Невероятные приключения циников в Скайриме (СИ)
Кречет выругался под клюв:
— Они уничтожат базу, так?
— Да, уже заложены заряды. Пока наши военные боятся вторжения извне больше, чем потерять результаты эксперимента, базу и наши жизни. Если мы ничего не предпримем отсюда, то демон пробьет брешь, и тогда они активируют заряды. Боюсь только, что из-за дыры между мирами взрыв уничтожит не только базу с лабораторией, но и часть земель в Скайриме.
Птица разразилась сочной бранью, довакин-бородач побледнел, а у блондинки от нервов задергалась нижняя губа:
— Они не дождутся нашего возвращения?
— Мы для них станем меньшей из забот, — хмыкнула Пит.
— Но как же…
— Мы могли бы…
— Хватит! — взвизгнула Векс. — Во имя Шоровой бороды, о каком взрыве вы говорите?! Что это еще за дерьмо?
Кречет повернулся к ней, пышущий негодованием:
— А я еще не достаточно напугал тебя, ку-кол-ка?! Хорошо, продолжим. Запомни слово «Бомба». Ядерная, осколочная химическая, бактериологическая… Без преувеличений один взрыв ядерной бомбы приличной мощности может уничтожить половину Скайрима. Давай, я поясню, что имею в виду: сначала пройдет ударная волна — она снесет все на своем пути: дома, лес, любые строения… Потом придет жар такой силы, что ваши драконы окажутся в сравнении с ним цветочными феями. Но жар, это еще не все: проникающая радиация заденет все живое, что выжило после первых двух волн, а закончится все тем, чтоб выжженную пустыню накроет радиоактивное облако… Это такая штука, которая, не спеша, убивает все, что пытается выжить, а все что выживет получит болезни и уродства. Так что, да, граждане воры, брешь между мирами и успех нашей операции касается всех присутствующих.
Кречет закончил свою речь в абсолютной тишине.
Как и все, Бишоп переваривал сказанное, и оно казалось ему бредом пропойцы, если бы не Пит. Он провел с ней столько времени, что начал доверять ей. Рейнджер успел убедиться, что Пит действительно отличалась от любой другой девицы из его прошлого и настоящего, а ее слова о других мирах обрели новый смысл, вот только…
— Откуда ты столько знаешь про это всё? — первым заговорил Бишоп. — Про даэдра, брешь и взрыв?
Пит устало потерла переносицу, и рейнджер только сейчас обратил внимание, что у девицы под глазами пролегли глубокие тени, а руки дрожат то ли от усталости, то ли еще от чего…
— Часть сведений мне передали из нашего мира через сон: когда активное сознание спит, до подсознания легче достучаться, — глухо отозвалась Пит, — но большую часть знаний я прочла в Древних свитках… Они и вправду показывают всё…
Она отняла руки от лица, с сомнениями взглянув на два золотых футляра, лежащих перед ней, затем перевела взгляд на воров, размышляя о чем-то. Наконец, все так же молча Пит потянулась к своему мешку и аккуратно вытащила кусок свернутого пергамента, некрепко сжав его в кулаке. Бишоп мог поклясться, что пергамент в ее руке слабо светился.
— Эти свитки… — Пит перехватила взгляд Бишопа, — они могут рассказывать обо всем: о будущем, прошлом и настоящем, если знать как прочитать или увидеть. Если не бояться спятить от обилия информации. Страшной информации… До… — она судорожно вздохнула, и Бишопу показалось, что в ее глазах сверкнули слезы, — до усрачки страшной… Я слышала, что в Тамриэле есть орден монахов, которые всю жизнь готовятся к прочтению Свитков: тренируют разум, пытаются отрешиться от мирского, и прочие буддийские штуки. У нас нет на это времени, но вы должны мне помочь. Должны! Поэтому… вот.
Она нерешительно протянула ладонь, на которой показался мятый кусок едва светящегося пергамента.
— Я не хотела к этому прибегать, но другого выбора нет. Это выдержка из Древнего Свитка. Я перевела и записала отрывок, как сумела. Думаю, этого должно хватить, чтобы вы увидели тоже, что и я, и не спятить при этом. Облегченная версия, так сказать…
Воры нерешительно уставились на открытую ладонь, Бишоп же не сводил глаз с лица Пит, которая будто постарела на сотню лет.
— Что там? — ровно произнес он.
— Там наше будущее… — просто ответила дова, — одно из многих, но наиболее вероятное.
Никто не спешил брать клочок бумаги, и Пит криво усмехнулась. В ее улыбке промелькнула какая-то хищная горечь, отчего Бишоп внутренне вздрогнул. Так усмехались ублюдки, готовые поджечь собственное поселение вместе с захватчиками; ублюдки, которым уже нечего было терять. Так, наверно, усмехался сам Бишоп, когда поджигал лусканцев в родном Дозоре Редфеллоу.
— Нет желающих? — деланно удивилась Пит, снимая наваждение. — Ну же! Взгляните сами, что ж вы подсыкаете…
Она обошла стол и насильно всунула клочок бумаги в руки Векс.
— … можете мне не верить, граждане воры, но взгляните сами на ту волну дерьма, которая накроет всех, если не начать шевелиться.
Пит вернулась на место, упала на свободный стул и закинула ноги на стол. Словно никого не замечая, она вытащила откуда-то из темноты непочатую бутылку вина, вытащила зубами пробку, и, выплюнув ту, присосалась к горлышку. Бишоп перевел взгляд на воровку, которая по-прежнему не решалась прочесть клочок бумаги.
— А ты, Бишоп, не хочешь взглянуть? — глухо раздалось со стороны Пит. Она смотрела на бутылку, но рейнджер готов был поклясться, что дова наблюдает за ним.
— Я, красотка, не боюсь будущего, — усмехнулся он, — знаю, как выживать в любой передряге. А еще знаю, что не стоит заглядывать в незнакомые магические свитки и книги. Ты пообещала вернуть мне выигрыш и доплатить сверху тысячу септимов, верно? Мне этого достаточно. Этого и твоего слова. Так что мой лук к твоим услугам, красотка.
— Это… обнадеживает.
Вдруг раздался грохот и женский крик. Векс стояла около опрокинутого стула, с болезненным остервенением глядя в пергамент, а на ее лице скакали огненные всполохи. Бишоп мог поклясться, что из свитка доносились крики агонии, а в зале заметно потеплело. Векс вцепилась в клочок пергамента, не в силах оторвать рук, словно те прилипли к куску бумаги, пока Делвин не подскочил и не вырвал его силой.
— Объяснись, бар-рд! — зарычал он на Пит, смяв листок, и Бишоп незаметно поменял положение, чтобы в случае чего выхватить кинжал первым.
Дова не повела и бровью, мрачно глядя на Векс:
— Понравилось зрелище?
— Я видела… Видела… Я была там… — воровку мелко затрясло, и она сползла на пол, — я видела конец мира…
— Добро пожаловать в нашу компанию, Сара Коннор, — усмехнулась Пит. Она наклонилась и, вытащив из-под стола вторую бутылку, перекинула ее Делвину, — держи! Дай ей. Это немного поможет. Я уже пол-дня пытаюсь надраться после увиденного…
Векс, обняв себя за плечи, забормотала:
— Огонь, повсюду огонь… Никто не выжил… Делвин, Брин, гильдия… Все горели заживо… А потом пошли эти странные штуки, которые воевали с драконами…
— Брин, Делвин, а вы не хотите заглянуть на свое будущее? — Пит убрала ноги со стола, — только вы предупредите заранее, а то у меня выпивка закончилась…
— Что ты хочешь, бард? — мрачно отозвался старый вор.
— В условленный час мы должны открыть портал и вернуться домой. Помогите нам продержаться против… — Пит проглотила последние слова и медленно выдохнула. — Если вы поможете нам, то спасете оба наших мира, а я в свою очередь помогу гильдии всем, чем смогу.
Бишоп смотрел, как Делвин и Бриньольф переглянулись, наконец, скупо кивнули:
— Хорошо. Гильдия в деле.
— Отлично, господа. Предлагаю сначала спасти два мира, а потом снова вернуться к грабежам и воровству, — Пит поднялась и окинула каждого присутствующего цепким взглядом, задержавшись на Бишопе. — А теперь давайте составим план…
Почему-то от последних слов рейнджеру поплохело…
Глава 24. Спящая красавица и неспящее чудовище
После нескольких часов споров, перекрикиваний, одного обморока и снесенного яйца военный совет, наконец, закончился, и все разбрелись по делам. Бишоп насчитал тринадцать дыр, из-за которых все могло пойти великану в гузно, но не спешил делиться мыслями. Судя по мрачным лицам, остальным хватало и своих сомнений.