Капитан без прошлого - 3 (СИ)
— В самом деле? — не сдержал тем временем своего удивления я.
— От Яллы — труд, из Тен-Йакс — порядок, с Арр-Нолд — нежность, так тогда говорили, — усмехнулся пассажир. — Причем речь не о персонале борделей — хотя, наверное, и такое имело место, но точно не как правило. Куда чаще киборги с нашей планеты выступали партнерами в квази-браках. Конечно, такой союз оказывался обречен на бездетность, но кому-то это было не важно, другие прибегали к усыновлению сирот… О, это были очень крепкие семьи, инициированный киборг с Арр-Нолд влюбляется в своего партнера-человека раз и навсегда, бесповоротно! Почему-то этот аспект наших противников «печатей», сожалеющих о старых добрых временах, особо не смущает и попиранием свободы им не кажется! Как и практиковавшееся тогда принудительное ограничение продолжительности жизни — чаще всего киборг старел вместе с партнером по квази-браку. Сейчас у нас это убрали — теперь при правильном обслуживании мы можем жить значительно дольше людей. Впрочем, нынче и инициация уже не совсем та, что была раньше…
— А что за инициация? — спросил я.
— Стартовый запуск сознания. И — любви, которая для нас так и осталась первоосновой. Прежде было как: кого киборг первым увидит — это непременно должен был быть человек — тому и будет верен всю жизнь, свою или партнера. И ничего, не рабство! Теперь делают примерно так же, но вспыхнувшему чувству не позволяют разгореться, оно сразу же аккуратно глушится. Потом, бывает, возрождается — направленное уже на новый объект, даже не обязательно на человека, лично знаю несколько влюбленных пар из наших… Но такое все же редкость. Снова — все как у людей, не лучше и не хуже…
— Если киборги с Арр-Нолд были такими верными — как же тогда восстали те пара тысяч отщепенцев? — не без нотки иронии в тоне поинтересовалась Аран.
— Вероятно, причина у каждого была своя, — пожал плечами эл Роой. — Говорю же: все как у людей. Кто-то мог пережить своего партнера — и броситься искать новый смысл своего существования. Но это — единицы. Кто-то же, наоборот, проявив верность, последовал за любимым или любимой — об этом не принято вспоминать, но ведь были же и люди, принявшие сторону Восстания.
— Да ладно! — прищурилась на пассажира бывшая шестисолнечница.
— Почитайте документы тех времен, — развел руками эл Роой. — На Ялле они, правда, до сих пор засекречены, но Гохар кое-что публиковал. Как и Бака с Маргорой!
— Что ж, почитаю… — буркнула брюнетка.
— Так что насчет «тех» и «не тех» киборгов — применительно к «печатям»? — поспешил я вернуть ушедший в сторону разговор к тому, с чего тот вроде как начался.
— «Печать» разрабатывалась для киборгов с Яллы, но там уже не пригодилась — все они были уничтожены в ходе Восстания и более не производились, — с готовностью продолжил рассказ пассажир. — Не стало и системы Тен-Йакс, родины их оппонентов-лоялистов. А вот всех уцелевших выходцев с Арр-Нолд собрали по галактике, вернули «домой» и предложили альтернативу: «печать» или жизнь в строгой изоляции под присмотром Ордена Крови — но с возлюбленными, если те согласятся последовать за партнером в эту ссылку. Старая человеческая колония на Арр-Нолд к тому моменту уже не существовала — погибла во время Восстания, однако заводы на планете сохранились. Орден установил лимит производства — достаточно жесткий. Так с тех пор и живем — киборги, людей на планете давно не осталось. Желающие принимают «печать» и разлетаются по галактике, на смену им из цехов приходит молодое пополнение. Раз в три-пять витков запускаются новые модели — все изменения, в основном, чисто внешние, утверждает Орден. Он же следит, чтобы ни один киборг без «печати» не улизнул с планеты. Нет худа без добра — вместо рассеянной по человеческим мирам рыхлой диаспоры у нас своя, достаточно развитая планета. Можно сказать, собственная цивилизация. Все как у людей…
18. На подлете
— Вот уроды! — яростно процедила Дик.
— М-ня! — с неподдельным чувством вторила ей Уняйя.
— Это часть ответа на вопрос, за что нам платят по двойному тарифу! — в свою очередь хмыкнула Аран.
— И так будет каждый рейс? — свирепо прищурился я на Длу — которой, по-хорошему, здесь, в рубке, и быть не полагалось — тем более, во время полета.
— Я-то откуда знаю, капитан⁈ — огрызнулась чужачка.
— Мы на такое не подписывались!
— Похоже, все же подписывались, — аккуратно заметила тут мне бортмеханик. — В контракте так и указано: полный досмотр…
— Шаккр! Не настолько же полный!
— У Ордена Крови нет понятия «не настолько», капитан, — развел руками эл Роой, также подтянувшийся из своей каюты сюда, наверх.
— Что ж, теперь будем знать…
А ведь начиналось все достаточно буднично и безобидно.
— Лицо, управляющее звездолетом класса «Орк», следующим в пространстве системы Арр-Нолд! К вам обращается патруль Ордена Крови! Выйдите на связь для проверки вашего космологического вида! — рутинно раздалось из динамиков чуть более трех часов назад.
Протянув руку к пульту, щелчком пальца я активировал микрофон внешней связи.
— Говорит Йурриий Васс иль Ев, капитан корабля «ЕвА». В моих жилах человеческая кровь, патруль!
— Благодарю, капитан! Вы вошли в зону строгого контроля! Заглушите движки и ожидайте досмотровую партию!
— Принято, патруль!
Нестандартная концовка нашего диалога никого на «Еве» не удивила и уж тем более не смутила: еще перед вылетом нас предупредили, что все следующие на планету киборгов — а равно стартующие с нее — звездолеты подлежат обязательной инспекции. И осуществляет ее не кто иной, как небезызвестный Орден Крови — есть, оказывается, местечко в галактике, где он занят чем-то если и не безусловно полезным, то хотя бы рациональным! Раз уж согнали «железных братьев» в этакий… ну, пусть не концлагерь, резервацию — должен же их теперь кто-то сторожить!
Ну, так мне, по крайней мере, в тот момент подумалось.
— Пилот, застопорить ход! — не медля, распорядился я. — Аран, обеспечь досмотровой партии беспрепятственный доступ на борт! — последнее было скорее обязанностью суперкарго, а не бортмеханика, но бедняга Ксен у нас снова лежала в отключке — выстояв на сей раз четырнадцать нырков подряд, сломалась на пятнадцатом, не такой уж и плохой результат.
— Есть, капитан! — откликнулась Брин — ее текущая «безобморочная серия» как раз достигла четырнадцати благополучно пройденных тоннелей.
— Есть, капитан! — вторила блондинке брюнетка.
— М-ня, какое-то у меня предчувствие… — почти одновременно с ней пробормотала с места бомбардира Уняйя, но умолкла, не договорив.
— Нехорошее? — слегка нахмурившись, быстро обернулся я к ней.
— М-ня, — помедлив, отрицательно дернула ушком фелида. — Скорее, непонятное…
— Что же это тогда за предчувствие, если непонятно, что предчувствуешь? — хмыкнул я.
— М-ня, — пожала плечами кошкодевочка — вновь после некоторой паузы.
— Что ж, пойду, встречу дорогих гостей, — проговорил я, поднимаясь на ноги.
— Капитан, можно с вами? — стремительно повернулась ко мне вместе со своим креслом Дик. — Всегда мечтала посмотреть вблизи на живых патрульных!
— В рубку они тоже поднимутся, — заметил я. — И по каютам, небось, пройдут — так что в любом случае посмотришь!
— То есть нельзя? — приняла мои слова за отказ в ее просьбе юнга.
— Да нет, пойдем, если хочешь, — пожал я плечами.
Первым впечатлением Дик от пятерки эмиссаров Ордена было разочарование — экипировкой визитеров.
— Э, да на них скафандры времен Эпохи Восстания Машин! — покачала головой она, еще увидев тех на экране. — Ну, ладно, наверное, преувеличиваю, — тут же поправилась все же, — но реально очень старые! Я такие в музее видела!
На скафандры я тоже обратил внимание — они у гостей были боевыми, но легкими. И, судя по голубым и зеленым индикаторам на плечевых панелях, ни загерметизировать их, ни активировать комплексную защиту бойцы не потрудились. Правда, оказавшись на борту, и шлемов с зеркальными забралами не сняли. Как-то ни туда, ни сюда, короче!