"Фантастика 2023-115". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
На следующий день прибыл и сам Ухак. Караван действительно был велик, но, как оказалось, совсем не все повозки принадлежали лирокам. Ухак прикупил два десятка телег и несколько лошадей. Остальные средства передвижения были собственностью нанятых в Тивании людей.
Тилой поспешил навстречу вновь прибывшим. Прежде всего их следовало где-то разместить. Арт собирался лично побеседовать с приезжими, но несколько позже. Сначала стоило послушать Ухака.
Лирок устало сполз с коня. Выглядел он похудевшим, скулы осунулись, в глазах затаилась грусть.
— Эр командир, задание выполнено, — доложил сын старейшины.
— Проходи, сейчас обед принесут. Долго задерживать тебя не буду. Расскажи в двух словах, как съездили, все подробности — завтра.
— Тяжело. Съездили тяжело. Потеряли троих человек, пятеро раненых.
— Как? — удивленно воскликнул Арт.
Ухак вздохнул и присел на скамейку. Рассказ его совсем не был кратким, как предлагал вождь. Видно было, что лирок устал, но ему надо выговориться, поделиться с командиром грузом забот, который прибыл вместе с караваном.
— Мы отправились, как и было запланировано: двадцать всадников плюс двадцать вьючных лошадей. Шубы весят легко, они без труда поместились в тюки, даже для дорожных припасов место осталось. До Лидамп добрались без всяких происшествий. Там немного замешкались с поиском брода, но потом решили воспользоваться тем, через который переправлялись наши разведчики, когда мы возводили плавучий мост.
— Кстати, что с мостом? — поинтересовался Арт. — Судя по тому, что вы искали брод, он не уцелел?
— Моста нет. Думаю, его снесло весенним паводком. Во всяком случае, и следа от переправы не осталось. Но паводок уже успел схлынуть, так что переправились мы без труда.
Ухак вздохнул длительно и протяжно:
— Я не усмотрел. Я не уберег людей.
— Что случилось?
— Разбойники. Лихие люди напали на наш караван в Латардии.
— Разбойники? Куда смотрит канцлер? Даже во время войны они не слишком шалили. Впрочем, я отвлек тебя. Прошу, продолжай.
— Мы уже почти миновали Латардию и приближались к границам Тивании, когда все и случилось. Сначала на дорогу упало дерево, затем выбежали лучники. Не все, часть осталась в лесу. Они взяли нас на прицел и предложили сложить оружие, оставить коней и убираться отсюда подальше. Это была совершеннейшая наглость с их стороны, числом они не слишком превышали нас, но наше оружие не было готово к бою. Сдаваться? Это было совершенно невозможно. Подвести свой род? Легче умереть.
— Умереть легче, победить сложнее. Но умирать вы все-таки не стали? — уточнил Арт.
— Не стали. Мы бросились врассыпную, пытаясь достать тех стрелков, которые засели в лесу. Эх, были бы у нас луки наготове! — Ухак с досадой ударил кулаком по ладони. — Но кто ж знал… Дикие места мы уже миновали, а потому луки были в чехлах, тетивы с них сняты.
Ухак в расстройстве с полминуты качал головой, похоже, он сильно винил себя за подобную непредусмотрительность. Наконец лирок продолжил рассказ:
— Стрелки они были совсем скверные, да и оружие у них не боевое, но без потерь с нашей стороны все равно не обошлось, хотя доспехи спасли многих. В ближнем бою удачно удалось использовать боласы. С теми, кто засел в лесу, справились быстро, но основную опасность представляла группа, что собралась за упавшим деревом на дороге. Ель упала не полностью, повисла на деревьях, но путь перегородила плотно и могла служить хорошим укрытием для стрелков. Если бы не Битан, нам пришлось бы совсем туго. Он пришпорил коня и ринулся прямо на врага, не обращая внимания на преградившее дорогу дерево. Казалось, он собрался его протаранить. Это был отчаянный поступок, ель была довольно массивной, конь не мог ни сломать ее, ни перепрыгнуть. Но именно этот отчаянный поступок нас и спас. Битан плотно прижался к шее коня, и стрелы миновали его. Но не его лошадь. Она приняла на себя все те стрелы, что предназначались нам. Конь захрипел в предсмертной судороге. Падая, он ударился о дерево, преграждающее дорогу, а наш борец полетел через его голову и через дерево тоже. Должно быть, он сильно зашибся, но постарался как можно скорее вскочить на ноги. Он оказался один среди врагов. Все происходило слишком быстро, и разбойники не успели снова изготовить луки к стрельбе. Прежде чем наш славный борец приготовился к обороне, один из татей успел ударить его ножом в плечо. Но Битана это не остановило, он схватился с разбойниками врукопашную. Наш Битан врукопашную устоит, пожалуй, даже против мапри.
Арт кивнул. Не зря они переманили его в деревню Пестрых Рысей, он был одним из лучших борцов и кулачных бойцов среди лироков. По мнению Арта, лучшим из тех, что ему приходилось видеть, хотя на соревновании по борьбе он занял лишь второе место. Правда, противник его был совсем в другой весовой категории, а это тоже немаловажно.
В общем, разбойникам очень не повезло, что вместе с караваном лироков отправился Битан и что ему удалось сблизиться с ними вплотную.
— Неужели один всех победил? Кстати, сколько их было?
— Тех, что на дороге, — десятка полтора, да в лесу десять, но с теми мы еще раньше справились. Не знаю, одолел бы Битан их один или нет, но только и мы мешкать не стали. Он выиграл время, нам и надо-то было лишь пару секунд. Как свалка началась, разбойникам уже не до луков стало, а вскоре и мы подоспели.
— Хорошо еще, что все обошлось малыми потерями, — заметил Арт.
— Плохой я командир, — сокрушался Ухак. — Какие-то лесные тати числом почти как у нашего отряда осмелились на нас напасть. Троих убили, пятерых ранили. И это при том, что все мы были в доспехах! Семь лошадей потеряли.
— Ну-ну, не сокрушайся так. Помнишь, ты говорил, что походы — менее опасное дело, чем пограничная служба. Видишь, как повернулось? На границе все это время тихо было.
Ухак опять вздохнул протяжно и печально.
— Полно, не вини себя. Такая уж командирская доля. Командир не провидец, — сказал Арт.
Ему хотелось добавить: «Хотя должен пытаться предусмотреть все возможное», — но он этого не сказал, парень и так сокрушается о своем недосмотре.
— Рассказывай, что было дальше, — предложил Арт.
— Убитых мы похоронили. Что касается раненых, то не все могли дальше ехать верхом, да и грузы на чем-то везти дальше надо было.
О том, чтобы развернуться, речи не было. Какие бы ни были трудности, какие бы потери ни понес отряд в пути, путь этот лежал лишь вперед — к поставленной цели. Пусть сейчас этой целью был торговый поход, от его успешного завершения зависело слишком многое.
— До границы Тивании оставалось недалеко. Там, в первом же крупном поселке, пришлось остановиться на два дня. Шубы в селе брали неохотно, пришлось доставать монеты.
Ухак бросил на вождя настороженный взгляд, гадая, как он отреагирует на такое своевольство, но Арт молчал, и лирок продолжил:
— За серебро лошадей с подводами нам продали, на них мы и погрузили раненых и тюки с наших павших коней.
— Насчет монет вопросов не было?
— Подивились немного. Отправили даже за их местным лавочником. Но когда наш «рысик» перетянул по весу их серебряную монету, приняли к оплате без дальнейших возражений.
Вес «рысика» был намеренно сделан чуть больше, чем вес серебряной монеты Тивании. Разница была невелика — в десятые доли грамма. Но когда обе монеты клали на весы, «рысик» перевешивал, наглядно демонстрируя свою покупательную способность. И при этом Арт распорядился при торге считать деньги лироков равноценными серебряным Тивании, и сдачу брать, как с них. Сделано это было не без умысла. Новые деньги могли вызвать вопросы и некоторую настороженность. Но когда за один серебряный тебе дают монету пусть самую малость, но большую, существенная часть вопросов отпадает сама по себе. Конечно, это был убыток, но был он совсем минимальным. В данном случае то, что «рысик» охотно принимали в качестве платежного средства, было важнее.
— Ты все правильно сделал, — решил подбодрить парня Арт. — А как в городе дела пошли? Шубы сбыть удалось?