"Фантастика 2023-115". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

– Ты вот вроде и правильно все говоришь, – покачал головой наследник. – Но все равно неверно! Я считаю, что мы должны работать медленно, но верно. Ты совсем не учитываешь все риски! А их множество! К тому же, судя по всему, у Морозова большое количество недоброжелателей, ведь мы оплачиваем лишь малую часть развернувшейся против него информационной кампании. А значит, на передний план выйдет какой-нибудь другой род. Который привлечет к себе большее внимание и соберет все предназначенные ему тумаки! Тогда-то мы и начнем забирать свое.
– А если против него никто так и не выступит? – произнес Виктор и добавил: – Я имею в виду решительные действия, а не писанину в газетах.
– В таком случае мы общими усилиями рано или поздно все же отправим его на фронт. Тогда и настанет время действовать.
– А если он там погибнет? – спросил Виктор, отложив вилку в сторону. – Ты осознаешь, что в этом случае контроль над его предприятиями с девяностопроцентной вероятностью перейдет к Темникову? И тогда нам будет гораздо сложнее вернуть свою отрасль. Нам лучше действовать сейчас! Да и к тому же ты не задумывался, что общественность не поймет, если мы будем работать по Морозову в то время, когда мальчишку командируют на передовую? Скажут, что защитник ушел на фронт защищать страну и, пока он проливает литрами кровь, стервятники решили ободрать его до нитки.
– Поверь мне, – произнес наследник уверенно. – Судя по масштабам развернувшейся кампании, там и помимо нас желающих поживиться предостаточно. Мы будем одними из них, а не единственными. К тому же, задавив мальчишку сейчас, мы можем вызвать недовольство императора и, что в долгосрочной перспективе для рода еще хуже, принца Витовта. Напомню тебе, что последний – очень хороший друг Морозова, которому мальчишка спас жизнь. Думаешь, для нашего рода полезно, если правитель империи будет иметь на нас зуб?
Младший фыркнул, пытаясь что-то возразить, но молчавший до этого момента Василий Игнатович решил взять слово.
– Архип прав. Для дальнейшего процветания нашего рода мы обязаны зреть в будущее и выискивать проблемы заранее, еще до их возникновения. Мы не можем позволить себе действовать необдуманно, наживая столь могущественных врагов, как император или его наследник. – Глава рода пристально посмотрел в глаза младшему сыну и веско добавил: – Возможно, ты считаешь, что подобная предусмотрительность в современных реалиях уже неактуальна. Что в просвещенное время правитель не позволит себе резать собственных подданных, особенно боярский род. Что нынешний император слаб, раз дает возможность забалтывать себя советникам и вынужден подчиняться большинству. Однако это ошибка. Дело в том, что по своей сути Изяслав дипломат. Он лавирует между мнениями, советниками, силовиками, политическими партиями и боярами, чтобы сделать наиболее оптимальный для государства выбор. Но не стоит заблуждаться. Когда необходимо, наш император бывает жесток и безжалостен, а его наследник, воспитывающийся как воин, может вырасти в более прямого и жесткого лидера, и, не дай Спаситель, наш род действительно попадет в немилость. Тогда мы потеряем очень многое!
– По вашим словам, какой-то малец может совершенно наглым образом забраться в сферу интересов рода, а мы ничего с этим не сумеем сделать? – произнес Виктор зло. – Мы уже показали окружающим свою слабость. Сегодня-завтра помимо мальца нас попробуют взять на абордаж другие! Вот в этом случае мы действительно останемся ни с чем!
Разговор на повышенных тонах прервало появление рядом четырехлетней девочки в воздушном белом платьице.
– Деда! – крикнула она, подходя к главе рода поближе, и взяла его за руку.
– Да, мое солнышко, – ласково произнес пожилой мужчина, тут же забыв про напряженный разговор и пригладив кончиками пальцев длинные русые волосы на голове внучки.
Девочка с серьезным видом открыла висящий на плечике миниатюрный клатч и, достав телефон, протянула его деду.
– Я знаю, что ты не разрешаешь брать их в столовую, – серьезным тоном произнесла она. – Но тебе нужно срочно что-то там увидеть. Не ругайся.
 
– Хорошо, мой свет, не буду ругаться, – улыбнулся Василий Игнатович, принимая телефон, и, посмотрев на притихшую молодежь, сурово погрозил пальцем.
– Брат, ты неправ, – вернувшись к прерванной беседе, произнес наследник рода, проводив младшую дочь теплым взглядом. – Мы не оставили Ивана. Мы уже действуем против него, только делаем это очень осторожно.
– Что за носортул! – неожиданно раздался голос главы рода, который все же поддался мольбам молодежи и, разблокировав телефон, всмотрелся в его экран.
Не успели они узнать, в чем же, собственно, дело, как дверь в столовую отворилась, и к главе рода устремился взволнованный слуга с подносом для корреспонденции в руках.
– Прошу прощения, господин, – произнес он, склонив голову. – Но только что прибыл свежий номер «Имперского вестника», и я посчитал, что обязан передать вам его в срочном порядке.
– Давай, – уже ожидая худшего, произнес Василий Игнатович и, надев предложенные многоопытным слугой очки, развернул пахнущую типографской краской газету, где на первой полосе находилась его фотография.
Прочитав заголовок статьи, он снова произнес:
– Значит, не розыгрыш.
«Сенсация! Род Булатовых приносит официальные извинения князю Морозову!»
– Что за ерунда, – зло спросил Виктор, удивленно переводя взгляд то на брата, то на отца. – Кто-нибудь понимает, что происходит?
– Нет! – раздраженно произнес Василий Игнатович и зло добавил: – Я засужу этих ублюдков за клевету! Они у меня станут банкротами! Уроды!
– Давайте сначала прочтем, что там написано, – произнес наследник рода. – Надеюсь, в таком случае нам станет понятно, что вообще происходит. И как эта мерзость вышла в печать?!
– «На днях к нам в редакцию поступило письмо главы рода Булатовых, – начиналась статья, – в котором этот несомненно уважаемый господин приносит официальные извинения князю Морозову. Мы, признаемся, удивились подобному обстоятельству. У нас сразу возникло множество вопросов, однако после прочтения письма, фотографию которого мы прилагаем на второй странице издания, нам сразу все стало ясно…» – прочитал пожилой мужчина и не мешкая решил изучить таинственное письмо.
Василий Игнатович самым внимательным образом всматривался в роспись под так называемым письмом, прибывшим в редакцию, до последнего ожидая увидеть вместо него наглую подделку, однако, к своему удивлению, он осознал, что внизу текста стоит именно его подпись. Это точно не подделка! Об этом говорило буквально все. Знакомые с юности и старомодные по нынешним временам завитушки. Его родная небрежно написанная большая буква «Б». Овал некоторых гласных, их наклон. По этой росписи можно было даже различить усилие, с которым его рука в определенные моменты сильнее, чем прежде, надавливала на перьевую ручку, заправленную специальными чернилами.
– Выглядит точь-в-точь как твоя, – произнес наследник рода, нахмурившись, и зло добавил: – Как они могли добыть образцы твоей росписи и подделать?! Морозов обязательно за это поплатится!
С силой выдохнув и вдохнув воздух несколько раз, мужчина успокоился.
– И журналисты эти ублюдочные тоже получат по заслугам! На каком основании они опубликовали явную подделку?! Почему не перепроверили поступившую информацию и не обратились за подтверждением?!
Мужчина посмотрел на написанное в конце статьи имя журналиста, опубликовавшего это безобразие, и повторно выругался.
– Знаешь его? – спросил младший брат, напряженно о чем-то размышляя.
– Да, – зло ответил наследник. – Именно от имени этого ублюдка я публиковал заказные статьи о Морозове.
– По нам ударили нашим же оружием, – покачал головой откинувшийся на спинку стула глава рода и, посмотрев на наследника, добавил: – Разберись с тем, каким образом документ с моей подписью попал в издательство и на каком основании они пустили статью с подобным названием в тираж.
– Название статьи – это не самое плохое, – вдруг произнес Виктор и указал на окончание статьи. – Читайте. «В соответствии со статьей Кодекса боярских родов Носирианской империи род Булатовых обязуется в течение двух недель передать в собственность роду Морозовых Калинковичскую фабрику мороженого».