Кодекс Крови. Книга II (СИ)
— Это вы меня простите, что нагрянул вот так без предупреждения! — проявил я учтивость и заодно представился, — Михаил Юрьевич Комарин, рад знакомству.
— Андрей Мангустов, — представился тот в ответ.
— Андрей, простите, как по батюшке?
— Можно просто Андрей, мы вроде бы с вами ровесники, так к чему разводить политесы на ровном месте, не находите? — улыбнулся хозяин.
— Тогда и вы зовите меня Михаил, — всецело поддержал я идею.
Хозяин дома был явно человеком занятым и активным, неспособным долго находиться на одном месте без дела. Пока мы знакомились, вернулся слуга с тазом воды и полотенцем. Мангустов, продолжая беседу, ополоснул руки и спросил:
— Вы не против лёгкого ужина? Заодно и побеседуем. С раннего утра во рту крошки не было.
Я кивнул, про себя отмечая, что простая и свободная от условностей манера общения Мангустова мне импонировала.
Девушки внесли поднос с аперитивами и закусками, и меня невольно передёрнуло от вида алкоголя. Вот же Белухина, так и трезвенником стать недолго! Мангустов заметил моё выражение лица, но понял его по-своему:
— Ну уж извините, чем Бог послал. Нам пока не до разносолов.
— Не поймите превратно, — поспешил я объясниться, пока не оскорбил хозяина, — я тут три дня графский титул обмывал в компании одной дамы… Теперь алкоголь у меня временно вызывает стойкое неприятие.
— Да уж, вся страна видела, как вы отмечали, — не постеснялся подколоть меня Мангустов, — хотя, окажись я на вашем месте, ещё не факт, что тремя днями бы обошёлся!
— Не вопрос, я вас могу познакомить с Марией Белухиной! Вот уж кто умеет отдыхать с размахом! Только потом, чур, не жаловаться, если вдруг потеряете из памяти неделю жизни! — рассмеялся я.
— Заинтриговали! Возможно, когда-нибудь воспользуюсь вашим предложением.
Мы ещё перекинулись парой ничего незначащих фраз, пока слуги сервировали лёгкий ужин.
— И всё же, Михаил, что вас привело ко мне? — поинтересовался в лоб Мангустов.
— Ваш род семьдесят лет назад воспользовался правом приоритетного выкупа земель ваших соседей, ветви рода Виноградовых, — не стал я ходить вокруг да около причины своего приезда. — Теперь я связан некоторыми обязательствами с этим родом и пытаюсь собрать воедино проданные давным-давно земли.
Мангустов задумчиво жевал жареную зайчатину, периодически макая мясо в острый пряный соус. Запив всё это великолепие парой глотков красного вина, он, наконец, ответил:
— Я, к моему великому сожалению, здесь вам ничем помочь не смогу. Ибо все земли, приобретённые у Виноградовых, были проданы нашей семьёй роду Кобровых ввиду некоторых жизненных сложностей, — видно было, что Мангустову неприятно было произносить это.
Предполагаю, что семья парня оказалась на грани банкротства и лишилась большинства земель. Что ж, сто́ит отдать ему должное, он не только умудрился не рухнуть в долговую яму, но ещё и успешно восстанавливает имение.
— Очень жаль, — не удержался я от печального вздоха при мысли, что торгов с Кобровыми не избежать. — С их наследницей у меня не сложилось знакомство, и теперь, боюсь, возникнут некоторые сложности при переговорах.
Мангустов аж подобрался весь от этих слов, но голос его оставался обманчиво спокойным и даже безразличным:
— А с которой из наследниц Кобровых вы успели познакомиться?
— Имел счастье сегодня вынуть почти из-под колёс автомобиля розововолосую красавицу Надежду.
— Так вы же герой, Михаил! В чём проблема? — как-то нервно отозвался хозяин дома, сжимая столовые приборы в руках до побелевших костяшек.
— Вы же знаете женщин, у них не важно, что сделано, а важно, как сделано! А здесь я дал маху. Спас сударыню не по-рыцарски, вытянув за шкирку, как котёнка. Вернее, даже не за шкирку, а за волосы, — развёл я руками. — А такого ни одна барышня не спустит, уж поверьте! Они злопамятны! А эта и подавно, недаром же Коброва.
Мангустов неожиданно рассмеялся и откинулся на спинку стула.
— Надежда — она такая, — с какой-то нежностью отозвался граф о соседке, — если дело действительно обстоит так, как вы описываете, я, пожалуй, замолвлю за вас словечко.
Я искренне обрадовался такой перспективе. Всё же лучше иметь союзников в предстоящих переговорах. А чтобы союзники эти были верными, я задумался, чем бы мы смогли с Мангустовым быть полезны друг другу.
— Благодарю вас за посильную помощь! И уж простите моё любопытство, но размах стройки поражает! — честно похвалил я графа, — мой род недавно пережил войну, и, глядя на вас, я задумался над реконструкцией собственных оборонительных рубежей.
— Да уж, если к вам ходят твари шестого-седьмого уровня изнанки, я даже не знаю, какие это должны быть рубежи, — присвистнул граф, — мы тут недавно прорыв с четвёртого уровня едва пережили, боюсь представить, как выглядит прорыв с шестого!
— Хреново, — честно ответил я, вспоминая бесполезность магического и технологического оружия против Тильды. — Дай вам Мангуст, чтобы и не узнали! Но я смотрю, у вас тут тоже не скучно, если четвёртый уровень пробивается. Это его последствия вокруг?
— Вы про выжженный пустырь, некогда бывший моими землями? — отмахнулся Мангустов, — нет, это уже господа англосаксы постарались. Сильно захотели пару вёдер эликсира молодости заполучить.
Я припомнил ажиотаж, вызванный этим эликсиром на Всемирной выставке цветов. Всё понимаю, но чтобы стереть с лица земли целое имение? Сдаётся мне, что граф Мангустов не так прост, как кажется на первый взгляд. Да и имперская служба безопасности вряд ли здесь просто так пасётся.
Выдержав некоторую паузу, я всё же решил, была не была.
— Андрей, вы сами предложили без политесов, поэтому я предлагаю пообщаться откровенно. У меня доступ к государственным тайнам высшей степени секретности. Сами знаете, какие это клятвы и каковы последствия их нарушения. Но, кроме того, я могу сделать адекватные выводы из увиденного. С учётом того, как мы с вами «весело» живём, мне есть, что вам предложить для усиления собственной обороноспособности.
Мангустов, до того бодро употреблявший овощной салат, отложил в сторону приборы и пристально взглянул мне в глаза.
— Вы же понимаете, что наша беседа, несмотря на допуски, будет сильно фильтроваться? Уровень секретности один, но секреты-то разные.
— Понимаю, — пожал я плечами.
— Ну тогда и мне есть, что вам предложить, кроме посредничества в деле с землями Виноградовых. Говорите, задумались над реконструкцией? Так, давайте покажу вам свой форт, там и поговорим.
Глава 17
Предложение посмотреть форт вблизи я принял на ура. Мы вышли на улицу, Андрей, ехидно улыбаясь, махнул рукой следовать за ним. Мы обошли недостроенное крыло особняка, и под небольшим навесом я увидел парочку трициклов.
Андрей чуть не светился от гордости, показывая мне свою технику.
— Ездил на таких когда-то?
— Было дело, — честно признался я, присматриваясь к модели, — у нас похожие стоят на оснащении в Карелии. Удобные очень, особенно по лесу гонять.
Андрей несколько поубавил энтузиазм после моих слов и посмотрел на меня с уважением.
— Что? — улыбнулся я, примериваясь к новому аппарату, — должны же быть у нас хоть какие-то плюшки от взаимодействия с императором и Министерством обороны, а не только геморрой.
— И то верно, мои почти оттуда же! — хмыкнул Андрей.
Мы поехали в сторону форта. Трициклы легко поддавались управлению и двигались практически бесшумно, позволяя водителям общаться между собой.
— А кто вам строит форт?
— Есть у меня один фанатик своего дела. Зовут Семён Бобров, редкого профессионализма человек. Услуги стоят недёшево, но сроки и качество выше всяких похвал. Дней десять назад на месте особняка зиял кратер, а сегодня мы с тобой уже ужинали не под открытым небом.
Я оценил скорость строительства и взял себе на карандаш Бобровых.
Тем временем мы проезжали через Мангустовку, и встречные селяне махали графу руками и улыбались. Люди любили и уважали своего господина, что в нынешних реалиях да при молодом возрасте парня ещё нужно было заслужить.