Кодекс Крови. Книга II (СИ)
Принцесса отстранённо пыталась осознать, чему свидетелем она только что стала, когда её обняли сильные и такие родные руки.
— Доча, кивни, если с тобой всё в порядке, — тихим голосом попросил император.
Вокруг суетились люди форме, с не менее ошалевшими взглядами рассматривая бойню, учинённую вокруг.
Маша кивнула, не понимая, что здесь забыл отец и как он тут оказался.
Спустя пару минут по ней прошла волна целительной магии, немного просветлив мозги и, кажется, притупив столь яркие воспоминания о недавних событиях. Участливый взгляд Бориса Сергеевича подсказал, что она не ошиблась. Ей, как самой последней истеричке, искусственно снизили накал эмоций.
Видя, что дочь всё ещё не реагирует на внешние раздражители, император махнул рукой, кого-то подзывая к себе.
Через пару мгновений принцессу обняла подруга, прошептав на ухо:
— Не сдавай его, прошу, иначе ему не жить. Остальные будут молчать, связанные кровной клятвой.
Глава 12
Нашли меня Паук, Маркус и мой тёзка из орловцев. Состояние было дрянное. Я ощущал себя ни много ни мало ожившей мумией. Мысли вяло ворочались, не было сил даже обратиться за помощью по кровной связи. Эта война выжала из меня всё и даже больше.
Сперва самоубийственное, но крайне удачное взаимодействие с зубом Фенрира. Я догадывался, что придать божественной ярости справедливую и своевременную направленность будет хорошей идеей, но даже не подозревал, что можно так удачно объединить в себе две столь разновекторные божественные силы созидания Винограда и разрушения Фенрира. Правда, за это пришлось щедро заплатить собственной кровью в качестве скрепляющего элемента, но оно того стоило. Более чем справедливая плата за уничтожение основного кулака нападавших вместе с Крысиным.
Мне бы восстановиться в тот момент, тем более бойню я устроил ещё ту… Достаточно было осознанно потянуть из крови врагов энергию, но увы… Осознанности в тот момент во мне не было ни капли. После призыва Маркуса руки на вскрытие свитка переноса сработали быстрее, чем затуманенный божественными силами разум. Я оказался на новом поле боя, где счёт времени шёл на минуты.
Казалось бы, какие могут быть проблемы у мага крови, если он стоит по щиколотку в крови?
А они были, причём серьёзные. Все тела, увиденные на берегу, не были просто телами. Они были частью одной системы, созданной свихнувшимся магом крови, и подпитывали её. Проще говоря, кровь была не ничейной, у неё появился владелец, который своими действиями фактически отравил её и сделал не просто бесполезной, а даже вредной для использования другим магом.
Вот так и стоял я в реках крови, но, словно жаждущий в море, не мог утолить жажду и восполнить силы. Поэтому пришлось выкручиваться, исходя из имеющихся возможностей. Не своих же людей резать во время войны!
Правда, идея с призывом эргов могла и не выгореть. Однако история не терпит сослагательного наклонения. Сработало, а уж чего это стоило мне, никому знать не обязательно. Не сдох же, значит, победил!
Кажется, в какой-то момент, зачистив все диверсионные группы наёмников на своей земле, до меня достучался кто-то из комаров, сообщив, что за принцессой прибыли императорские войска во главе со злющим императором. Вот уж с кем я не хотел сейчас встречаться, так это с императором. Ибо хер бы я объяснил сопровождающую меня компанию из тварей изнанки шестого-седьмого уровня. Эрги были так добры, что даже пошли навстречу просьбе пробить ход обратно в другом месте, а Архос, так звали разумного арахнида, который первым откликнулся на мой зов, даже согласился помочь запечатать прорыв со своей стороны собственной кровью.
Вот лежу я весь такой помятый и высосанный до капли и любуюсь на низкое сизое небо, вот-вот готовое пролиться на меня осенним дождём.
— Нашёл! — послышался радостный возглас слева от меня, — ой… А он должен быть на мумию похож?
— Посторонись, молодёжь! — проворчал Паук, осматривая меня на предмет повреждений. Кроме раны от зуба Фенрира, я был цел, но больше походил на скелет самого себя.
— Это ничего, это мы сейчас поправим! — тихо приговаривал Паук себе под нос.
Опустошив флягу от воды, он принялся сцеживать в неё собственную кровь. Набрав пол фляги, поднёс к моим губам горлышко и дал сделать несколько глотков.
— Маркус, придержи! — меня передали из рук в руки, а вскоре Паук вернулся с какой-то мелколистной травой бурого цвета. — Вот, разжуйте, высосите сок, а остальное выплюньте. Должно стать легче.
Я послушно жевал непонятную горькую дрянь, чувствуя, как по капле возвращаются силы. Выплюнув остатки жмыха, я уже самостоятельно смог держать флягу. Наступила пора задавать самые паскудные вопросы.
— Какие потери среди гражданских и военных?
Командиры переглянулись как-то странно, но слово взял Паук.
— При обороне Хмарево потерь среди мирного населения нет. Все успели уйти на болота. — Я хмыкнул, вспомнив пятёрку пленников, захваченных Крысиным. Паук тут же поправился, — фактически потерь нет. Оставшихся наёмников отыскали и нейтрализовали. Сдалось три десятка воев Крысина. Ждут вашего решения.
— Со школой ситуация хуже, — честно признался Маркус. — Мы не предусмотрели, что наёмники могут потерять контроль и изменить цель нападения. Они не просто отправились грабить гражданских, они даже перерезали воев Крысина, оставленных для присмотра за ними.
— Нужна система оповещения для защиты гражданских, — высказал давно вертевшуюся в голове мысль, — а то мы свои задницы готовились защищать, а мирное население…
— Барон, справедливости ради обычно в родовых войнах мирное население не трогают, — вступился за всех нас Паук. — Это нам не повезло нарваться на таких отморозков, воюющих не по правилам.
— Это «не повезло» нам стоило больше сотни людей, а то все две сотни, — я покачал головой. — Есть некие сигналки в Санкт-Петербурге, верещат при проникновении. Выпускает Кротовский. Думаю, надо закупить на пробу и, возможно, усовершенствовать под наши цели. Но повторения подобного я не допущу. Надо будет, каждую деревню в замок превратим, чтобы в случае необходимости могли осаду выдержать и помощи дождаться.
— Гарнизоны туда поставить хотите? — заинтересовался орловский командир.
— Ещё не знаю, будем решать на сходе, как будет удобно и безопасно. Но своих людей я в расход не отдам.
Фляга опустела, я попробовал встать на ноги, но состояние всё равно было далеко от нормального. Рана на бедре даже не начинала затягиваться, поэтому пришлось наложить повязку.
— В Малые Трясинки возвращаемся? — уточнил Паук, подставляя своё плечо с одной стороны тела и подавая удобную рогатину для другой, чтоб удобней было перенести вес с раненой ноги.
— Может, ещё… лекарства? Я могу… — осторожно предложил свою помощь тёзка. Всё-таки, молодец! Быстро соображает и очень осторожен в высказываниях.
— Не надо, Миш. Мне перед очами императора сильно живым нельзя появляться, вопросы возникнут. А в таком виде, в самый раз. — Я улыбнулся, вспомнив ещё один момент. — Ты, кстати, фамилию как кровник менять должен, но поскольку по должности так и остаёшься командиром, есть предложение оставить позывной Борзый. Как тебе идея?
— Устраивает! — Борзый улыбнулся, — от армейского ничем не отличается.
— Отлично, — подвёл я итог. — Пойдёмте, будем теперь дипломатические войны воевать, а это порой посложнее реальных будет.
Мы медленно возвращались к Трясинкам, откуда приходили постоянные доклады от Жука о проделанной работе. Отдельно он передал свои диалоги с императором на тему моего нахождения и экскурсии по школе.
Ответы были на грани приличия, но в пределах размытых рамок для военного времени на чужой земле. Пока жив хоть один Комарин, командовать там император не мог. Никто не отменял правило: «Вассал моего вассала — не мой вассал».
Я впервые задумался, как доказать собственную личность. Можно было вызвать Тэймэй, но демонстрировать такой актив перед императором не хотелось. Знаю я этих власть имущих, загребают всё, до чего руки дотягиваются. Оставался вариант с божественным вмешательством, но насколько это по правилам?