Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Сати забралась на верхнюю полку и вскоре засопела. Я же еще долго сидел внизу, слушая размерное гудение двигателя с пропеллерами. Обретение внутренней гармонии было отличным шансом на открытие своего Якоря Ши. Ведь развитие Ши или Разума в какой-то степени означало поиск своего идеального состояния, вело к нирване, достижению счастья.
И действительно: в течение пары часов медитаций я оказывался близок к своему Якорю Ши несколько раз. Боль из головы уходила, когда я подавал духовный огонь. Время шло, голова раскалывалась под давлением огня алой касты. Однако мне казалось, что отступать в такой момент нельзя, иначе в будущем я не смогу подобрать тот самый нужный настрой, к котором был близок как никогда.
Среди ночи я, наконец, смог сформулировать новый Якорь Ши для себя. Он, как ни странно, имел прямое отношение к Сати и Дарраке. Я смог познать дзен и примириться с самим собой. Раз уж не только все участники, но и само общество не было против, то нет смысла оказывать сопротивление. Я начинал с Якоря, заточенного на красивых девушках, осознании разных видов женской красоты и закончил многоженством. Достойно пылкого сердцем истинного Кочегара!
Лишь после этого я нырнул в манящие объятия одеяла и подушки, удовлетворившись результатами наших бесед и медитаций Ши.
Мне показалось, что не прошло и пары секунд, как громкий взрыв и дикая тряска изгнали меня из приятного мира сновидений.
Глава 20
Раздались панические крики, народ принялся метаться по дирижаблю. Мы с Сати выскочили в коридор, по которому носилась обслуга транспорта.
— Что случилось?! — вопросил я.
Сверху снова громыхнуло, дирижабль слегка качнуло.
— Красные Могильщики! — ответил нам практик. — Пропустите!
Боец принялся расталкивать народ, пробиваясь к паровой пушке. С двух сторон уже доносилась периодическая канонада. В отличие от классической пороховой пушки, паровым агрегатам требовалось больше времени на подготовку между выстрелами.
— Послушайте, нам надо поговорить! — появился из соседней каюты настырный усатый мужчина, на этот раз без шляпы. Обращался он к Сати.
— Сейчас явно не время для разговоров! — буркнула Бхоль. — Вы ведь практик? Защищайте дирижабль!
— Конечно…
Прогремел взрыв. Нас тряхнуло, а часть борта гондолы словно гигантозмей языком слизнул. Образовалась огромная дыра в обшивке. Стало ясно, что снаружи царило раннее утро. Гатхи только-только поднимался из-за горизонта. Среди пурпурной сини зари мелькали странные силуэты, похожие на пузатых больших шмелей красного цвета. Приглядевшись, я понял, что это не звери, а практики верхом на неких мобильных устройствах, позволяющих им парить и летать с приличной скоростью. Короткие крылья, хвост, пара гудящих пропеллеров, исходящий паром котел и емкости с левитирующим газом. Устройства как по звучанию, так и из-за открытой кабины напомнили мне мопеды.
— Ка-ка-ка! — донесся до пассажиров каркающий смех Красных могильщиков. — Бросайте оружие или прощайтесь с жизнью!
Сервы, конечно, не могли сопротивляться пиратам, а вот практики решили дать отпор. Среди пассажиров их было не так много, но вместе с командой дирижабля они представляли грозную силу. Тем более, жалкие воздушные бандиты не знали, что данным рейсом летит сам Сумасшедший Кочегар Ли и Храбрая Облачница Сати.
На некоторых летающих мопедах к дирижаблю спускалось сразу по паре человек. Головорезы спрыгивали на заднюю площадку или мостки, шедшие по периметру гондолы. Сражение закипело. В прямом и переносном смысле: нам перебили одну из паровых труб, и коридор частично заволокло паром. Огненные техники летали то тут, то там. Громыхали выстрелы паровых кулеврин. У меня сложилось ощущение, что мы попали на войну почти что современной эпохи, а не средневековья.
Помимо мопедов, нам противостоял еще и вражеский дирижабль. Выглядел он как хаотичное нагромождение пушек, пропеллеров, котлов и газовых емкостей, спальных корзин, болтающихся крюков, веревок… и даже гамаки висели снизу, покачиваясь на ветру. Но каким-то образом монструозное чудо инженерной мысли висело в воздухе, не думая падать. Огромные паровые пушки наносили солидный урон нашему транспорту.
Сати мгновенно окуталась в мифриловый доспех и двинулась вперед по коридору. Я метал кочеранг из пробоины в корпусе, стараясь достать пролетавших мимо пиратов. Периодически получалось. Вскоре рядом с Бхоль почти не осталось защитников — их всех оттеснили или изранили пираты. Лишь мужик с пышными усами сражался отчаянно. Он находился на ступени Бойца, но фехтовал с поразительным умением.
Операция “манекен” продолжалась: воздушные налетчики не могли одолеть воительницу в мифриловых доспехах, пока ее подельник метал по ним загнутый клинок, больно бьющий алыми разрывами.
Раздался еще один взрыв. Нам разворотило одно из оборудованных мест стрельбы из паровой пушки. Раненый боец выполз из разрушенного закутка, истекая кровью. Я помог ему и применил целебный огонь. Кое-как поставил практика на ноги. В данный момент у нас каждый солдат был на счету.
Гондола зияла множеством отверстий разного диаметра. Мы начали потихоньку падать. Очевидно, что основную угрозу для дирижабля представлял вражеский корабль.
— Держитесь! — метнул я кочеранг в последний раз, попав в плечо одному из пиратов. — Попробую добраться до главного судна!
— Будь осторожен! — коротко ответила Бхоль, делая очередной выпад ивовым клинком.
Разрушений в нашем корабле было столь много, что мне не составило труда найти пробоину и забраться наверх. Пробравшись по обшивке, я проскользнул мимо пары шаров с газом и выбрался на крышу дирижабля. Кожаные и каучуковые емкости слегка пружинили под моими ногами. Прямую защиту имела только гондола. По всей видимости, если навесить броню вокруг всего шара, то подъемной силы не останется ни на что иное.
Вражеский корабль нависал сверху. Он подошел к нам довольно близко, плюс от пружинящих шаров можно было оттолкнуться, но по моим прикидкам преодолеть такое расстояние у меня бы не вышло. Летать я пока не умел, только далеко прыгать. Вокруг носились пираты на мопедах. Бандиты пытались достать меня, метая заряженные огнем дротики, которые я старательно отклонял воронкой-щитом.
Мелькала идея попытаться завладеть воздушный глайдером, но его управление выглядело сложным. Я сомневался, что смогу разобраться сходу. В голову пришла иная идея.
Подобрав подходящий момент, я разбежался по пружинящей крыше дирижабля, сделал распрыжку и сильно оттолкнулся, использовав огненный Шаг. Шкура емкости не выдержала пламенного Хлопка и лопнула. Выпущенный на волю разогретый газ придал мне немного дополнительного толчка. Кстати, газ этот ужасно вонял, напоминая смесь запаха протухшего яйца и птичьего помета с фермы.
Глазомер меня не подвел. Я сумел дотянуться в прыжке до пролетающего мимо мопедиста. Гаденыш, правда, целился именно в меня и сумел достать дротиком в плечо, пробив Барьер. Но затем бандит познакомился с лезвием моего кочеранга и улетел вниз, навстречу ржавому песку пустошей. Красному могильщику достойная смерть.
Летающий мини-дирижабль начало уводить в сторону, так что медлить я не стал. Быстро залез на сиденье, примерился и снова оттолкнулся мощным огненным Хлопком. Воздушный мопед закрутило из-за моего толчка и понесло куда-то вниз. Я же взвился в воздух и сумел-таки дотянуться до одной из свисающих с судна веревок. Пираты еще не успели среагировать толком на мои акробатические этюды, так что я воспользовался заминкой сполна.
Подтянулся на веревке и забрался на мостки. Затем потратил несколько секунд на то, чтобы исцелить собственное плечо. После чего побежал по хлипким мостикам и переходам, громя вокруг себя все, что только попадалось на глаза. В том числе уничтожил и две точки с паровыми пушками и стрелками невысокой ступени, большую котельную и множество емкостей с газом.
Красные Могильщики поняли, что их резиденции угрожает опасность, и потянулись обратно на защиту летающего форпоста. Вот только многих перебили защитники пассажирского дирижабля, да и мы с Сати избавились от кучи противников. Порой не успевал искры души поглотить даже.