Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Сумасшедшего Хутонга мой слабый тычок только раззадорил.
— Я уничтожу Ублюдка Ли! — взревел он и попер на меня, размахивая своей секирой еще активнее.
Мне удалось достать его еще несколько раз: в ногу и грудину. Благодаря скорости атаки Кочерги Мимолетной Оплеухи я махал ей раза в два быстрее, чем Хутонг секирой. Тем не менее, разница в две ступени была слишком большой. Багровый огонь был более разрушителен, чем мой дымчатый черный. Несмотря на свою сумасбродность, Хутонг знал несколько техник и мог защититься от моих нападок. Голову он также старался держать на удалении и беречь свои уязвимые зоны.
В итоге я понял, что мне следует отступить. Наверное, я мог бы убежать, но это бы не решило проблему окончательно. Ладно, кочегары умеют признавать поражение. Помирать из-за дурацкого прозвища мне не слишком хотелось.
  
Глава 4
 
Я дождался очередного мощного замаха противника и подставил под удар свой духовный щит. Меня снова откинуло на несколько метров слово тряпичную куклу. На этот раз я специально несколько раз перекувырнулся, делая вид, что совсем остался без сил.
— Кха-ху, я признаю свое поражение! — спешно проговорил я, поскольку Хутонг продолжал активно наступать. — Прозвище твое!
— Плевать! — взревел он и поднял свою огненную секиру.
Только я собрался перекатиться в сторону, как вдруг на пути амбала возникла невысокая фигура в доспехе. Зашипели паровые приводы, когда защитница приняла удар секиры на свой клинок. Багровые волны распространились в разные стороны, но доспех спокойно принял удар огненной стихии. Сати немного прогнулась, однако сдержала напор здоровяка.
— Господин Кон признал поражение, — проговорила она холодно. — Продолжать бой нет смысла.
Сумасшедший Хутонг разорвал дистанцию и ловко крутнул секирой, создав эффектное колесо из пламени. Я присел, приготовившись продолжать сражение, если здоровяк будет упорствовать.
— Эй, дебоширы! А ну быстро прекратили! — раздался командный окрик.
Стражи правителя Шейчжоу прибыли к месту событий довольно давно, но лишь сейчас решили вмешаться.
— Сумасшедший Хутонг и Сумасшедший Ублюдок Ли, прекращайте устраивать побоище! Если бы из-за вас начался пожар, цзы и горожане вас бы точно распнули!
— Сумасшедший здесь только я! — агрессивно взревел Хутонг.
— Отлично! Значит, ты и будешь возмещать ущерб! — оскалился суровый страж со шрамом на щеке. — Или желаешь проверить на крепость бойцов Шейчжоу? Тут тебе не слабаки Шуньляо!
— Сумасшедший Хутонг возместит ущерб! — громила убрал секиру себе за спину. — Сегодня я отстоял свое прозвище при свидетелях! Надо отпраздновать сие событие и побить с десяток кувшинов саке! А с Сумасшедшим Ублюдком Ли разберусь позже!
Практик ушел разбираться с владельцем склада и стражами порядка. Я поднялся и отряхнулся. Зеваки стали подходить ближе, поняв, что опасность ушла.
— Вот видите! — с нажимом произнесла Сати, стараясь донести свои слова до как можно большего числа людей. — Я не трусиха!
— Действительно, она ведь пришла на помощь… — заметил кто-то.
Я понял, что следует закрепить успех:
— Все благодаря вашей поддержке, уважаемые жители! Если бы не обращения по новому прозвищу, она бы так и продолжала испытывать страх перед сильным противником!
— Ха! Трусливая Сати умеет храбриться!
— Поэтому прошу вас продолжать обращаться к ней, как мы с вами и договорились, — произнес я. — И тогда из нее со временем вырастет бесстрашный и справедливый воин света!
— Трусливая Сати, вперед! Банзай! — поддержала толпа.
— Что?! Ты… Вы — негодяй, господин Кон! — не совладала с чувствами ученица.
— Сумасшедший Негодяй Ли, попрошу, — поправил я съехавшую шляпу.
Головной убор из соломенных стеблей получил солидную трещину из-за различных ударов. К сожалению, конусообразные шляпы быстро выходили из строя, но хотя бы стоили недорого.
Бхоль выдохнула, сделала глубокий вдох, и лицо ее приняло расслабленное выражение:
— Вам не удастся вывести меня из себя и лишить гармонии Цунь-Ши-Дао.
 
— Вот и умничка. Мне надо купить новую шляпу.
Мы посетили рынок, где пополнили некоторые припасы. Дома у нас теперь как такового не было, так что приходилось таскать все с собой. Впрочем, мы старались передвигаться налегке и держать минимальный набор продуктов.
Затем мы направились к крепости цзы, расположенной в южной части города. Замок правителя имел квадратную форму и находился на возвышенности. Нижние восемь метров представляли собой сплошной камень с редкими бойницами. Над камнем высился красивый замок в азиатском стиле, окрашенный в багрово-коричневые тона, как и одежды стражей. Походило на пагоду из пяти этажей, сильно сужающуюся кверху. Самый высокий этаж, наверное, состоял из комнаты пять на пять метров. А нижний был как половина футбольного поля. Слегка загнутые скаты черепичной крыши выходили далеко за стены, образовывая уютные веранды по периметру верхних этажей. Красиво жить не запретишь.
Нам пришлось некоторое время прождать в приемной, но вскоре цзы принял нас в одном из залов своего дворца-крепости. Шу Хен Шей выглядел именно так, как я представлял себе восточного правителя из седой старины: еще не совсем старый мужчина с сединой на висках, изысканной прической, ухоженной бородкой в дорогом халате со множеством золотых украшений. Кажется, подобные одеяния назывались лунпао, хотя я мог и ошибаться. Кругозор у кочегаров ограничен.
Взгляд у Шу Хен Шея был цепким. Он внимательно осмотрел меня, удостоив также взглядом и мою спутницу. Мы обменялись вежливыми приветствиями. Похоже, мой статус наследника все еще в какой-то мере работал. Официальное изгнание ведь не означает, что у человека больше не осталось связей. К тому же все могло и перемениться.
— Наслышан о твоих приключениях в Храме Дождливого Пика, сиятельный брат Ли. Поведаешь ли ты лично о том, что произошло в месте содержания Двузмеехвоста?
— Обязательно, сиятельный дядя Шу. Вот только мне бы также хотелось узнать: писали ли вам отец на мой счет? И кто из родни мог желать мне смерти до такой степени, что прислал отравленные Утренние Слезы?
— Недоброжелателей при дворе гуна всегда полно. В том числе и среди близкой родни, — заметил он неопределенно. — Я не знаю, кто именно вздумал сотворить злодеяние, но мне известно, что старший наследник Сунь владеет несколькими сакеварнями и винокурней в Ханкине. Сливовое вино Утренние Слезы — его детище.
— Брат Сунь? — задумался я, нахмурившись.
Затем кашлянул, чтобы скрыть смешок, когда я прогнал в уме его полное имя.
— Кхм, спасибо за сведения…
— Гя-уш! — раздалось со стороны входа.
Мы с Шу Хеном обернулись. В другой части зала на подушечках сидело несколько телохранителей цзы, а также Сати с Чебулем. Девушка пыталась совладать со зверьком, но ему не нравилось сидеть у нее на руках. Да и ей самой не хотелось возиться с ненавистным хурглом.
— Все в порядке с вашим… э-э, питомцем? — поинтересовался цзы.
— Все в порядке, ваше сиятельство!
— Гя-кхе-хе…
Сати схватила Чебуля за шею, отчего тот выпучил глаза и принялся отчаянно царапаться.
— Задушишь ведь, — пожурил я.
— Да запихните вы хургла в мешок! — предложил один из практиков-охранников. — Или может на мясо сразу пустить, кху…
— Питомец, конечно, странный у вас, но не думаю, что он принесет много вреда, — заметил Шу Хен Шей. — Отпустите его.
— Да, ваше сиятельство!
Сати повиновалась и разжала хватку. Чебуль сразу же бросился ко мне и вскочил на плечо.
Я сделал вид, что все в порядке, и поведал цзы о наших злоключениях на Дождливом Пике, а также о ситуации с загородным поместьем. Попросил направить письмо гуну, или кто там отвечает за имущество рода, и прояснить ситуацию. Шу Хен обещал отправить весточку в столицу. Рассказал и про недавнюю стычку с Сумасшедшим Хутонгом.
— Ха-ха-ха! Теперь понятно, почему сиятельный брат Ли явился на встречу в таком неприглядном виде!