Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Пока Сати и я пребывали в нерешительности, Даррака достала свой монструозный молот и атаковала стоящих рядом стражей. Одним ударом она смела сразу двоих солдат. Затем из-под ее ног начало распространяться багровое пламя. Пользуясь огненным Шагом, Даррака принялась скакать по арене, запрыгнула на помост и понеслась в сторону паланкина с ханом Буграем, которого защищала группа гвардейцев-пламетворцев. Солдаты выступили вперед, готовясь встретить противника.
— Греми мой молот, рокх! — прокричала эта варварка.
Чонджул замахнулась своим оружием, молот слегка раскалился. А затем из противоположной части молота начала вырываться реактивная струя духовного огня. Благодаря этому молот набрал феноменальную скорость за короткое время. Даррака врезала по каменной сцене, ударив почти что под ноги наступающим стражникам. От раздавшегося грома и жуткого треска слегка заложило уши. Во все стороны полетели осколки камня, вырвавшиеся из основания помоста. Сцена пошла ходуном, покрывшись глубокими трещинами. Ударная волна распространилась перед Дарракой, и почти десяток стражников разлетелись перед ней словно бумажные кегли, сметенные торнадо. Некоторые преодолели по воздуху расстояние в десятки метров, другие посыпались с возвышения на поверхность стадиона, части бойцов удалось кое-как зацепиться. Поддерживающие паланкин слуги не удержались, и тяжелая конструкция рухнула на землю, придавив пару человек. Меня немного подбросило в воздух, но я устоял на ногах.
К хану Буграю спешили на помощь отряды гвардейцев, несколько уцелевших охранников отважно встали на пути опасности. Я заметил командира ханской стражи в сверкающих доспехах — единственного практика уровня Адепта в гвардии Ыхолгана. Он быстро приближался к арене, используя огненный Шаг. Но в целом у Чонджул образовалась реальная возможность сблизиться с правителем Ыхолгана. Вдвоем мы точно могли бы добраться до него и умертвить. Вот только отвратная внешность не являлась оправданием для хладнокровного убийства. И самое главное: такого развития событий страстно желал советник Харуй. Мы не имели права идти на поводу у мерзавца.
— Даррака, стой, мать твою за ногу! Не хан наша цель!
— Как не хан? — оглянулась аракийка. — А кто тогда?
— Он! — указал я пальцем на советника. — Ношген Харуй, подставивший нас!
— Принято, рокх!
Даррака сменила цель и спрыгнула с возвышения, после чего понеслась к Харую, сидящему в отдельной ложе трибун. Сати также принялась действовать, получив от меня четкий сигнал. Девушка начала продвигаться к Ношгену, филигранно орудуя своим ивовым клинком. Гвардейцев она старалась не убивать.
Я сорвал с себя накидку с гербом города и сбросил на землю. Затем спрыгнул и побежал за Дарракой, атакуя мимоходом встречающихся на пути противников. Спину прикрыл воронкой-щитом и вовремя — по ней ударила какая-то огненная техника от кого-то из стражей. Воцарился настоящий хаос. Сервы на трибунах пришли в движение и принялись спешно убираться со стадиона. Большая часть войск хана являлись Рекрутами и Новичками. Бойцы встречались не так часто.
Харуй сбледнул с лица, увидев, как к нему прорубаются сразу трое Бойцов, отнюдь не рядовых. Советник окружил себя десятком солдат, да по пути возникало дополнительное сопротивление, но этого было мало для сдерживания угрозы. Смертоносный молот сминал бойцов пачками, кочеранг грамотно выцеливал чересчур наглых арбалетчиков, ивовый хлыст легко находил бреши в обороне стражей. Мы во время безумного забега также получали удары и повреждения. Наши багровые Барьерные ауры страдали от атак с разных сторон. Но противнику не удалось задавить нашу беспощадную троицу. Мы спешили, прорываясь через ряды военных хана, поскольку возле стадиона их находилось до сотни, а то и более — стража была рассредоточена. Дожидаться, пока они все к нам стекутся было смерти подобно.
Я заметил несколько человек в закрытых масках, которые принялись мешать стражникам. Несколько ыхолганских псов пришли к нам на помощь. Они не решались выступать в открытую, поскольку им еще здесь жить предстояло. Устраивать кровавую баню со стражей было бы неуместно. Но хотя бы немного поддержали нас. Шу и На не имели защиты от Сути, поэтому не обнажали оружие: бросались скамейками и каким-то бытовым хламом.
 
Метнув кочеранг, я оказался рядом с последним противником на пути. Пылающую серым огнем алебарду пропустил над собой, пригнувшись. Затем чуть сместился вбок и призвал свое оружие обратно. Оппонент застыл, внимательно наблюдая за моими действиями. Удара сзади от возвращающегося кочеранга он явно не ожидал.
Советник Ношген Харуй облачился в дорогие доспехи и окутался багровой аурой. Однако реактивный удар молота выбил из него дух, а точный укол ивового клинка повредил конструкцию котла. Второй удар Дарраки вмял его в каменные трибуны. Хоть советник и добрался до ступени Бойца, но боец из него был никакой.
Я склонился над павшим мужчиной, придавленным собственными доспехами:
— Кочегар всегда возвращает долги, — проговорил я веско и обрушил всю мощь кочеранга на советника хана, пробив поврежденный шлем и разбив голову.
  
Глава 19
 
— Босс, дела плохи! — проговорила Даррака, отбиваясь сразу от нескольких наступающих гвардейцев.
— Прикончите нарушителей! Скорее! — донесся до нас писклявый голосок хана.
— Отходим! — скомандовал я.
Нас принялись зажимать на каменных трибунах стадиона подбегающие стражники. Справиться с такой ордой даже Сумасшедшему Кочегару Ли было не по силам. Особенно лютовал сильнейший практик Ыхолгана — командир ханской стражи по имени Тайгон, имевший ступень Адепта. Алые росчерки его меча легко прогрызали нашу защиту. В основном с ним сражался я, поскольку благодаря духовному щиту и скоростной кочерге имел лучшую защиту среди обороняющейся троицы. Попадись мне такой соперник на этапе Рекрута, на том мой путь бы, скорее всего, закончился. Однако, полученный на турнире и в других места опыт, улучшенный артефактный кочеранг с клешней и разрушительный багровый огонь — все это позволяло мне сражаться с Тайгоном почти на равных. Проблема крылась в том, что командир стражи противостоял нам далеко не один.
Мы постепенно отходили наверх по трибунам, поскольку снизу нас со всех сторон поджимали враги разных ступеней. Периодически свистели огненные сгустки, стрелы и арбалетные болты. К счастью, Барьера уровня Бойца хватало, чтобы защититься от снарядов. Да и обороняться, имея преимущество в высоте, было проще.
Вскоре мы достигли самого верха трибун, который находился примерно на высоте четырех-пятиэтажного здания. Мы хоть и достигли ступени Бойца, но такая высота для нас оставалась опасной, особенно если внизу не мягкие кусты или земля, а каменная мостовая. Если кто-то из нас троих повредит ногу, то уйти от погони мы вряд ли сумеем. Однако выбора не оставалось.
— Босс, я пошла, рокх! — уведомила Даррака и спрыгнула с края трибун.
Я краем глаза заметил, что аракийка использовала огненный Шаг, чтобы замедлить падение. Благодаря реактивным струям огня, вырывающихся из-под ног, практик без особых проблем приземлилась на твердую поверхность.
Я приметил в стороне На и Шу, которые забрались на спины двум стражникам в попытках задержать. Их сбрасывали, но парни не сдавались.
— Мастел! — увидел меня ученик.
— Следуй правилам! — салютнул я ему кочерангом.
Мальчишек схватили другие псы в масках и принялись оттаскивать подальше от стражи, после чего направились прочь со стадиона. Надеюсь, пацанам и остальным хватит мозгов свалить куда подальше и не отсвечивать. Чебуль спокойно сполз по стене, цепляясь за малейшие неровности коготками.
Сати прыгнула следующей. Девушка изогнула свой ивовый клинок на манер крюка и зацепилась за заметный выступ в стене, тем самым погасив скорость. Затем отцепилась и спрыгнула вниз. Багровое огненное копье пробило мой щит и чиркнуло по левому плечу. Я оттолкнулся и бросился с верхотуры, целясь в тот же выступ, что и Бхоль. Конечности клешни и лезвие кочеранга проскрежетали по камню. Изгиб оружия после трансформации отличался от прямой кочерги, и мне не удалось серьезно погасить скорость. Кочерангу такое обращение явно не понравилось — лезвие наверняка повредил, но ситуация требовала идти на жертвы. Тем не менее, этого не хватило для нормального приземления. Я постарался сгруппироваться и перекатиться, но в левой ноге что-то громко хрустнуло.