Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Окурок остановился и сошел с байка. Мужчина подошел к заснеженным руинам какого-то строения, наклонился и счистил рукой снег.
— Уже и место не могу узнать, — заметил он. — Когда-то я жил здесь, с женой и двумя детьми, до первой волны Погромов. Это случилось одиннадцатого мая тридцать третьего года.
Мужчина помолчал некоторое время, дымя очередной сигаретой, и я его не торопил. Ирис и Ворон, похоже, знали эту историю, но они не стали вклиниваться в разговор.
— Никто не знает точно, что послужило причиной первой волны, поскольку все свидетели мертвы. Гуру из Штаба полагают, что Пересвет охотился за залетевшим шипокрылом, но не рассчитал траекторию. Один из его ударов пришелся в окно жилого здания и убил ребенка. Затем он спустился извиняться, но разъяренная толпа не утихомиривалась. Тогда им еще казалось, что Пересвет является их слугой, — Окурок усмехнулся. — В чем наш «супергерой» поспешил их разубедить. Он пришел в ярость и убил всех в округе, разрушил несколько домов, после чего скрылся. Где-то под завалами еще покоится часть останков примерно тысячи двухсот жертв «гневного света».
— И ему сошло все с рук? — поинтересовался я.
— Едем дальше…
Мы вернулись в город и вскоре добрались до большой мощеной площади с черным отполированным камнем в центре. В месте, где мы остановились, брусчатка была не совсем обычной. Присмотревшись, я понял, что камень местами сплавился в единую монолитную массу, пошел волнами и трещинами.
— Знаешь, как называется это место? — спросил Окурок.
— Кажется, Мемориальная площадь, — вспомнил я информацию от соседей. — Здесь стоит монумент людям, погибшим при Падении.
— Официально, — добавил Ворон.
— А неофициально? — уточнил я.
— После первой волны Погромов начались народные волнения. Власти решили, что Пересвету надо принести извинения, заверить, что больше подобного не повторится, — продолжил рассказ Окурок. — Это была очень плохая идея. Двадцатого мая на площади собралось несколько тысяч человек, включая родственников погибших. Пересвет произнес красивую речь, но толпа не приняла извинения и принялась закидывать его мусором и объедками. И тогда он убил всех: около восьми тысяч простых жителей, примерно двух десятков героев, многих чиновников и Директора Центра, который пытался примирить стороны, — мрачно поведал мужчина. — Я потерял руку и получил множественные ожоги, но Ворожея меня выходила. Потеряв все, я решился на инициацию и обрел суперсилы. У меня не слишком хорошо получается красиво рассказывать. Вторая жена, которую я нашел в Корсе, говорила, что я прямой и простой, как арматура. В общем, это был худший день в жизни города. Затем случилась вторая волна Погромов. Ублюдок вошел во вкус и устраивал акты террора, убивая всех несогласных. Жители стали бежать из города. Многие осели в Рингосеппе на юго-западе.
— Вы не пытались убить Пересвета?
— Конечно пытались!
— Не вышло?
— Разве Пересвет похож на мертвеца? — хмыкнул Окурок. — Меньше часа ему потребовалось, чтобы уничтожить сильнейших суперов, которые собрались его покарать. Одному герою позднее почти удалось его отравить. Пересвет был практически при смерти, но к несчастью смог восстановиться. После этого случая ублюдок осел в небоскребе Охта-центр на севере Петровска, да устроил в Корсе третью волну Погромов. Еду теперь он добывает себе сам, никому в этом деле больше не доверяя.
— И как же удалось восстановить отношения?
— Власти решили пойти на уступки, — взяла слово Ирис. — До жителей довели общие правила поведения при встрече с Пересветом, а также они согласились назначить его мэром Усть-Корсы с неограниченными полномочиями.
— То есть Пересвет — правитель города?
— Лишь формально. Всю волокиту и проблемы города он оставил Центру. Сам же лишь периодически красуется на разных мероприятиях, гоняется за бандами или левиафанами.
Теперь стало понятнее поведение других героев на плацу перед тюрьмой, когда Пересвет толкал нам приветственную речь.
— Почему об этом мало говорят?
— Если будешь много болтать, то он и по твою душу вполне может явиться, — пояснил Окурок. — Даже в Штабе есть доносчики, которые кормятся за его счет. Пусть он и мудак, но обладает большой силой и властью. Его люди есть в Центре и Корпусе. Но ты вроде парень неплохой. Не будешь ведь писать доносы на своего куратора?
— Нет, — помотал я головой.
— Однако из Пересвета плохой управленец, — заметила Ирис. — Ума ему не хватает. Раньше он старался добиться от толпы обожания, но теперь его устраивает и страх. Поэтому периодически он проводит легкие устрашающие казни. Большую часть времени сидит в своем небоскребе, либо летает по земному шару и творит неведомо что.
— Откуда вообще появился супер подобной силы? Не сам же он развился?
— Это было решение Совета Безопасности и тогдашнего Директора Центра, ныне мертвого, — пояснил наставник. — Они посчитали, что выведение одного сильного мета-человека возвысит Усть-Корсу и Россию в целом. Китай и Рейх набирали силу, Скандинавия до сих пор почти что монополист на рынке эфирной техники и смогла захватить Бретань, в южных анклавах проживает намного больше людей, чем у нас. Власти не прогадали: из-за Пересвета к нам лезть опасались. Однако через какое-то время зверь стал сильнее своих хозяев и сорвался с поводка. Вот и живет теперь Корса, постоянно оглядываясь и пригибая голову. Ну а монумент на площади неофициально поставлен не погибшим после Падения, а жертвам спятившего супера. По примерным подсчетам их около четырнадцати тысяч на данный момент.
— Интересная информация, спасибо, — кивнул я. — Какие у него классы по категориям суперсил?
— Мета десять, Стрелок десять, Движ шесть, Громила шесть, — отчеканила Ирис.
— По-онятно, — присвистнул я. — Теперь обстановка в городе мне стала немного яснее. Значит, Пересвет в основном проживает в Петровске? Не думаю, что стоит навязываться к нему в гости пока что.
— По слухам, существует так называемое Сопротивление, — поведал Окурок. — Группа героев, которая ищет способы убить Пересвета.
— Туда всех принимают?
— Нет, конечно. Только если кто-то из участников поручится. Я, если что, стараюсь держаться от всего этого дерьма подальше.
— Понятно, — заметил я, не став развивать тему. Хотя сдается мне, что Окурок знает про Сопротивление много больше, чем говорит.
Сведения стоило, конечно, обдумать на досуге. Предпринимать я ничего не планировал в ближайшее время, но чутье мне подсказывало, что рано или поздно мы с ним пересечемся где-то. Пересвет — слишком заметная фигура, и бесконечно прятаться у меня не выйдет. Однако на данный момент строить планы по его ликвидации явно преждевременно. Придется и мне пожить какое-то время в тени знаменитого «злодейского героя». Но самое печальное крылось в том, что никаких действенных идей по убийству лучезарного мэра Усть-Корсы, имеющего максимальные из возможных мета-классы, мне в голову и не приходило.
Глава 24
— Раз уж начали показывать город, прокатимся дальше. Нет возражений? — уточнил Окурок.
Остальные покачали головой.
— Главное успеть оформить квартиру, — заметил я.
— Что, школьная жизнь уже наскучила? — усмехнулся герой.
— Не то слово.
— Ладно, погнали.
Мы покинули мемориальную площадь и двинулись на север города.
— Сейчас мы проезжаем над подземной железной дорогой. Движение здесь когда-то было оживленным, поэтому восточную ветку частично убрали под землю.
Я увидел впереди воды Корской губы, являющейся частью Финского залива.
— С северной стороны стен нет?
— Все собирались ставить, но то денег нет, то людей свободных в Контроле. А стоило бы: в доках разная шушера поселилась, да и из воды иногда всякая гадость лезет.
— Слышал, там банды обосновались?
— Частично. Да и не назовешь некоторых отпетыми бандюганами. Часть вполне законный бизнес ведет, сотрудничают с Центром. Ширпотреб в город привозят из рейдов, к примеру. Слышал, даже жижу начали потихоньку фильтровать сами. На данный момент барыжить мета-веществом можно только по лицензии, но СовБез может упростить ее получение. Жижи нужно все больше и больше, а из-за проблем с поставками фильтров покрыть потребности города на наших мета-заводях не выходит. Вполне возможно, что скоро «карпы» станут официальными дилерами, а это огромные бабки.