Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Что вы планируете делать с губернатором? Можете как-то надавить на него, чтобы он оставил нас в покое?
— К сожалению, на данный момент это не в моей власти, Эдуард. Я не имею достаточной власти или влияния в Танроке. Мои полномочия заканчиваются монастырем и моими паломниками. Однако мы работаем над одной затеей, которая бы могла пошатнуть позиции епископов, а может и самого настоятеля танрокского.
— С ними у вас тоже терки?
— До нас дошли некоторые порочащие иерархов сведения.
Беседа прервалась, когда в кабинет зашел старый зверолюд, только волчьего племени:
— Вызывали?
— Кларджог, присмотри нашим гостям экипировку обычного ранга и достань недостающие элементы брони.
Волколюд окинул нас оценивающим взглядом, запоминая, что на нас надето:
— Посмотрю, что смогу сделать. На этом все?
— Нам пришлось использовать данный вами Свиток Воскрешения. Нам нужен еще один, — заявил я с некоторым апломбом.
— Побойтесь Бога! — всплеснул лапами Кларджог. — У нас их и так осталось всего несколько штук!
— Выполни их просьбу, — встряла Ирэта. — Уверена, послушники еще принесут пользу Ордену.
— Воля ваша, госпожа настоятельница! — кладовщик склонился, после чего покинул помещение.
— Хочу уточнить: получение Свитка — это компенсация за произошедшее, а не аванс в честь грядущих трудов, — произнес я.
— Я не собираюсь от вас требовать очередных подвигов. Наслышана о том, что вы натворили в Танроке. Если бы вы дождались моего возвращения ранее, то узнали бы интересную информацию, которая в данный момент уже потеряла актуальность. Мне доложили, что трое стражников пропали без вести примерно в то же время, когда на вас было совершено нападение разбойников.
Я цыкнул недовольно:
— Знал бы прикуп, жил бы в Рантсвоне. Да уж, очень жаль, что мы не застали вас на месте. Кстати, мы повстречали Мониан в Красном Приюте. Она сказала, что у вас там есть какое-то дело? — поинтересовался я.
— Об этом я и говорила ранее. Уже давно ходят слухи, что кто-то из высших иерархов Ордена в Танроке погряз в разврате. Самое гнусное, негодяй предпочитает именно детей. Похоже, именно он прикрывает Красный Приют, иначе бы проверки выявили запрещенные методы развлечений.
— О-ох! — ахнула Шантри.
— Мрази, — процедила Кара.
— Епископ-педофил? — удивился я. — Куда ваш хваленый Эон смотрит?
— Эон вездесущ. Однако в его бесконечной мудрости он наделил нас, своих детей, волей и самостоятельностью. Предоставил право самим принимать решения и самим вершить правосудие. Бог предпочитает не вмешиваться в течение событий в Подземелье. Поэтому мы, верные его последователи, должны вычислить гнилой росток и выкорчевать его с корнем! — решительно произнесла Ирэта.
Похоже, она действительно верит в то, что говорит.
— Если вам нужна моя помощь, можете положиться на мой щит! — выступила эльфийка. — Даже если мусор не захочет, я все равно готова взяться за дело!
— Да я в целом и не против, — пожал я плечами. — Хотя оперативники или следователи из нас так себе.
— Великое Древо, — поразилась Карамелька. — Неужели ты на самом деле искренне возжелал совершить благое деяние?
— Ты за кого меня держишь?! — возмутился я. — Я вполне могу совершать благородные поступки. Вас ведь освободил от ошейника?
— Очень благородно, — с сарказмом заметила Кара.
— К тому же я надеюсь получить некоторые политические дивиденды. Если Ирэта укрепит свое влияние в Танроке, возможно сможет отмазать нас от Карстейнов.
— Я не могу дать подобных гарантий, — открестилась настоятельница. — Участие исключительно добровольное. И ваша группа действительно может нам серьезно помочь, поскольку мы так и не нашли подходящего кандидата.
— Не верьте этому мусору, он определенно что-то замышляет, — сузила свои зеленые глаза эльфийка.
— Ты вообще на чьей стороне, ушастая?! За изверга меня принимаешь? В моем мире весьма трепетное отношение к детям. И я еще не пал настолько низко, чтобы не помочь детишкам, если есть такая возможность!
[Шантри Бекс]
— Подозрительно… — заметила Карамэль, не желая принимать на веру простое желание Эда помочь.
— Отвянь. Навоображала себе не пойми что.
— Вот-вот, — поддакнула я. — Эдуард часто совершает благие поступки!
— Только чтобы извлечь затем свою выгоду, — парировала язвительная защитница.
Вот вечно Кара не верит Эду, и постоянно его подначивает. Не понимаю, как он ее все еще терпит. Эх, видимо то, что не разрешено стройной гномке, дозволено большегрудой эльфийке. Жизнь никогда не будет ко мне справедливой.
И в отличие от Кары настоятельнице я не доверяла слепо. Хоть она и имеет достижение Святитель, следующее за Адептом и Наставником Паломников, но, как она сама только что и заявила, даже среди епископов может затесаться паршивый сорняк.
— Мне безусловно приятно, что вы двое так рветесь помочь Ордену. Однако меня больше интересует согласие юной Шантри, — вдруг заявила Ирэта.
— М-мое?! — опешила я.
Эдуард взглянул на меня, также несколько удивленный. Однако спустя пару секунд на его лице промелькнула тень понимания. Хотя я до сих пор не могла сообразить, какой с меня толк в таких сложных тайных делах.
Эд нахмурился, повернулся к настоятельнице и проговорил грозно:
— Вы собираетесь использовать Шантри? Серьезно?
— Разумеется, только при ее добровольном согласии. У нас здесь не так много доверенных паломниц со сходным телосложением. Посылать же на задание совсем детей мне не позволит совесть, даже если они и согласятся принять участие.
— Нельзя ли придумать иной способ? — проговорил молодой человек.
— Нам нужен надежный свидетель, иначе наш замысел может пойти прахом.
Я переводила взгляд с лица лидера на настоятельницу и обратно. А в груди зарождалось тревожное чувство. Кажется, я начала понимать, какие у Ирэты на меня могут быть планы. Стало немного не по себе. И я бы даже сказала — страшно.
— Вы что, собираетесь использовать Шантри в качестве наживки? — высказала Карамэль не особо довольным тоном.
— Порой всем нам приходится идти на жертвы, чтобы добиться результата, — мудро заметила зверолюдка.
— Мне это не нравится, — мрачно заметил Эдуард.
— Мне тоже. Если вам нужна наживка, лучше используйте меня, — смело предложила эльфийка.
— Боюсь, что с вашим телосложением будет трудно замаскировать вас под ребенка, — улыбнулась краешком губ настоятельница. — Возможно нам стоит спросить у самой юной Бекс, не хочет ли она принять участие в задании? Помочь нам накрыть притон, в котором детей-рабов используют в грязных целях.
— Я лидер группы, поэтому я отказываю вам в вашей просьбе, — заявил Эдуард. — Если вам надо прибить кого-то, то здесь могут быть варианты. Но отправлять Шантри на заклание к извращенцам я не собираюсь.
— Если все пройдет по плану, то никто не успеет ее осквернить.
— А если нет?
Я смотрела за перепалкой настоятельницы монастыря и лидера нашей небольшой группы, испытывая смешанные чувства. Я очень боялась оказаться в ужасном притоне, полном греха и порока, но в то же время мне хотелось помочь бедным детям, попавшим в ловушку откуда нет выхода. Я и сама ведь испытала на себе нечто подобное, о чем стараюсь теперь не вспоминать. Но в данном случае, когда на тебя надевают ошейник, это ведь многократно хуже. Не знаю. Не представляю, что испытывает человек, подвергающийся унижениями, будучи под действием магии подчинения. Мне хоть и самой довелось два раза носить на себе рабский ошейник, но в обоих случаях никто надо мной не издевался.
Ирэта приводила доводы в пользу моего участия в миссии. Эдуард, иногда сообща с Карой, яро отрицали любое мое использование в качестве наживки.
Одна я стояла молчаливым истуканом, не в силах принять ни одну из сторон. И так всегда. Сначала за меня решали родители. Затем их заменили Эд с Карой. Хоть они старше меня всего на несколько лет, но такое ощущение, что оба имеют крепкий стержень, и знают, как правильно поступать в той или иной ситуации. Умеют принимать решение, в отличие от меня.