Кондотьер (СИ)

Наконец, Тибби встрепенулся и отодвинул артефакт подальше от себя.
— Интересный предмет, — сказал он, зачем-то потирая ладони. — Это не гравитон в чистом виде, господин Сирота. Во-первых, сам цвет сразу наталкивает на такое предположение. Энергетические кристаллы — это почти прозрачные камни, без каких-либо примесей. Они не могут быть зелеными, пастельными, красными или различных оттенков. Только легкая белесая замутненность на необработанной поверхности. Во-вторых, структура артефакта наталкивает меня на мысль, что это горный хрусталь. Черный горный хрусталь, он же смоляк или морион. Если посмотреть на солнце, он будет иметь стеклянный блеск. Этим и отличается от гравитона. В Дарсии его не добывают.
— Здесь он не водится, — кивнул виконт, подтверждая слова левитатора. — Я точно знаю.
— Несомненно, — тот благосклонно взглянул на Агосто. — Только прозрачный хрусталь, который иногда путают с гравитонами. Поэтому так легко ошибиться в его предназначении. Черный хрусталь есть в Аксуме и в Халь-Фаюме, что доказывает теорию наших ученых о расколе континента в стародавние времена. Аксум ранее был частью Сиверии, и их береговые линии прямо говорят об этом событии.
Надо же, какие подробности всплывают во время обычного завтрака!
— Как же тогда объяснить необычайную прыгучесть низаритов? — задал я волнующий меня вопрос.
— О, все просто! Где-то залежи черного хрусталя, из которого сделан этот предмет, соприкасались с магическим минералом, — воодушевился левитатор. — За долгие века совместного, так сказать, «проживания», хрусталь впитал в себя часть энергии… Вы слышали, господа, что камень имеет память?
— Бред! — фыркнул купец. — Ученые уже не знают, как получить для себя денежные гранты Королевской Академии Наук. Память! Скажете тоже, Рэйни!
— Перед вами прямое доказательство оного! — левитатор ткнул пальцем в сосульку. — Тот, кто достаточно долго обрабатывал хрусталь, обнаружил в нем свойства гравитона, пусть и не такие мощные. Они позволяют человеку преодолевать тяжесть планетарной поверхности и облегчают передвижение с грузом. Но, повторюсь: о свойствах черного хрусталя известно лишь в теории. Лично я никогда не держал в руках подобный артефакт.
— Так за чем дело встало? — я забрал сосульку и встал. — Давайте прямо сейчас и проверим.
— Вряд ли у вас получится, господин Сирота, — левитатор покачал головой. — Вы для начала попрыгайте на месте, чтобы ощутить энергию мориона.
— Ага, нашли дурачка, — фыркнул я. — А вдруг сработает, и я пробью своей головой потолок капитанской каюты? Мне же шкипер Торфин не простит подобного кощунства!
— Несомненно, — пыхнул дымом капитан под общий смех. — Порча судового имущества встанет господину Сироте в кругленькую сумму.
Проверять действие мориона решили наверху. Экипаж и мои штурмовики с любопытством смотрели на шумную компанию, вывалившуюся на палубу. У меня вертелась одна мысль, которая начисто опровергала все доводы левитатора Тибби. Основные залежи гравитона находятся на Соляных островах. Дарсия и Сиверия тоже имеют стратегические запасы, но в разрабатываемых копях их не так много. Но там нет черного хрусталя. Это точно. Он есть в Халь-Фаюме, как сказал Тибби. И левитатор прав. Только на «моей родине» никогда не добывали гравитоны. Хм, вырисовывается очень интересная перспектива для сиверийской империи.
— Ну что, господа, приступим? — я надел на шею артефакт и обвел взглядом палубу, выбирая для себя цель. Главное, не влететь головой в рею, если морион начнет действовать. Лучше всего будет заскочить на капитанский мостик, оттолкнувшись от настила и уцепиться за перила, после чего перемахнуть через них.
— Игнат, морион может на тебя не настроиться, — предупредил дон Ансело. — Как бы чего плохого не вышло. От таких вещиц всегда одни неприятности.
— Не переживай, дружище, — я хлопнул его по плечу, — у меня сильные покровители, не позволят.
Михель и не думал улыбаться. Мои слова он воспринял всерьез, поэтому только кивнул и отошел в сторону. А я глубоко вздохнул, настраиваясь на акробатический прыжок. Хотелось, чтобы получилось. Ведь тогда в моих руках окажется серьезное оружие тайного Ордена, с которым можно прокручивать дела посерьезнее, чем бессмысленное бодание с Котрилом.
 
Я сжал черную сосульку и закрыл глаза для лучшего настроя. Ощутил легкое вибрирование артефакта, ладонь закололо мелкими иголками, но так — безболезненно, а потом морион стал нагреваться. Приоткрыв один глаз, увидел, что сквозь черноту просвечивается бледно-голубое сияние.
— Чтоб меня медуза ужалила, — пробормотал Тибби, тоже заметив изменение цвета. — Он действует!
Я подпрыгнул на месте. В ногах ощущалась какая-то невероятная легкость, но не такая, чтобы можно было взлететь выше центральной мачты. Все же вселенские законы физики присутствуют и на Тефии. Легкая шалость, взметнувшаяся в моей душе, заставила действовать так, как и задумывалось. Пробежав несколько шагов, я подпрыгнул — палуба резко ушла вниз, а перед глазами мелькнули ажурные перила капитанского мостика. Легонько коснувшись их ладонями, я поджал ноги и перемахнул через них, вызвав у рулевого оторопь.
— Держи штурвал, орясина! — заревел Торфин снизу.
Рулевой судорожно вцепился обеими руками в отполированный круг, не дав «Соловью» выйти из строя. Я обернулся и приложил руку к сердцу, извиняясь перед шкипером. Но прыжок получился впечатляющим. Штурмовики оживленно обсуждали новые способности своего командора, а дон Ансело решительно надел на себя еще один трофейный морион.
Когда я спустился вниз, капитан Торфин буркнул, что все это баловство одно, и занялся своими прямыми обязанностями: следить сверху за порядком на корабле, а заодно и подымить свежей порцией табака.
— Не одолжите мне сей удивительный предмет для вдумчивого изучения? — пристал ко мне Тибби, пожирая глазами морион. — Я понимаю, что взятый с поля боя трофей принадлежит победителю, но черный хрусталь с такими невероятными свойствами еще никогда не попадался в руки ученых. Я мог бы стать первым, кому улыбнулась удача… с вашего позволения, конечно, командор.
Поглядев в горящие мольбой глаза, я молча снял с шеи бечевку с морионом и передал левитатору.
— Одно условие, Рэйни, — предупредил я, придав голосу чуточку угрозы. — Не пытайтесь его перенастроить на себя. Изучайте в дневное время, не откалывайте кусочки от артефакта, чтобы оставить себе. В общем, не вздумайте хитрить и манипулировать. Я не люблю кидаться угрозами, но вынужден предупредить о последствиях, и весьма неприятных, для вас.
— Да, я все понял, — Тибби осторожно намотал бечеву на пальцы, стараясь не прикасаться к мориону. — Будьте уверены, командор, в моей благонадежности. Может случиться так, что удастся открыть еще какие-то возможности артефакта, о чем я вас непременно предупрежу.
— И еще, — напомнил я. — Вечером морион должен быть на мне. Как бы не повторилась попытка нападения.
— Отдам лично в руки после ужина, — пообещал левитатор, и чуть ли не вприпрыжку побежал в трюм, где находилось его рабочее место рядом с единственным гравитоном «Соловья».
Мы проводили его взглядами, после чего я кивнул на расслабленных штурмовиков, и дон Ансело заревел:
— А ну, бездельники, живо построились вдоль борта! Сегодня отрабатываем парные занятия с холодным оружием! Первая пятерка… отставить! Первая четверка нападает с интрепелями и ножами, вторая отражает атаки! Потом смена!
Михель был прав, когда исправил ошибку. Ведь один из наших погиб, а Хитрец, заштопанный судовым врачом, сейчас отлеживается в кубрике. Поэтому в строю осталось восемь бойцов, не считая меня и дона Ансело. Но забирать у Рича и Гуся людей я не стал. Мало ли, что может произойти по пути. Сегодня мы отбились от низаритов просто случайно, а завтра на богатый караван обрушится неизвестная пиратская флотилия. У нас только «Лаванда» без охраны, потому что большая часть товаров из ее трюма выгружена в Эбонгейте.
Боссинэ тоже ушел в свою каюту, боцман Бруно тоже незаметно отлип от нашей компании, занявшись корабельными делами, а я с виконтом отошли к шканцам, чтобы не путаться под ногами экипажа.