НИИ особого назначения - 2 (СИ)

И теперь мы не столько его удерживали, сколько следили, чтобы он слишком сильно не треснулся обо что-то головой или прочими частями тела.
Затих он резко. Просто обмяк снова, как тряпичная кукла. Потом пошевелился уже как нормальный человек и пробормотал.
— Я живой? — прохрипел он.
— Вроде того, — отозвался Кирилл, потирая ушибленное колено.
— Воды дайте… — попросил Тимоха.
Я направился в ванную. Наощупь по большей части, потому что ночное зрение мне вызвать еще раз не удалось. Но благо найти воду было несложно. Правда нести ее пришлось в ковшике, потому что никакой другой емкости мне в темноте найти не удалось.
Тимоха жадно выхлебал все, попросил еще. Вторую порцию тоже выдул. Обливаясь и отдуваясь.
— Плечо оголи, — потребовала Светка, заправляя в инъектор еще одну ампулу.
Тимоха неловкими пальцами принялся стягивать с себя одежду.
— Давай помогу, — Кирилл присел рядом. — А что вы, кстати, делали снаружи после полуночи? Ясно же всем было сказано — запереться в комнатах!
— Да машина по дороге кочевряжилась, вот и опоздали, — объяснил я. Светка второй раз всадила Тимохе укол, и того наконец-то перестало трясти, как будто от холода. И он тут же прилег обратно на пол, свернувшись в клубок.
— Эй-эй, подожди, не засыпай! — Светка бросила инъектор на кушетку и приподняла Тимоху за плечи. — Давай в кровать!
— Не засыпаю я, не засыпаю, — пробормотал Тимоха заплетающимся языком. — Мне надо еще послание передать…
Он открыл явно потяжелевшие веки и уставился на меня.
 Глава 23 
И учти, что первейший долг порядочного следователя — подозревать именно тех, кто кажется честным. Умберто Эко «Имя розы». 
— Летяга, ты как? — спросила Лада, тревожно поглядывая в сторону Эмиля. — Уверен, что выдержишь?
— Нормально, — тот гордо вскинул подбородок. — Я всего-то ребро сломал. Фиксатор натянул, и нормально.
— Как знаешь… — Лада с сомнением покачала головой и повернулась ко мне. — Клим, присмотри за ним, ладно? А то он опять…
Она сжала губы, но рассказывать, что там Эмиль «опять» не стала. Вместо этого принялась натягивать на свой лысый череп шлем.
— Мы опять без брони? — спросил я, раскладывая экипировку.
— Незачем, — ее голос из-за прозрачного щитка звучал глухо. — Мы идем в сектор пси, там только защита головы нужна.
— Ну да, а хищных паутин на сборе «брыков» тоже не должно было быть, — прбормотал я, натягивая «белье».
— Что? — переспросила Лада.
— Да ничего, проехали, — хмыкнул я. Честно говоря, без брони я чувствовал себя полуголым. Броник может и не защищает от всех напастей, но практически исключает мелкие повреждения. И жизни спасает. А здесь отношение какое-то парадоксальное. С одной стороны, мне все постоянно твердят, что «тридцать вторая» постоянно меняется, с другой — протокол посещения секторов такой жесткий, что шаг влево — шаг вправо уже считается чуть ли не волюнтаризмом.
— Все помним инструкции? — Лада приподняла прозрачный щиток, чтобы ее было лучше слышно.
— Шлем не открывать, красно-белые шары руками не трогать, — покивал я. — А транспорта нам не полагается? А то штука довольно тяжелая…
Я приподнял ящик с лямками и взгромоздил его себе на спину.
— Если повезет, то найдем, — Лада снова опустила щиток и пробурчала что-то еще, но было неразборчиво.
— Давай от третьей вешки я понесу! — браво предложил Летяга.
— Нет уж, — криво усмехнулся я. — Ты и так идти не должен был.
— Да вы сговорились что ли⁈ — рыжая борода Эмиля возмущенно встопорщилась. — Я же вам говорю, все со мной в порядке! Я в норме. Ходить могу, прыгать могу, стрелять могу…
— Вот и будешь стрелять, — покивал я, вешая себе на шею короткое ружью с раструбом. Как в мультфильмах про пиратов. Стрелять из такой штуки можно по кому угодно, но лучше всего оно справляется с хищными растениями, которые теоретически могут сегодня попасться. Площадь поражения большая, а состав картечи подобран такой, чтобы максимально этим гипертрофированным мухоловкам навредить.
 
— Двинулись! — Лада махнула рукой, и ворота шлюза распахнулись, выпуская нас в «тридцать вторую».
От неожиданности я встал столбом. Что это еще? Это как вообще?
Вокруг был песок. Много песка, песчаные дюны, можно даже сказать, барханы. Верблюдов только не хватает.
— Шагай, чего ты встал⁈ — прикрикнул за спиной Эмиль.
— А почему тут все… такое? — спросил я.
— Ты разве еще не привык? — усмехнулся Эмиль.
«Да, действительно…» — подумал я и побрел вперед по рассыпчатому песку. Мне ведь объясняли уже, что ворота на вход работают в мерцающем режиме, и каждый раз забрасывают в разные сектора. Наши измерительные приборы кое-какие «мерцания» уже фиксируют очень четко, так что предсказания, в каком именно режиме будет проходить миссия, мы с самого начала вроде как знаем. Но меня до сих пор эти переброски в пространстве слегка сбивали с толку. Какая-то телепортация…
Идти было тяжко. Лямки ящика давили на плечи, лоб в шлеме моментально вспотел. Но поскольку я сегодня «рабочая лошадка», в мои задачи не входило «держать периметр». Переставляй ноги. И все. Донесешь до нужного места ящик — молодец.
Так что — раз-два, раз-два.
— Первая вешка! — раздался в наушнике чуть искаженный голос Лады. Ага, вижу, вот она торчит, почти скрытая песком. Я оглянулся назад. Ворот уже было не видно. Только песчаные дюны с цепочкой наших следов.
«Как Сахара какая-то, ей-богу…» — подумал я. Хотя в этих широтах песчаные пейзажи тоже не были какой-то редкостью, конечно.
Впереди замаячил обрывистый склон, покрытый густой растительностью. Расстояния на глаз здесь измерять было так себе идеей, кажется, даже сам воздух «тридцать второй» был обманчивым. Но вроде как минут за двадцать должны дойти. Я глянул на плюшку. Обратный отсчет времени показывал три часа двадцать две минуты. Терпимо. Обратно идти все-таки без этого ящика за спиной…
Вторую вешку преодолели без приключений. С каждым шагом окружающий мир интересовал меня все меньше. Зрение становилось все туннельнее. Высокие ботинки вязли в песке, ящик становился все тяжелее.
— Третья вешка! — Лада свернула в сторону, обходя особенно высокий бугор песка.
— Что это еще такое? — вдруг спросил Эмиль.
— Не отвлекаемся! — прикрикнула Лада.
— Да ты посмотри только! — Эмиль придержал меня за плечо и повернул в сторону этого бугра. В его боку, наполовину занесенная песком, была дверь. Широкая, металлическая, с штурвальным замком.
— Какой-то бункер? — спросил я.
— Раньше не видел такого, — Эмиль шагнул к двери и принялся со скрипом крутить штурвал.
— Я же сказала, не отвлекаемся! — раскрасневшееся лицо Лады под стеклянным щитком выглядело недовольным. Но она тоже вернулась и встала рядом со мной. — Летяга, ты что, туда лезть собираешься?
— Мы же исследователи! — Эмиль уперся ногой в металлический же косяк и потянул тяжелую дверь на себя. Та поддалась, но очень-очень медленно. — Одним глазком, а? Вдруг там что-то интересное? Заодно привал устроим, а то Клим уже задолбался, посмотри на его лицо!
— Ты не перекладывай ответственность-то… — пробурчала Лада, но в глазах уже тоже загорелся интерес. — Ладно. Десять минут. Клим, сними пока что рюкзак.
Общими усилиями нам удалось справиться с дверью. Лада шагнула в проем первой, включив налобник на шлеме. Луч яркого света пронзил пыльную темноту подземелья и уперся в серую бетонную стену.
— Военный бункер какой-то, — уверенно сказал Эмиль и мотнул мне головой. — Давай вперед, я замыкающим.
Тесный бетонный коридор за дверью шел в обе стороны. Лада свернула, не раздумывая, свернула направо.
Снова повторот. На этот раз в длинный коридор в десятком дверей по правой и левой стене. Точнее, дверных проемов. Пустые квадратные комнаты с металлическими арматуринами, торчащими из пола. Тут раньше что-то стояло, но это вынесли. В одной из комнаток — узел из множества ржавых труб. И в предпоследней по левой стороне — вместо штырей из стен торчали покореженные крючья.