Пробуждение (СИ)

— Если я что-то и успел заметить, глядя на тебя, так это то, что ты весьма невнимательна, чертовски неуклюжа и до жути задириста. Это дает мне повод думать, что ты на каждом шагу вляпываешься во всякие неприятности. — Не хотелось признавать, но он был чертовски проницателен, хотя и не удосужилась ему об этом сказать. — И раз уж я спас твою жизнь, то считаю своим долгом провести тебя и удостовериться в том, что ты дойдешь до школы в целости и сохранности. — Он был серьезен и настойчив, поэтому мне ничего не оставалось, как согласиться.
— Ох, ладно. Только идем побыстрее, мне бы не хотелось опоздать на музыкальную литературу из-за чьей-то жалкой попытки пофлиртовать, — окончательно сдалась, понимая, что он не отвяжется.
— Пф, уж прости, но я даже не пытался, — прыснул он, поспешив за мной.
— Ну конечно, — улыбнулась я, — что тебе помешало просто распрощаться со мной после чудесного спасения? — Моя ухмылка, наверное, была уж очень широкой, потому что его плечи затряслись от смеха.
— Ладно, ты меня раскусила, — пожал он плечами.
— Ха, так и знала! — Победоносно воскликнула я. — И вовсе не обязательно было меня швырять на землю, чтобы познакомиться. Можно было просто подойти и спросить, как пройти до какого-то кафе.
— Да не, это слишком просто. Все знают, что у нас их всего несколько штук, и все они расположены в центре города, — закатил он глаза, словно я произнесла какую-то несусветную чушь, — а вот посмотреть, как девушка валяется под тобой на земле намного экстремальнее.
— Ну и нахал же ты, Эндрю. Интересно, все парни такие? — хихикнула как маленькая девочка.
— Нет, я единственный экземпляр, — самодовольно констатировал он.
— Хм, если меня не подводит мое чутье, ты только что нахваливал себя, — подозрительно покосилась я.
— Тебе кажется, — уверил он меня.
Так мы шли вместе, говоря о всякой ерунде. Я впервые как дурочка хихикала и в душе ругала себя за такое поведение, но ничего не могла с собой поделать. Его присутствие смущало и раздражало меня одновременно. Я украдкой бросала на него взгляды из-под распущенных волос. Один раз мне не очень повезло, и я споткнулась о выступающую на дороге плиту. Эндрю вовремя оказался рядом, уже второй раз за сегодня.
— Ну, что я говорил? — хохотнул он, подхватив меня под локоть, отчего снова смутилась. Да, все-таки он хорош. Я невольно покраснела, а он убрал руку, нервно хмыкнув. Эта ситуация была еще более глупая, чем первое приземление на асфальт у пешеходного перехода. В моей голове мелькали мысли, что это как-то неправильно. Из-за моего сложного характера парни больше хотели дружить со мной, нежели встречаться.
Я искренне не понимала, почему этот красавчик обратил внимание на меня. Внешность у меня была вполне посредственная: темные прямые каштановые волосы почти до пояса, и ни одна в мире укладка не могла заставить их выглядеть иначе, прическа иногда зависела от моего настроения.
Веснушчатый нос с небольшой горбинкой, из-за которого надо мной часто подшучивали одноклассники, называя ведьмой, раздражал меня, а немножко пухлые губы часто были в крови из-за постоянной привычки — прикусывать их.
Единственное, что мне действительно нравилось в моей внешности — глаза. Голубые. Они меняли цвет в зависимости от настроения, и это слегка выдавало то, что действительно могла чувствовать, поэтому фразу «глаза — зеркало души» понимала как никто другой.
Я боялась долгих зрительных контактов, поэтому и сейчас мне стало не по себе, Эндрю пристально уставился на меня, когда мы достигли пункта назначения. Настало время неловких прощаний, не особо умела общаться с парями, потому не знала с чего начать и брякнула глупость:
— Что ж, спасибо, Эндрю, что спас меня от самой себя. Надеюсь, в музыкальную школу ты за мной не пойдешь. — По выражению его лица можно было сделать вывод, что именно это он и собирался сделать, но после десятисекундного молчания парень сдался.
— Наверно нет, у меня кроме опеки ходячих катастроф есть и свои дела, — он улыбнулся, чем выбил меня из колеи.
 
— Тогда я пойду, — мне стало неловко, и неосознанно стала теребить прядь волос, выбившуюся из общей массы прямо на глаза.
— До встречи, Кэти.
— До встречи, — повторила и развернулась к дверям музыкальной школы, входя в здание на пять минут позже начала занятия. Могла поклясться, что чувствовала на себе его тяжелый взгляд.
Я уже с нетерпением ждала нашей встречи, хотя мы даже не обменялись ни номерами, ни какими-либо другими контактами. Мне уже не было особого дела до урока, на котором мы слушали токкату и фугу ре-минор Баха, а после разбирали биографию автора композиции, потому что впервые мои мысли занимал парень. И чего это со мной?
Уроки в музыкальной школе прошли на удивление быстро, и медленно поплелась домой. На обратном пути обошлось без приключений, спокойно добралась до дома, переоделась в длинную футболку до колен, которую мне подарил папа после неудачной стирки серого белья с красным. Она превратилась в грязно-розовую.
Я взяла блокнот и, усевшись на диван поудобнее, стала увлечённо рисовать всякие завитушки на полях. Мне очень нравилось таким образом погружаться в свои мысли. Хотя в художественную школу не ходила, рисовала неплохо, и друзьям мои рисунки нравились, но больше им по душе было другое мое увлечение.
Я писала небольшие прозаические отрывки, в которые вкладывала максимум смысла. Вдохновение появлялось у меня редко, но сегодня был тот самый день, когда муза посетила меня. Смешно признавать, но сейчас моей музой был Эндрю. Я ухмыльнулась про себя и начала писать: сначала неуверенно, а потом все более увлеченно. В итоге вышло что-то очень непохожее на мои ранние работы.
Это был рассказ описывал человека с крыльями ангела. Он стоял над побежденным чудовищем, окруженный ночной тьмой и лишь тусклый свет фонаря освещал его руки, в которых был меч. В его голове шел монолог о роли поступков в жизни, судьбе, роке, предназначении. Он спасал людей, но для этого ему приходилось убивать живых существ. Они были демоническими отродиями, но все же они были живыми. Мне нравилось раскрывать борьбу внутренних противоречий в человеческом сознании. Таким образом можно было решить и понять проблемы, которые вслух боялась произнести.
Я осталась довольна проделанной работой. Ох, ну вот, как всегда запачкала руки чернилами, пришлось идти в ванную отмываться, чтобы завтра не проснуться с синими пятнами повсюду, которые еще неделю будет невозможно вывести. Когда вернулась из ванной, блокнота не оказалось на месте. Роберт, больше некому.
Я нашла брата в другой комнате с моим блокнотом в руках. У него была дурацкая привычка хватать мои вещи без спросу. Пожалуй, мысль о запирании младшего брата в шкафу начинала греть мне душу. После долгой погони за сорванцом по всему дому, мне наконец-то удалось отобрать свою собственность и запрятать ее в надежном месте, подальше от Роба.
Времени до сна оставалось еще много, и от безделья начала листать новостную ленту в социальных сетях, попутно переписываясь со школьными подругами. Я подумывала о том, чтобы начать просмотр какого-то сериала. Меня всегда мучила бессонница, и после полуночи энергия начинала бить во мне ключом. Выбор пал на малоизвестный сериал о подмененных в роддоме детях. Я сделала себе большую чашку чаю и приступила к просмотру.
Каково же было мое удивление, когда через полчаса получила письмо от человека, о котором наделась забыть. Я моментально свернула вкладку с сериалом и уставилась на висячее в строке уведомлений сообщение от Эндрю:
— Надеюсь, за это время с тобой ничего не случилось, и на тебя не упал метеорит, — не ожидала, что он найдет меня и уж тем более сам заведет разговор. Здесь что-то явно не чисто. Я зашла на его профиль, фотографий было мало, всего две штуки, причем похожие друг на друга. На фото профиля он в черной футболке стоял, прилепившись к косяку двери и, скрестив руки на груди, пронзительно смотрел вперед, будто прямо тебе в глаза. Почему-то растаяла и начала улыбаться. «Кэти, что происходит? Ты повелась на милое личико?», — начала приводить себя в чувство. Я еще раз перечитала его сообщение. Главное, общаться как ни в чем не бывало, будто мы приятели. Его попытка завязать диалог показалась мне забавной, поэтому решила развить тему моей неуклюжести.