к моему удивлению, отнесся к этому серьезно, мотивировав данный феномен последствиями действия проклятия.
- Понимаешь, Андер, - рассуждал он, глядя на игру кровавой жидкости в тонком бокале. - Это необходимое условие действия подобных проклятий - чтоб оно работало, нужно, чтобы жертва о нем знала. Законы мироздания едины.
- Откуда оно могло взяться при полном отсутствии источников магии в моем изначальном мире? - не согласился я, скептически приподняв бровь.
Дроу только фыркнул на эти аристократические потуги.
- А какая, собственно говоря, разница? - он насмешливо глядел на меня. - Оно есть. И вообще, проклятия богов практически невозможно отличить от их милости. В нашем случае руку приложили смертные, но все зависит лишь от нашего отношения к ситуации. Забавно, не находишь?
Раалон очень любил вплетать в разговор тысячелетиями собираемую мудрость своего народа, этого у него не отнять, и оспорить ее просто не реально. Иллитири лучше многих знали тайны мироздания, а уж в проклятиях им и вовсе не было равных. Тогда-то мы и пообещали друг другу, что если наш мир покинет один, то он сделает все возможное и невозможное, чтобы призвать к себе другого. Иначе будет скучно, обоим. Зря, наверное, но Избранные Сил всегда держат данное слово. Закон мироздания.
Так мы и продолжали нивелировать наши проклятия в Нескончаемой Войне во славу покровительства своей Силы еще несколько десятилетий, пока Раалон не подорвался на своем очередном шальном эксперименте. Вечно скучающий архимаг-экспериментатор, безумное светило науки с полностью отказавшими тормозами - это был закономерный итог, магическая буря бушевала около месяца, а энергетические аномалии остались до сих пор. Его лабораторию - замок разнесло на атомы сразу же, он продержался чуть дольше, но с огромным количеством разом высвободившейся энергии сладить не смог. А я не успел, другой конец мира все-таки.
После мои подданные с умилением наблюдали картину, как их Император в исступлении пинал надгробный камень на могиле своего врага, оглашая окрестности трехэтажным матом на неизвестном языке. Полагаю, они думали, что Избранный Света жаждал лично уничтожить своего неприятеля, а сейчас просто в неконтролируемом бешенстве от такой неожиданной подставы, наивные. Я снес пафосную эпитафию, золотом впаянную в камень последователями Раалона, и в ручную, с помощью молотка и зубила, выбил свою: "Какого хе...а?". Увековечив тем самым великий и могучий русский на тропинках далеких миров. Наскальную надпись мою никто не посмел тронуть, решили, что выбил проклятие, чтоб Избранный Тьмы не воплотился вновь. Ну-ну.