Золото Колхиды (СИ)

— Бром? — с удивлением переспросила богиня. — Я про такое не слышала. Может, что-то другое?
Я сам плохо себе представляю — что же такое бром? Вроде и соль, но в аптеке он продается в жидком виде.Но откуда в Колхиде, в тринадцатом или двенадцатом веке до нашей эры, его получали? Может, из моря или из каких-нибудь подземных ручьев? А может, это и не бром вовсе, а какая-нибудь древняя магия, которой была обучена Медея? Потому и пованивает, что древняя. Небось, давным-давно испортилась.
Стал вспоминать, еще кое-что вспомнил про бром.
— Бром, он такой красный, даже черно-красный, словно запекшаяся кровь.
— Словно запекшаяся кровь? Вспомнила, откуда мне знаком запах, — хлопнула себя по лбу Артемида. — Это же финикийский пурпур!
— Пурпур? — удивился я. — Вроде бы, это какая-то краска?
— Не какая-то, а очень дорогая, — пояснила богиня. — Ее только в Тире умеют делать, из морских улиток. Я тебе потом раковины покажу. И стоит она на вес золота.
А, точно. Финикийцы вылавливали моллюсков не только для еды, но и для производства красок. Помню-помню, сам о том детям на уроках рассказывал. Значит, бром может содержаться в красителях?
Нет, определенно Колхида поддерживала связь с финикийскими государствами, потому что в Древнем мире только эти «труженики моря» знали рецепты красителей. Как бы греческие воины щеголяли в красных плащах, если бы не покупали краску у пиратов? Вот-вот. А Медея, значит, нашла еще один способ использования пурпура? Интересно, она еще не открыла кружок «Юный химик» при дворце правителя?
— Да, а что с быками-то теперь будет? — поинтересовался я.
— А что с ними будет? Горло перережут, мясо себе возьмут, на кухню, а кости со шкурой в жертву Гелиосу отдадут.
— Значит, жертва все-таки угодна Гелиосу? — решил уточнить я.
Артемида засмеялась.
— Гелиосу все равно — какая жертва. Ему, как и всем нам, главное, чтобы почет оказали, и уважение. А дым от костра вдыхать — так зачем ему это надо? Фи… Вернется домой после объезда неба, жеребцов распряжет, щит огненный спрячем, да и поужинает. Небось, он уже подсмотрел, как ты шашлыки жарил, а теперь супругу заставляет их готовить. Саймон, а ты когда снова шашлыки приготовишь? Обещал ведь… У нас и месо есть подходящее, и лук, и специи всякие. Если мало, так я мигом сбегаю, еще травок принесу. А, Саймон…?
Солнышко мое ненаглядное, и ты туда же.
Я только вздохнул. Если уж любимая женщина шашлыков пожелала, придется жарить.
  
Глава 21
 
Заговор Диоскуров
 
— Бросили, — вздохнул я про себя, наблюдая, как аргонавты нестройной колонной покидают порт.
«Арго» вывели (вернее, вытащили) в море, народ отправился развлекаться — мыть золотишко, а кормщику приходится торчать на корабле и караулить его неизвестно от кого. Правда, вместе со мной остались братья Диоскуры. Кастора от Поллукса я уже отличаю. Тот, что Поллукс — он потемнее, и морщин на лице почти нет. Навскидку можно дать не больше тридцати — тридцати пяти лет. А вот Кастор выглядит постарше, лет на пятьдесят. И, тем не менее, они близнецы. Надеюсь, всем понятно, отчего так произошло? Тем, кто не знаком с мифами Древней Греции хотя бы в пересказе Куна, поясню, что папой Поллукса является Зевс, а папой Кастора — простой смертный, хотя и царь. Еще у них есть две сестрички-близняшки — Елена и Клитемнестра.
Близнецам по жребию выпало караулить вместе со мной. Они-то тоже мечтали отправиться за Золотым руном, но не срослось. Увы, жребий штука такая — все по справедливости.
С утра явился Геракл (но без Ясона) и сообщил, что с Аэтом удалось найти компромисс. Царь не отдаст нам готовые золотые шкуры, но не станет препятствовать, чтобы мы сами их добыли. Владыка Колхиды предоставит в распоряжение аргонавтов проводников, повозки с лошадьми, провизию и все прочее, а уж заполучить драгоценную добычу мы должны сами.
Разумеется, желающих оставаться на судне не было. Осточертело торчать на берегу моря и слушать заунывные вопли вечно голодных чаек. Даже Аглавра где-то стянула платье, копыта и волосатую задницу прикрыла (ну, про волосатую задницу я приврал от досады). И Артемида решила сходить. Дескать — отдохнуть нужно от моря, посмотреть на здешние горы, травок-муравок собрать, а еще любопытно — какие здесь животные водятся? Так что, поскучай без меня любимый, я скоро вернусь. Да и присмотреть нужно за получением золотых овчинок. Если Ясон самоустранился, то мы добычу и сами прекрасно поделим. Значит, нужно кому-нибудь из супругов этот процесс контролировать. В общем — все в дом, в дом… А потом, в Элладе, я тоже разрешу тебе погулять без меня в дремучих лесах. Даже позволю издалека посмотреть на купающихся дриад. А вот о нимфах, мой милый, забудь раз и навсегда. Дескать, я верю, что у тебя ничего не было с той девочкой, которая подарила тебе янтарек с мухой, но…
 
К слову о застывшей смоле. Янтарек, подаренный мне девушкой из источника, отчего-то оказался у меня здесь. Он лежал в кожаном кисете, сшитым другой девочкой — кентавриком. А кисет зацепился за панцирь, с внутренней стороны. Но я точно помню, что я любовался янтарем у себя дома, и не мог вспомнить — откуда он взялся?
Нет, нимфы, всякие там наяды и дриады — не для меня. Да и Артемиде я доверяю.
Не знаю, какие животные имеются в Кавказских горах, а вот козлы тут определенно водятся. Один зять царя чего стоит. Но жену останавливать не стал. Все-таки, у нее своя работа имеется. Как-никак, супруга работает богиней охоты, отвечает за всякую живность, а знакомство с фауной, что бродит по горной флоре — это словно курсы повышения квалификации. Авось и отыщет какой-нибудь эндемик. Главное, чтобы не тащила его на Пиренейский полуостров и не нарушала тамошнюю экосистему.
А гулять по лесам Эллады мне не хотелось. Я бы с удовольствием познакомился с каким-нибудь философом, но, увы. Время Сократов или Платонов наступит не скоро.
По моим прикидкам, народ уйдет в горы на неделю, если не дольше. Что ж, придется поскучать. Может, удастся наладить контакты с Диоскурами?
Вон, они тоже уже пожелали поговорить.
— Саймон, у нас есть к тебе вопрос, — начал Кастор, а Поллукс подхватил. — Сможешь ли ты нам на него ответить?.
Надеюсь, хоть этот-то не станет говорить о пророчествах? Но ответить придется. Диоскуры — серьезные ребята, а Поллукс, если верить слухам, учил самого Геракла драться на кулаках. Мой друг мне об этом не говорил, но к братьям относился с большим уважением. Впрочем, я и сам испытывал перед Кастором и Поллуксом некий трепет. Все-таки, родился я под созвездием Близнецов и, в некотором отношении, считаю себя находящимся под их покровительством.
— Я весь во внимании, — склонил я выю перед близнецами.
— Нам бы хотелось услышать, — произнес Поллукс, а Кастор продолжил: — Правильно ли мы поступили?
— Неправильно, — тут же ответил я.
— Почему? — в один голос спросили братья. Переглянувшись, братья кивнули друг другу и Поллукс мрачно сказал: — Ты еще не услышал вопроса, а уже ответил на него.
— Ответил, — хмыкнул я. Посмотрев на братьев, пояснил. — Если бы вы поступили правильно, то сомнений бы не испытывали и вопросов бы задавать не стали.
Диоскуры снова переглянулись, а потом уставились на меня так, словно увидели впервые.
— Да брат, — произнес Кастор.
— Точно, — кивнул Поллукс.
— Друзья, а вы умеете читать мысли друг друга? — поинтересовался я, и оба брата синхронно кивнули. Нет, я знал, что близнецы очень близки друг другу, но не до такой же степени! А тут, поди ж ты…
— А все-таки, в чем у вас сомнения? — спросил я. В опасении, что близнецы обиделись, поспешно сказал: — Друзья-Диоскуры, если я о чем-то поспешно сказал — не судите строго. Расскажите, какие сомнения вас гнетут?
Наверное, сказал слишком поэтично и пафосно, но по делу. А еще я вспомнил, что мое имя переводится как «слушающий». Стало быть, слушать разные историии — это моя прямая обязанность.