Религиоведение. Индуизм
А вот вопрос: «В какого бога вы верите?» — можно задать индуисту, но при этом важно не запутаться самим. Дело в том, что количество богов в индуизме сосчитать невозможно. Никто не возьмет на себя смелость назвать хотя бы приблизительное их число, четко и однозначно обозначить их функции, определить, какой бог чем «заведует», и установить иерархию. Весь их сонм нельзя даже перечислить; он поистине необъятен, и это в полной мере соответствует всеохватывающей природе индуизма, хотя технический прогресс неизбежно вносит унификацию в необычайно пестрый и неоднородный индуистский материал. Так, показ по телевидению сериала (девяносто три серии!) по Махабхарате индийского режиссера Р. Чопра, как и другая аудио- и видеопродукция, способствует выработке однотипных образов мифологических и эпических героев, которые в прежние времена воспринимались по-разному в разных районах Индии.
Но и сейчас почти в каждой местности имеются разные наборы главных и второстепенных божеств. Вариации их имен бесконечны, а их неповторимая «индивидуальность» непостижима. Один из западных путешественников, прибыв в небольшое индийское селение, насчитал там около двух десятков почитаемых божеств. Каково же было его удивление, когда в соседнем селении он обнаружил не меньшее, если не большее количество богов, которых тоже почитали, но под другими именами. А таких селений, городов, деревень в Индии множество, и во всех обитают боги. В качестве божественных созданий почитают также горы, деревья, звезды, планеты, расселины в скале, реки, коров, обезьян — да все что угодно! Это уровень массовой, народной религии, практически недоступный всеохватывающему наблюдению и полному, доскональному описанию.
Немногим лучше обстоят дела и с официальной, брахманской религией. Ведущие боги современного индуизма — Вишну и Шива, давшис имена двум его главным направлениям, вишнуизму и шиваизму. У богов есть супруги, почитаемые и как самостоятельные богини, и как шакти, т. е. божественная энергия. Ближайшее окружение главных богов индуизма составляют их верные помощники, ездовые животные, свита, сопровождающие лица и т. п. Боги состоят в разнообразных, иногда родственных или иных отношениях.
Кроме этих богов есть множество других, местных, почитаемых в том или ином штате или даже городе: Джаганнатх, Минакши, Муруган, Кхандоба и несметное множество других. Боги, полубоги, духи, демоны асуры, ракшасы, пишачи, бхуты, преты и другие, полу-змеи — наги, якши и якшини, киннары — люди с конскими хвостами; апсары — небесные танцовщицы; гандхарвы — небесные музыканты и певцы и многие другие, неповторимые или дублирующие друг друга — им несть числа. Демоны и вообще «нечистые» существа, но тоже имеющие божественную природу, в индуизме не воплощают абсолютное зло, как дьявол в христианстве. Да, их облик отталкивающ, их поступки отвратительны, а поведение порочно, но разве и люди такими не бывают?
«Обширный континент Индии давал широкий простор чудесной способности человека создавать богов и закоренелой склонности к политеизму. Боги и духи, имевшие власть наносить людям вред и ущерб, а также приносить им блаженство и славу, управляли жизнью народов», — писал индийский философ С. Радхакришнан. В самом деле, богов в индуизме такое несметное количество и порой грани между ними так размыты, что поневоле задумываешься: а что же такое, наконец, бог? Аллегории внешних природных явлений? Или обожествления древних царей и героев? Или результат страха людей перед естественными силами природы? А может быть, как утверждает политическая теория или теория обмана, боги — надзиратели за делами людей? Впрочем, индуистские боги даже при не слишком близком знакомстве способны полностью опровергнуть любую теорию: они не вмещаются в рамки ни одного кабинетного вымысла.
Как тут не вспомнить И. В. Гете! Когда он познакомился с индийскими богами, они вызвали у него чувство благородного негодования, ибо сонмы их, «числом в несколько тысяч, притом не подчиненные друг друг>', но одинаково абсолютно всемогущие… еще больше запутывают жизнь с ее случайностями, поощряют обессмысленные страсти и благоволят безумным порывам, словно высшей степени святости и блаженства». Что же касается индийского учения, то оно не просто разочаровало его, а возмутило как «ни на что не годное».
Что бы индиец ответил Гете? А вот что: «То, что для западного сознания — миф и игра воображения, здесь — действительность, часть нашего внутреннего бытия, то, что там воспринимается как прекрасная поэтическая фантазия и философское умозрение, здесь нечто постоянно осуществляемое и ощущаемое», — писал Ауробиндо Гхош.
Как бы ни пугал безбрежный океан индийских божеств, в нем все-таки можно найти некие организующие координаты хотя бы для того, чтобы составить самое общее впечатление. Считается, что демаркационная линия, отграничивающая собственно индуизм от предшествующих ему ведизма и брахманизма, была обозначена прежде всего возникновением триады богов. Совокупный образ тримурти (троеобраз) вобрал в себя универсальный принцип троичности: Брахма — создатель мира, Вишну — его хранитель и Шива — разрушитель. Однако этот «союз» оказался непрочным и быстро распался на трех соперничающих и «одинаково абсолютно всемогущих» богов. Впрочем, Брахма быстро отошел в тень своих более энергичных соперников, и его культ не получил большого распространения, а число святилищ, построенных в честь него, невелико. Самый значительный храм Брахмы, один из совсем немногих, находится в Аджмере, в штате Раджастан.
Во множестве мифов и легенд о богах повествуется о том, как каждый из них доказывал свое превосходство над другими. Согласно одному из повествований, спор на эту тему между Брахмой и Вишну был прерван появлением рядом с ними столба ослепительно яркого света в виде огромного лингама, воплощения Шивы. Решив узнать, где начало и конец этого столба, Брахма принял облик лебедя и взмыл ввысь, а Вишну превратился в вепря и стал рыть землю. Их заинтересованное расследование продолжалось тысячу лет, но оказалось безрезультатным: они так и не нашли концов гигантского лингама.
Впрочем, противостояние богов далеко не всегда принимало мирные формы. В одном из мифов рассказывается о том, как в результате обострения отношений между Брахмой и Шивой тот оторвал Брахме пятую голову. За это он был наказан и обрел свой отталкивающий облик Бхайравы, Ужасного — гневного божества со спутанными красными волосами и торчащими клыками. Череп Брахмы, прилипший к его руке, заменил ему чашу для сбора подаяний. Он сам отлепился, лишь когда Шива пришел в священный город Бенарес, — это было знаком, что он освобожден от наказания.
Этой и подобными легендами шиваиты подкрепляют превосходство Шивы, а у вишнуитов есть свои столь же неопровержимые аргументы. Шипа и Вишну поделили между собой приверженцев таким образом, что Шива стал более популярным на дравидском юге, а Вишну — на арийском севере, но при этом их культы постоянно проникали друг в друга и влияли друг на друга.
Зачем Вишну спускается на Землю?
Для вишнуита, почитателя Вишну, нет бога ближе. Индуистский Вишну «вырос» из малозаметного ведийского божества, соратника Индры, которому в Ригведе посвящено всего лишь пять гимнов. Истолкование единственного деяния, прославившего его тогда, — трех шагов, которыми он охватил вселенную, — до сих пор остается предметом научных споров. С тех пор он именуется Широко шагающим, и в его шагах обитают все живые существа. Других заслуг за Вишну тогда не было замечено, но, тем не менее, он оказался достойным претендентом на роль верховного божества, хотя его путь к этим высотам был долгим и непростым.
Как бы то ни было, позиции Вишну неуклонно упрочивались, и в конце концов его стали почитать как всеобъемлющее божество, начало, середину и конец всего мира и т. п. Со времен упанишад его связывали с идеалами освобождения от тягот бытия: «высшей обителью Вишну» называли конец земного странствия людей. Вишну на протяжении веков вбирал в себя множество самых разнообразных культов, в том числе и местных, неарийских, обрастая плотной оболочкой мифов и ритуалов, благодаря чему вишнуизм укоренился весьма прочно и на долгие века.