Новый штамм (СИ)

Я немного подождал.
Прежде чем копать яму, нужно было убедиться, что больше нет этих предметов на колесах. Я не хотел, чтобы меня ударил один. Он меньше металлического того куска-коробки. Но попадание одного из них может сломать кости. Катящиеся деревья были не такими большими, двигались не так быстро, но и то, они ранили многих других, лишив их возможности снова ходить. Эта колесная штука должна делать то же самое. Подождав еще немного, и убедившись, что колесные вещи больше не появлялись, я вышел из кустов.
У меня всегда с собой все инструменты, хоть это немного неудобно, и иногда инструменты падают. Но лучше так, чем не иметь инструментов, когда они мне нужны.
Насколько глубоко я должен сделать яму? Достаточно глубоко, чтобы жертва не смогла выйти из нее. Это также помешает бы мне вытащить его. Но это нормально.
Я вышел на середину дороги, достал «ямобур», воткнул его в землю, и потерпел неудачу. Дорога была слишком жесткой, земля слишком твердой. Иногда попадались камни, которые я не мог прокопать своим инструментом для рытья ям. Пришлось копаться вокруг них, а потом убрать их с дороги. Но вся дорога представляет собой гигантскую черную скалу. Перекопать невозможно. Кажется, что он тянется бесконечно!
Я не думаю, что есть место, где дорога превращается в грязь…
Тогда как мне остановить колесную штуку? Деревья не подойдут. Ямы невозможны. Веревка? Там тонкая веревка, тоже черная.
Жертва может и не заметить, если я протяну ее через дорогу. Установить тоже не сложно. Я не уверен, что это остановит колесную штуковину. Но попробовать не помешает. Если веревка порвется, я могу связать ее вместе и мне нечего терять.
Нет… Веревка, точно, не может остановить это. Но что, если мне не нужно останавливать колесную штуковину? Что, если мне нужно только остановить жертву сверху?
Жертва сидит на колесном предмете, ее головы над ручками, за которые они хватаются. Если я привяжу веревку к двум деревьям, протяну ее через дорогу на высоте головы, она только заденет жертву. Если повезет, колесная штуковина останется целой, только жертва сброшена. Я думаю, что это осуществимо. Единственная проблема в том, что жертва может это увидеть.
Нет, если веревка будет на уровне их глаз, они обязательно ее увидят. Если только нет способа сделать веревку невидимой. Или способ отвлечь жертву на все время ее приближения к веревке. И то, и другое для меня невозможно. Можно сделать веревку невидимой. Но я не знаю, как.
Что, если я не натяну верёвку до конца, пока не прибудет жертва? Если я привяжу веревку к дереву, перейду дорогу на другую сторону, дождусь прибытия добычи, прежде чем поднять веревку руками, веревка будет казаться появившейся из ниоткуда, застигнув жертву врасплох?
Я это сделаю!
  
Глава 45
 
Погоня?
 
Прошло много времени. Достаточно времени, чтобы голод поднял свою уродливую голову.
Я ел соленое и копченое мясо, чтобы его усмирить. К счастью, после того, как мясо прокопчено, остальные на него не клюют. Они не признают запах дыма едой. Может быть, это потому, что они сгорели в огне, когда впервые почувствовали запах дыма?
Я умный. Но я был обожжен пламенем. У других определенно был плохой опыт с огнем и дымом. Может быть, поэтому у добычи всегда горят костры. Мало того, что столб дыма в небе очевиден для других жертв, запах отпугивает других?
Нет, не прочь, просто не интересно. Он маскирует запах добычи без риска заражения от распространения вонючего соуса.
Как долго мне ждать? Солнце садится. Последний кусочек оранжевого цвета задерживается в небе, прежде чем стемнеет. Жертва не активна в ночное время. Если они не проезжали по этой дороге днем, то вероятность того, что они пройдут ночью, еще меньше.
Но если они придут в темноте, у них нет шансов заметить мою веревку. Это одна из основных причин, почему они не придут. Без зрения опасно.
Должен ли я вернуться в здание, переждать ночь? Я держал остальных здесь, постукивая копьем по металлической палке. Я чувствую себя в безопасности, когда меня окружают еще двадцать человек. Нет необходимости возвращаться.
 
Такое ощущение, что я потерял день. Я ничего не добился, ждал с веревкой в руках. Но больше я ничего не мог сделать. Я мог бы вырыть несколько ям, расставить ловушки, но только в районе конца веревки. Если я зайду слишком далеко, я пропущу колесную штуковину.
И все, что можно сделать, копая ямы, — это заманить в ловушку остальных. Я не забыл, как легко им испортить мою тяжелую работу. Может, мне стоит вернуться, заняться чем-нибудь продуктивным? Потренироваться в стрельбе из моего метателя? Вырезать больше деревянных шипов? Вместо того, чтобы ждать чего-то, что может произойти или не произойти… Но я уже потратил столько времени на ожидание.
Если я сейчас уйду, то время, которое я потратил, было бы действительно потрачено впустую. Но если я подожду еще немного, поймаю колесную вещь, я не буду тратить свое время. Выбор очевиден! Подожду еще.
* * *
Три дня. Три ночи. Я все еще жду на том же месте.
Я должен проверить огонь, убедиться, что он все еще дымит.
Может, мне стоит вернуться?
Я теряю время. Больше колесных вещей не будет. Чем дольше я жду, тем больше времени теряю.
Вот так.
Я сейчас пойду.
Действительно.
Серьезно. Но это щемящее ощущение, если я подожду еще немного, жертва обязательно придет. Почему я такой конфликтный? Это потому что я слишком умный?
У остальных нет проблем с ожиданием. Стоят на месте. Они не ушли от меня. Один даже упал, когда дул сильный ветер. Это привлекло внимание остальных на мгновение, прежде чем они снова стали думать ни о чем. Иногда нехорошо быть слишком умным. Было бы неплохо, если бы я мог терпеливо ждать, не имея этих сомнений.
Что это было? Есть ли урчание? Вдалеке слышится грохот, доносящийся справа.
Вот, наконец!
Колесная штука снова появилась!
Могут ли это быть те же двое из прошлого раза, возвращающиеся к тому месту, откуда они начали? Я надеюсь, что это колесная вещь. Если это металлический кусок, моя веревка может не сработать. Я плохо вижу из-за деревьев. Но я должен быть в состоянии увидеть, что проходит по дороге, имея достаточно времени, чтобы поднять веревку после проверки. Грохот становится громче, остальные шевелятся.
Стонут, шевелятся.
Упавший поднимается обратно.
Это колесная штука.
Двое из них, путешествующие бок о бок.
Вытащить ловушку!
Веревка поднялась. Потом был короткий крик, мне казалось, что мне отрывают руки.
Веревка в моих руках потянула меня по воздуху влево. Я врезался в дерево. Я думаю, что некоторые кости в моей груди сломались. Хорошо, что на мне был купол. Если бы я ударился головой, я бы умер.
Это было опасно.
В следующий раз привяжу веревку к другому.
Делать это самому глупо. Но меня нельзя винить, ибо я не знал, что удар отправит меня через веревку.
Посмотрим, что получилось… На результаты моих усилий.
На земле на дороге лежат две добычи. Их колесные штуковины продолжали движение вперед под углом, останавливаясь после столкновения с деревьями. Они перестали грохотать. Единственные звуки исходят от жертвы. Кажется, они ошеломлены.
Я уверен, что веревка попала им в головы, может быть, в шею. Если они чувствовали, то же, что и я, им должно было быть хуже, чем мне. Я их не боюсь, хотя их двое. Остальные уже идут к ним.
Один кажется менее ошеломленным, чем другой. Он встает. Обе жертвы имеют мешки на спине.
Не знаю, были ли они раньше. Я не знаю, та ли это жертва, что прошла здесь три дня назад. Но я знаю, что у них нет оружия. Ни копий, ни металлических палок, ни луков. В лучшем случае у них есть ножи.
Я уже узнал, что инструмент для рытья нор — один из наиболее эффективных способов ранить бронированную жертву. Он истекает кровью через их броню. Пока стоящая жертва сражается с армией, я обойдусь, перенесу свой инструмент на другую сторону, подниму его в воздух, швырну на жертву.