"Фантастика 2023-115". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Частенько такие взрывы выливались в жесткие драки с однокурсниками из-за каких-то пустяков, посылание куда подальше командиров и схватки уже с ними, а иногда просто в слезы вдали от посторонних глаз…
Правда, что-что, а драки между кадетами очень жестко карались. Начиналось все с того, что бузотеры отправлялись на марш-бросок с полной выкладкой, а чтобы не скучали, им в компанию придавалось их же отделение. После одной из драк, в которой участвовало сразу четыре кадета, наказание получил весь наш взвод.
Во время марш-броска сержанты нередко загоняли кадетов в воду или делали остановки для выполнения отжиманий или джамбо. Последнее упражнение ненавидели абсолютно все кадеты. Даже я. Все потому, что оно было действительно тяжелым, быстро забивало ноги, и его требовалось выполнять синхронно. Под джамбо в училище понимали выпрыгивания вверх из положения сидя с хлопком руками над головой.
Помню, как довольный донельзя Дубовой впервые разъяснял нам правила выполнения этого упражнения.
— Вы должны выпрыгнуть максимально высоко вверх и сделать одновременный хлопок ладонями всем отделением, — говорил он, глядя на взмыленных от бега ребят. — Для начала сделаем всего пять выпрыгиваний, для первого раза будет достаточно.
«Пять — это не так много, — мимоходом отметил я. — Это нам на один зуб».
— Раз! — скомандовал Дубовой, и от выполнивших упражнение кадетов полетели неоднородные хлопки.
— Не считается! Раз! — скомандовал он чуть громче, и у нас получилось намного лучше.
— Раз! — снова повторил он, и у нас получилось.
— Два! — продолжил счет сержант.
— Два! — улучшили мы результат.
— Два! — синхронно хлопнули мы ладонями, и я ожидал перехода на счет «три», но Дубовой разочаровал нас: — Не все полностью выпрыгивают! Незачет! Пробуем еще раз! Два!
Стоит ли говорить, что с таким скотским отношением до цифры «пять» мы не дошли, хотя скакали где-то с полчаса, по прошествии которых ребята чуть друг друга не убили.
Не удивительно, что после слов сержанта:
— Вы даже пять раз джамбо сделать не в состоянии! — даже мне хотелось сильно его ударить.
Во время подобных коллективных наказаний командиры пытались донести до нас мысль о недопустимости конфликтов в воинском братстве, ведь когда-нибудь нам, возможно, придется прикрывать друг другу спины в бою, и из этого ничего хорошего не выйдет, если мы будем помнить детские обиды из-за какой-то ерунды.
Это немного притупило вспыхнувшие, как костер, конфликты, хотя, возможно, все дело в наказаниях и марш-бросках, которых и так было выше крыши… Как бы там ни было, командиры заставили ребят задуматься о последствиях своих поступков.
Меня в принципе все здесь устраивало, поэтому я и продержался без срывов так долго. К тому же, благодаря жесткому обучению Феофана, я был обвешан «козырями». Например, использование медитации всегда помогало мне оставаться бодрым и отдохнувшим, даже если на сон выделялось всего два часа. Шики-чо и отличная физическая форма позволяли успевать на построения, показывать отличные результаты и не уставать даже при самых тяжелых нагрузках. Замечавшие это командиры иногда даже заставляли меня выполнять больше, чем остальных кадетов, и я не отказывался. Что успел вбить в меня наставник за время наших странствий, так это четкое понятие: если есть возможность тренироваться — тренируйся! Кто знает, какой противник попадется тебе в следующий раз…
Именно поэтому я не забывал самостоятельно тренироваться в свободное время. К тому же мне очень не хотелось потерять уровень боевира, на пути к которому я пролил много крови и пота…
Наблюдающему за мной стороннему человеку с первого и даже со второго взгляда все в моей теперешней жизни могло показаться вполне приемлемым, если не сказать отличным. Все у меня хорошо, все получается, я по многим показателям один из лучших кадетов. Да я и сам это прекрасно осознавал. Учиться мне действительно было легко, как и воспринимать то, чему пытались обучить преподаватели и командиры. Нагрузки я переносил прекрасно и хорошо высыпался. Однако, несмотря на все это, сегодня мое настроение резко ушло в минус…
В чем дело, я пока не понял. Может быть, в том, что я уже два месяца безвылазно находился в кадетке? Или это связано с запуском очень важного для меня проекта «Куфар», который должен был стартовать в это время и который я никак не мог проконтролировать из-за запрета использования мобильных телефонов? А может, все дело в ощущении непрекращающегося Дня сурка? В котором я словно бы застрял и ничего не мог с этим поделать. Или все же мог? Ведь у меня была возможность написать рапорт на имя начальника училища и просто свалить!
На всем протяжении недолгого обучения меня посещали мимолетные вопросы, заставлявшие задуматься о многом.
«Чем я тут вообще занимаюсь? Для чего мне все это необходимо? Может, вернуться домой и не терять время зря?» — думал я, отвлекаясь от повседневных дел.
Однако в последнем вопросе к самому себе я конечно же немного лукавил. Да, училище не могло принести мне столько же пользы, как остальным мальчишкам. Мои физические данные и уровень владения духовной энергией хороши даже для постоянного состава — сержантов и офицеров. Психологическая устойчивость в связи с реальным возрастом, тренировками Феофана и походами в пустошь тоже на высоте. Умение обращаться с огнестрельным оружием — из-за длительных тренировок с Ильясовым — на отлично. Да и в принципе дисциплинированность, которую прививает кадетка, лично мне совсем не нужна. Я уже взрослый дядя, пусть и в теле мальчишки, знаю, чего хочу, и уверенно иду к своей цели.
Если хорошенько вдуматься, то вырисовывается весьма двойственная картина. С одной стороны — я очень хорош, а с другой — я очень хорош для этого заведения и зря теряю свое время. Если бы обучение в кадетке не позволяло мне подружиться и стать авторитетом для многих молодых бояричей из влиятельных родов и если бы из нас тут не готовили отличных боевых магов, то было бы совсем-совсем грустно.
За относительно короткий период времени, а два месяца это действительно не так много, нам, кадетам, не только вколотили базовые знания по тактике и стратегии магов в борьбе как с демонами, так и с людьми, но и дали хорошую основу для формирования добротных боевых заклинаний. Так что я уже успел освоить пять совершенно новых для меня конструктов и стал работать над шестым!
Несмотря на успехи в магии, у меня все равно было ощущение, что трясина однообразия затягивает в болото и медленно покрывает зеленой тиной. Спасался я лишь действительно разнообразными тренировками в вечернее время. Где-то час тратил на то, чтобы остаться без духовной энергии, отдавая себя игре с клинком и созданию техник. Оставшееся время посвящал посещению магического полигона, который располагался сразу же за учебным корпусом номер один, где всегда хватало места для желающего совершенствоваться кадета.
Вынырнув из воспоминаний, я машинально достал из первого шкафа свою разгрузку — жилетку с большим количеством нашитых карманов и хлястиков, на ходу накинул ее на себя, привычно застегнул и перешел к следующему шкафу, откуда достал удобные наколенники и налокотники. В следующем взял за шлем…
Двигаясь в колонне по одному, взвод быстро перемещался по оружейной комнате и одновременно с этим экипировался. Процесс перевода подразделения в боевую готовность был очень хорошо продуман.
Войдя в оружейку, кадеты оказывались в своеобразном лабиринте из шкафов с разнообразной экипировкой и оружием. Продвигаясь змейкой по извилистому коридору, они постепенно переоблачались и в считаные минуты оказывались полностью готовыми к бою. Как я узнал на занятиях, эта система подготовки подразделения долгое время успешно работала и в лиге охотников, защищавшей империю от телепортируемых на ее территорию демонов, и в воинских частях экстренного реагирования.
Привычно определив три магазина, полных патронов, в специальные ячейки на груди, я соединил четвертый магазин с автоматом и, закинув оружие за спину, двинулся дальше.