"Фантастика 2023-115". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Вы были правы, — произнес лысый мужчина, обращаясь к князю. — Он действительно появился. Только я не согласен с тем, что мои люди с ним не справились бы.
— Не справились, — не согласился с Ваниловым Темников и добавил: — Если бы он захотел мстить, то от вашего рода не осталось бы ни единого живого человека. А значит, этой ночью вы мне очень сильно задолжали.
Ванилов нахохлился, хотел было что-то сказать, но вовремя остановился. Заклубившийся над Темниковым плотный туман говорил яснее всех слов.
— Присаживайся, Феофан, — указал Егор Дмитриевич богатырю на соседний стул. — В ногах правды нет. Да и нам с тобой есть о чем поговорить.
— Нам не о чем разговаривать, — нахмурился старый воин, не желавший принимать приглашение.
— Как это не о чем?! — покачал головой Темников и твердо добавил: — А об Иване? Думаю, эта тема разговора тебе понравится.
Богатырь замолчал, а через некоторое время задумчиво спросил:
— Ты стал намного сильнее, неужто получил ранг архимага?
Заметив, как Ванилов побледнел, Феофан фыркнул и добавил:
— Ладно, Егорка, утомил ты меня своими разговорами. Раз мы убедились, что с Иваном все хорошо и этот лысый всего лишь твоя приманка, я пойду. Дел, знаешь ли, много.
В этот момент дверь в комнату открылась, и богатырь почувствовал возросшую опасность.
— Не стоит дергаться, — произнес знакомый голос профессора Петиуса, который с угрозой добавил: — Присаживайся, Феофан, или мы будем вынуждены тебя посадить.
То, что утро не будет добрым, я понял по какой-то смущенной физиономии Федота, когда он по непонятной причине заявился в мою комнату после утренней тренировки.
— Что случилось? — тут же настороженно спросил я, вставая с кровати.
— Я только что встретил отца, — каким-то непонятным тоном протянул брат. — И выяснил, что он в курсе того, чем ты занимался в столице.
— Ну, если причина твоего состояния в этом, то не бери в голову, — отмахнулся я. — Мне было изначально известно, что Николай сливает всю информацию. Тебе хоть за отлучки не прилетело?
— Не прилетело.
Несмотря на мой ответ, брат вовсе не расслабился, а, напротив, нахмурился еще больше.
— Что еще? — решил я немного ускорить его, не понимая, что могло привести к столь непривычному поведению.
— Я многого не знаю и, может быть, не все понимаю, — наконец решившись и аккуратно подбирая слова, начал говорить Федот. — Но по какой-то неизвестной мне причине отец сейчас держит в темнице твоего Феофана.
Не слушая больше брата, я стремительно вылетел из комнаты и двинулся в сторону подвала.
— Здесь направо, — повел догнавший меня Федот и с любопытством добавил: — Его почему-то поместили в специальную темницу для высокоранговых магов.
Я ничего не ответил, но брат, судя по всему, не расстроился. Ему хватило ума сложить обстоятельства и мою реакцию.
Оказавшись в подвале, мы подошли к двери, возле которой стояли двое воинов и маг, после чего беспрепятственно вошли внутрь.
Феофан сидел на деревянных нарах спиной к стене и безмятежно смотрел перед собой. Его лицо было испещрено большим количеством гематом и ран, поломанный нос съехал набок, а все тело покрывали неприятные глубокие раны и ожоги.
Руки и ноги наставника сковали широкими, исписанными непонятными письменами, оковами. Он сидел в какой-то странной, исковерканной позе лотоса.
«Какой-то артефакт, вытягивающий все силы, — догадался я. — Иначе Феофан попытался бы сбежать».
Я хотел подойти к нему, но между нами выросла туманная дымка, вырвавшаяся из ауры отца. Она, как оказалось, несмотря на невзрачный вид, была чуть ли не тверже камня.
— Убери ее! — жестко потребовал я, посмотрев на Темникова.
— И почему я должен это сделать? — таким же тоном произнес он, пристально глядя мне в глаза.
— Это мой наставник! — заявил я, не дрогнув. Заполненные тьмой глаза я видел только в фильмах ужасов, но в реальной жизни это оказалось довольно неприятным зрелищем.
— А также человек, проливший кровь в этом доме, — отрезал отец. — Он преступник! И я в своем праве!
Скосив взгляд чуть в сторону, я заметил, что еще недавно с любопытством прислушивавшегося к нашему разговору Федота, словно пушинку, вытолкнула из камеры темная отцовская аура, и железная дверь с грохотом захлопнулась.
«Ага, значит, сейчас пойдет основной торг, — подумал я. — Отец не зря избавился от свидетелей, да и не нужно старшему брату знать о мерзкой грязи в семье».
— Ты тоже пролил в нашем доме кровь, — пользуясь отсутствием свидетелей, веско заявил я. — А он лишь исправлял твои ошибки!
— Пусть так, но это не…
— Чего ты хочешь? — резко перебил я отца, ломая всю его игру. — Говори прямо!
Не знаю, чего конкретно он хочет, но уверен, что Федот не случайно стал свидетелем утренних событий и неспроста оказался в моей комнате.
— Я хочу его смерти, — выдержав небольшую паузу, решительно произнес отец. — Он виноват, вот и все.
«В таком случае зачем было волочь его сюда? — подумал я. — Там не мог убить или как? Актер, блин… Подыграю немного».
— Так не пойдет, — покачал я головой. — Ты же знаешь, что это единственный преданный мне человек, который не раз спасал мою жизнь. Поэтому пришла очередь вернуть должок.
— Понимаю, — просто согласился отец и замолчал.
«Чего же ты хочешь? — подумал я, после чего наконец понял. — Вот же идиот! Как я сразу не догадался! Он явно хочет избавиться от долгов!»
— А ты помнишь, что после победы в финале турнира задолжал мне несколько просьб? — спросил я и мысленно добавил: «А точнее, целых пять».
Отец с явным недовольством кивнул, и я понял, что попал в цель.
— Ну так вот! Я хочу, чтобы ты освободил Феофана и больше не имел к нему никаких претензий.
— Это две просьбы! — не согласился Темников. — К тому же за жизнь своего человека ты бы мог дать и пять. Это была бы справедливая цена.
— Ничего себе! — возмутился я. — Когда тебе нужна была помощь, я сделал все, как надо, благодаря чему ты теперь в шоколаде! Еще и сам сказал, что пять просьб — в самый раз и торговаться не намерен! А когда мне действительно понадобилось что-то от тебя, то ты мало того что к каждому слову стал придираться, так и вообще обуть меня решил?!
Выдержав небольшую паузу и все обдумав, я произнес:
— Раз ты не хочешь играть по-честному, то моя просьба будет звучать так. Я прошу полной неприкосновенности для Феофана. Это ведь получается всего одна просьба? Все верно?
Отец некоторое время, прищурившись, смотрел на меня, а затем произнес:
— С единственным условием. Он должен дать клятву, что не причинит вреда ни одному представителю рода Темниковых.
— Это резонно, — согласился я несколько озадаченно.
«С чего он решил, что Феофан будет следовать своему слову? Нет, так-то он, конечно, постарается быть честным, но в жизни всякие форс-мажоры бывают».
Как только темная дымка втянулась в тело отца, наставник попытался что-то сказать, но тут же закашлялся.
«Ему нужна вода!» — понял я, с болью глядя на состояние близкого мне человека, и в следующее мгновение уже поднес к его лицу что-то, похожее на ледяной стакан, внутри которого плескалась студеная вода.
«Ничего себе! Я так могу?! Моя власть выросла на несколько порядков?!» — ошарашенно подумал, легко вливая магическую силу в стакан и преобразуя лед в воду.
— Ух, хороша! — оживая на глазах, произнес наставник хриплым голосом. — Еле напился.
— Ты все слышал, богатырь? Готов к непреложной клятве? — обратился к нему отец.
«Непреложная клятва?» — продолжал удивляться я.
— Готов, — произнес Феофан. — Только добавлю небольшую поправку. Я готов не причинять вреда представителям рода Темниковых лишь в том случае, если они не станут угрожать мне или Ивану.
— Хорошо, — ответил отец, чуть подумав.
— Пусть только с меня снимут эти ужасные кандалы, — поморщившись, произнес наставник. — Они уже все мои силы выпили, скоро коньки отброшу. И от зелья восстановления я бы тоже не отказался, клятва потребует много сил.