Новый штамм (СИ)

Если это была дверь, остальные могут бесконечно роиться. Но узкий проход — это деревянная доска. Остальные упадут в траншею; никакого давления на добычу не будет, если они будут защищаться. Если жертва не будет защищаться, некоторые другие все равно упадут в траншею, когда группа попытается пересечь ее.
Я должен найти способ засыпать траншею.
Или найдите способ пропустить всех остальных, не потеряв их. После этого будет забор. Зазубрины на проволочных петлях могут зацепить одежду других, не давая им двигаться вперед. Если бы другие были добычей, существовала бы опасность истечь кровью. Возможно, петли предназначены только для борьбы с добычей.
Но пока я не увижу их характеристики на себе, я не узнаю наверняка.
Это не единственная защита гарнизона. Нет никаких палаток. Добыча, все они, живут в зданиях. Есть большие здания, есть маленькие. Но легкой добычи для охоты нет. Все они за узкими местами, дверями. Это место опасно.
Я могу умереть здесь. Если жертва способна создать эту защиту, то какое у нее будет нападение? Люди стоят за заборами и ничего не делают, кроме как смотрят. Глядя снаружи. У них есть луки. Когда Большой Другой попытался напасть на мою комнату для хранения продуктов с четырьмя другими жертвами, именно мой лук облегчил их охоту.
Эти жертвы могут стрелять из-за забора, всегда начеку. Еще до того, как остальные пересекут траншею, они умрут от стрел.
И почти вся добыча носит бронированную одежду. У них тоже есть купола на головах. Но есть несколько жертв, связанных веревками, которые не представляют угрозы. Похоже, жертва похожа на меня. Сохранение пищи для употребления в пищу.
Зачем еще им связывать добычу, оставлять в живых, если не для еды? Добыча внутри этого лагеря умна, опасна. И не похоже, чтобы у меня было численное преимущество. Там много добычи. Я не могу их всех сосчитать. Но не менее двухсот. Чтобы убить одну бронированную добычу, нужен еще десяток. Я думал, что смогу найти способ уменьшить количество других необходимых, воспользоваться добычей, используя свой интеллект. Но видя, насколько это место защищено, насколько бдительна добыча, я не думаю, что это возможно.
Я сдаюсь? Спасаться бегством? У меня осталось несколько недель мяса. Если я смогу найти одну добычу, держать других подальше от нее, я задержусь еще на несколько недель. Но смогу ли я найти добычу? Добыча на другом конце ящика, она должна быть из гарнизона. Он не стал бы просить добычу прийти в гарнизон, если бы не он. Если вся добыча поблизости придет сюда, как я смогу найти добычу, чтобы поесть? Для меня не будет никакой добычи.
И чем больше времени пройдет, тем больше добычи войдет в гарнизон, что еще больше усложнит атаку. Если я думаю, что сейчас трудно взять, то как я возьму гарнизон, когда добычи набралось еще больше? Я должен атаковать в ближайшее время. Будет слишком поздно, если я этого не сделаю.
Но что я могу сделать? Как создать проход через траншею так, чтобы добыча не заметила? Я могу дождаться ночи, когда добыча станет вялой. Но как мне переправить всех остальных, не потеряв их в окопе? Должен ли я идти через траншею? Если я спущусь вниз, используйте мой инструмент для рытья ям, не могу ли я вырыть яму, начиная с траншеи, мягко наклонить его к центру гарнизона? Так я обойду окоп, забор, добычу с луками. Единственная защита, которая останется у жертвы — это здания.
Я не думаю, что это сработает. Если я это сделаю, мне сначала придется войти в гарнизон. Несмотря ни на что, первый, кто входит в лагерь жертвы, всегда умирает.
Если бы другие могли копать, они могли бы пойти первыми. Но копать не умеют. И я не хочу умирать. Это не сработает. Копать тоже громко. Даже ночью добыча заметит, если я вырою под ней огромную яму. А если другой упадет в траншею под неудачным углом, сломав ногу, то дыру заткнет, не давая всем остальным войти в гарнизон. Слишком много проблем с этим планом. Может быть, я подхожу к этому неправильно. Должен ли я атаковать гарнизон? Добыча приближается к гарнизону. Идут по лесу, беззащитные: ни окопа, ни забора, ни построек, может быть, и луков. Я проигнорирую гарнизон, вместо этого нацельтесь на добычу, направляющуюся к ней. А если добыче внутри гарнизона это не нравится, что они могут сделать? Оставить свою защиту, чтобы охотиться на меня? Если они это сделают, на них будут охотиться.
   
Глава 50
 
Крик
 
Вэл
Кто-то закричал, кажется, женщина. Ее голос доносился издалека.
У группы людей возникли проблемы по пути в гарнизон? С объявлением, которое шеф настоял на выталкивании, все поблизости с рацией знали, что нужно идти сюда. Если бы рейдеры воспользовались этим фактом и преднамеренно нацелились на людей, покинувших безопасные базы, их гонорар был бы огромным, а риск минимальным.
Имея такую прекрасную возможность атаковать, почему бы и нет? И после нападения они смогут узнать, с какой базы были эти люди, чтобы занять ее. Но дело в том, что рейдовые группы довольно редки. Они были относительно успешными в течение первых нескольких месяцев после вспышки, но без бензина и без грузовиков для заправки заправочных станций, их подвижность была сильно ограничена, а их образ жизни неустойчив.
Так что если причиной крика были не рейдеры, то есть два других варианта: на женщину напали ее спутники, или группа столкнулась со стадом зараженных. Любой из них вероятен. Или, может быть, она столкнулась с медведем.
Медведи вообще существуют в этом районе? Теперь, когда я думаю об этом, могут ли медведи заразиться? Это было бы чертовски страшно. Машина для убийства весом в пятьсот килограмм минимум… Если бы оружие не было объявлено вне закона более двух десятилетий назад, возможно, медведи не были бы такими страшными. Но без оружия, как люди должны убивать зараженных медведей? Ловушки, я полагаю.
Может, нам стоит расширить ров снаружи.
Кто-то толкнул меня в бок, это была Ира.
— О чем думаешь?
— О зараженных медведях…
— Какого черта творится в твоей голове? Думаешь, этот крик исходил от кого-то, на кого напал зараженный медведь? Медведи вообще существуют в этом районе? Или ты знаешь что-то, чего не знаю я?
Ира смотрела на меня.
Я не мог сказать, какое выражение у нее было на лице из-за ее мотоциклетного шлема.
— Я имею в виду, что еще это может быть? Рейдеров осталось не так много. И если бы это было стадо зараженных, как вы думаете, эти люди не заметили бы или не увидели бы их признаки? — я указал позади себя на заключенных внутри карантинной зоны.
— Может быть, на нее напали ее товарищи, — пробормотала Ира.
Прежде чем она смогла продолжить, раздался еще один крик, более глубокий. Это звучало так, будто кто-то окружен зараженными: громко в начале и еще громче в следующие несколько секунд. Затем раздался хор криков. Вероятно, это был не зараженный медведь. Если бы был один медведь, он нацелится на одного человека, а остальные смогут сбежать. Только несчастный будет кричать. Если… Это была группа зараженных медведей?
Ира сняла шлем и приложила руку к уху. Ее лицо побледнело.
— Я думаю, у нас проблемы.
— Армия мертвецов?
— Первый крик, вероятно, исходил от разведчика группы. Теперь похоже, что они окружены, — говорила она, а крики все еще продолжались. — Если бы их не окружили, они бы не кричали. Что делать?
Я пожал плечами.
— Ничего. Это не наша работа.
Даже если стадо зараженных нападет на гарнизон, далеко они не уйдут. Рва снаружи достаточно, чтобы остановить их, так как зараженные не могут подняться. Если они каким-то образом найдут дорогу, они запутаются в проволочной гармошке и их легко проткнуть копьями. Когда мы впервые пришли сюда, в гарнизоне не было колючей проволоки, но где-то по пути ее подобрала группа охотников. Шеф решил не красить его зараженной кровью, поэтому маляры были относительно свободны.
Далекие крики прекратились, и Ира вздохнула.