Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Пятьсот тысяч. Нехило, — присвистнул Ворон.
— Это да. Жаль, от нас Видящие сбежали, когда… сами знаете, что случилось, — вздохнул старик.
Видимо, он подразумевает так называемые Погромы и Пересвета в целом. Что ж, чем меньше конкуренция, тем лучше. Нас отвели посмотреть на водозаборную станцию и систему очистки, которая также работала на мета-технике, но немного иного плана. Больше ничего интересного на станции не было. Несмотря на охрану из нескольких геройских команд и отрядов Контроля, я не видел особых сложностей в тайном проникновении в главное хранилище запчастей станции. Вот только заниматься подобным я считал делом неблагородным. Да, из полигона я позаимствовал немного ядер с концентратом, но я планировал отплатить городу в дальнейшем. Например, невысокими ценами на артефакты.
Торопиться мне было некуда, поэтому продолжать свою воровскую карьеру без особой на то необходимости я не собирался. Не для тана Кройца данное низкое занятие. Тем более что возможностей для заработка было с избытком.
— Насмотрелись? — уточнил Окурок.
— Вполне, — ответил я, взглянув на часы. — Надо бы успеть сегодня в Центр заскочить.
— Тогда погнали.
Уже через полчаса мы прибыли к самому высокому небоскребу Усть-Корсы. Почти все следы от погибшего убрали уборщики, а помог им легкий снежок, присыпавший прогалины. Только на стене здания остался черный оплавленный след.
— Первые этажи заняты разными департаментами, — пояснил Окурок, пока мы ехали на лифте. — Наверху заседает Совет Безопасности, а на последнем этаже обитает Директор Центра. Не советую вам с ней встречаться лишний раз.
— Такая страшная? — заметил Ворон.
— Железная Леди подписывает ордеры о лишении гражданства или даже о казнях мета-людей, преступивших закон, — произнес он с намеком. — Смотри, как бы на тебя за упавшее перо не выписала…
К героям у местных чиновников было особое отношение, так что нами занялись в первую очередь. Поскольку я прошел через недешевую процедуру мета-инициации, то отказаться от годового контракта не имел права. Впрочем, я ожидал, что в дальнейшем мне удастся пересмотреть контракт на более привлекательных для меня условиях. Пока что побыть под маской слабого курсанта будет полезно.
Базовый оклад начинающего героя составлял тридцать тысяч корсов, однако платили данную сумму за двенадцать отработанных смен по двенадцать часов. Некоторые особые задания вроде рейдов могли идти сразу на несколько смен. Моя надбавка за мета-класс составила всего двадцать процентов. Ирис же при соблюдении числа отработанных смен сможет получить до сорока пяти тысяч. Анна, к примеру, получала в районе тринадцати тысяч на животноводческой ферме.
При этом коммунальные платежи за хорошую квартиру с рабочим лифтом и отоплением в зимний период составляли около двадцати пяти — тридцати тысяч корсов в месяц, что большинству работяг просто не по карману. Такие сервы пережидали холодный сезон в школах с бесплатным отоплением и какой-никакой, но кормежкой. Герои, даже в ранге курсантов, получали значительно больше среднего по городу. Центральное Управление стремилось удержать мета-людей в Усть-Корсе разными поощрениями, иначе получившие суперспособности граждане могут избрать другое поселение с более приятными бонусами. Так случилось в том числе и с Видящими, хотя по слухам не только здесь с ними проблемы, но и у некоторых соседей.
Ирис проживала рядом с родителями, Ворон также менять место жительства не захотел, поскольку плата за проживание кусалась. Но я не собирался чахнуть в какой-нибудь халупе и уж тем более пользоваться бесплатной школой. Апартаменты в многоквартирном доме — явно не то, чего заслуживает наследник рода Кройц, но частных владений по, сути, в Корсе не осталось. Возможно, в будущем и удастся развиться достаточно, чтобы заиметь себе особняк, как у Муад’Диба. Пока же я вынужден был согласиться на трехкомнатную квартиру в элитном жилищном комплексе «Лазурный Берег», где селились многие герои или знатные сервы города. Здание располагалось в северо-восточной части города, в нескольких минутах ходьбы от городского пляжа.
 
Помимо прочего нам выдали и устав Корпуса, с которым Окурок не потрудился ознакомиться, а также по двадцать тысяч корс в качестве начальных подъемных средств для обустройства. Основные бюрократические мероприятия в Центре удалось пройти успешно к концу рабочего дня. Окурок куда-то подевался в процессе, оставив нас разбираться самостоятельно.
— Ладно, на сегодня закончили, — взглянул я на темнеющее небо над головой. — Завтра к девяти к Штабу, согласуем график смен.
— Удачи тебе с заселением, Песец! Пока, мальчики… — Ирис взвилась в небо и направилась в сторону дома.
— Тогда до завтра? — произнес Ворон, собираясь также улетать.
— А к тебе у меня есть одно важное дело, мой друг, — произнес я заговорщицким тоном, ухмыльнувшись.
Долго собирать вещи Анне не потребовалось. Дольше с соседями прощались. Мы свалили все барахло в рюкзак, после чего сели на мотоцикл и двинулись в сторону нашего нового дома. Двенадцатиэтажная громада желтой и красной расцветки возвышалась над скромными окружающими строениями. Во дворе дома помимо детской площадки даже небольшой стадиончик для игр с мячом имелся. Стайка детей и подростков пинала ногой скачущий шарик, стремясь забить его в ворота противоположной команды. Несмотря на страшную трагедию в прошлом, жизнь в Корсе давно вошла в привычную колею. И если в бедных кварталах дети нередко помогали по хозяйству или следили за младшим поколением, то здесь у ребятни оставались силы и время на активные игры.
В центральном фойе дежурил, как мне подсказала Анна, консьерж. Служитель проверил бумаги из Центра и выдал нам ключ от 827 номера, после чего проводил наверх и показал нашу новую квартиру. В помещении было прохладно, но все равно немного теплее, чем в школе. В спальнях имелись кровати с матрасами, да и на кухне мебель и электроплита была в наличии. После Падения осталось много неиспользуемых вещей, поэтому долговечные предметы стоили относительно недорого. Основные проблемы в Корсе были с едой и топливом. Хотя одежда и некоторый ширпотреб постепенно дорожал, по словам Ворона, поскольку многие виды тканей не выдерживали столь долгого хранения, да и постепенно запасы ближайших поселений пустели. Петровск практически весь уже излазили, и даже до Москворецка в рейды начали ходить.
Вскоре консьерж покинул апартаменты, оставив нам по комплекту ключей. Уведомив, что разводить открытый огонь запрещено, а горячая вода и электричество — местная замена эфиру, подаются с восьми до десяти вечера. Не люкс, в общем.
— Класс! — радостно воскликнула Анна, обходя наши новые весьма скромные по площади владения. В отличие от меня квартира пришлась девушке по душе. — Никогда не думала, что смогу жить в доме, под окнами которого не бродят гончие. И выходить на улицу можно, не оглядываясь на небо в поисках шипокрылов! В Корсе так здорово!
— Я бы поспорил с данным утверждением, но понимаю, что все относительно. Какую комнату возьмешь себе?
— Ну, а… — девушка смутилась и покраснела. — Можно мне с ва… В общем, ближнюю к кухне тогда… — Так и не смогла она изложить свою просьбу.
— Хорошо. Я займу большую комнату.
— Тан, а вы… Сударыня Вейцман, она ведь красивая, да?
— Безусловно, — ответил я спокойно.
— Она вам нравится?
— Да, — кивнул я.
— Вот как… Но вы говорили, что у вас на родине принято многоженство?
— Говорил. А что? — сделал я вид, что не понимаю намеков.
— Ничего… Скоро подадут электричество, надо успеть сходить в магазин и приготовить еду. У нас говорят: путь к сердцу мужчины лежит через его желудок… — добавила она тихо, но решительно.
— О, мудрое изречение, — усмехнулся я. — Возьми десять тысяч на домашние хлопоты. Героям дают стартовый бонус.
— Нет, нам выдали аванс на работе, так что я угощаю!
— Кто угощает — мне без разницы, но деньги я дал тебе на расходы. Питаться объедками я не собираюсь.