Итерация II (СИ)

— Это не более, чем версия, — принялся оправдываться Меркулов.
— Прочитав твою биографию, я попросил информацию и по делу «трофейщиков», — Мехлис расположился поудебнее но давить взглядом собеседника не перестал. — Любопытное, скажу тебе, дело. Моё отношение к ворам ты, Всеволод, знаешь. А уж к ворюгам в погонах…
— Лев Захарович, но это же будущее, — пыхтел Меркулов. — Зная о последствиях я и сам не подумаю трофеи брать и других постараюсь отговорить.
— Надо же, пять минут назад ты распинался, утверждая, что всё это сказки, фальшивка и бред, а теперь мямлишь про будущее. Так вот Меркулов, назначат ли меня на должность Наркома Госконтроля — неизвестно, но то что ваша компашка, путающая свой карман с государственным будет теперь на «карандаше» — обещаю. Узнаю, что запускаешь лапу в казну…
— Меня оболгали, — выпалил Меркулов.
— Сомневаюсь, — Мехлис отмахнулся от лепета. — Ладно, поговорили о будущем, вернёмся к настоящему. На досмотре настаиваешь?
— Вы же берёте ответственность на себя… — начал было Комиссар ГБ, но встретившись с пронзительным взглядом Мехлиса, осёкся, — Хотя бы познакомьте с потомками.
***
Мехлис с Меркуловым подошли к самолёту как раз в тот момент, когда командир экипажа Мехлиса завершал знакомить своего коллегу с обстановкой.
— Значит так, лист полёта я тебе передал, схему захода на посадку — тоже. — передавая очередной лист сказал Андрей Васильевич Тимченко, — Особенности посадки повторили, твой экипаж проинструктировали, радиочастоты для связи с ТЦ — довели. Теперь ещё одно…
— Что ещё? — поморщился Голощапов
— Матроскин, тащи планшет! — крикнул Андрей своему подчинённому.
— Это что ещё за чудо? — удивился Алексей.
— Значит так, наши друзья снабдили нас оригинальным устройством, позволяющим отслеживать маршрут самолёта. Дальность — так себе, но до сюда — хватает. Вот маячок — Тимченко протянул коллеге небольшое устройство, — Наживаешь на эту кнопочку, и он передаёт сведения о твоём местоположении. Наши друзья отследят путь, при необходимости выйдут на связи и подскажут направление.
Андрей показал, как обращаться с прибором, обернулся и заметив пританцовующего лётчика позвал его:
— Матроскин, давай сюда. Заодно вынь затычки из ушей и выплюнь каку.
— Это наушники! — возмутился лётчик, — Я музыку слушаю. И жую не бяку, а жвачку. Для зубов полезно.
— Молодой человек, — обратился к пилоту Меркулов, — Не дадите послушать вашу музыку?
— Пожалуйста. — равнодушно пожал плечами Матросов, совсем недавно переименованный экипажем в Матроскина.
Меркулов приложил наушник к уху.
— Под крылом самолёта
О чём-то поёт
Зелёное море тайги… — донеслась до слуха Комиссара ГБ незнакомая песня.
— Красиво. — сказал Меркулов, возвращая наушник владельцу.
— А то! — весело подмигнул Матроскин. — Тут таких классных песен — тьма.
— Каких песен? — уточнил Меркулов.
— Классных. В смысле красивых, интересных, новых. — слегка смутился Матросов. — Разрешите идти.
— Идите, Лев Захарович, познакомьте меня с гостями…
  
"Штирлиц" из будущего
 
Логинов уже завершал изучение документов работников ТЦ, когда ожила рация:
— «Первый», — здесь «седьмой». Связь с бортом Москва-Сургут установлена, прибытие «гостей» — через пятнадцать минут.
— Принято, «седьмой». Конец связи — Кастым положил рацию на стол, но тут же вновь взял её в руки:
— «Второй», ответь «Первому».
— Слушаю тебя, Первый, — откликнулся Муромцев.
— Через четвертушку прибывают «гости». Встречаемся у «взлётки».
— Принял, — ответил Анатолий Сергеевич, закончив сеанс.
«Хорошо, что Мехлис рассказал о своих подозрениях. Думаю, что теперь и Меркулов в курсе. И что теперь делать с грузчиками? По нынешним законам уголовное дело им гарантировано. Тем более, что они языком словно помелом метут, так что папочка будет только пухнуть. Надо поставить задачу Муромцеву, пусть поговорит с парнями. В конце концов, не их вина, что мы сюда попали из будущего, где взгляды более либеральные, а про ужасы репрессий чего только не рассказывают. Решено, отдам их на воспитание своим парням, пусть нагрузят так, чтобы мыслей о политике не возникало. Заодно и от пьянки отучат.
 
Хорошо, что в отдел кадров зашли. В их делах столько полезной информации: заявления, анкеты, справки о состоянии здоровья и составе семьи, копии документов об образовании… Да и Плотников молодец, быстро вник в суть, опросил сотрудников. И штабная культура на высоте: материалы распределены по организациям и магазинам, каждая папочка подписана, сбоку выступает наклейка с фамилией. Кстати…»
Логинов достал и включил рацию:
— «Третий» ответь «Первому».
— «Третий», слушаю.
— Подойди к «зелёному» выходу, дело есть.
Накинув зимнюю куртку и шапку, Кастым пошёл к выходу на импровизированное лётное поле, в переговорной таблице обозначенному как «зелёный». В коридоре его чуть не сбил с ног тучный мужчина в гражданском костюме, один из попутчиков Мехлиса.
— Извините. — сказал гражданин, повернув к Кастыму заплаканное лицо.
— Что случилось? — с тревогой в голосе спросил Логинов, — Вас кто-то обидел?
— Кино… Бим… — жалостливо протянул мужчина, вытирая слёзы рукавом пиджака, — Жа-а-а-а-алко…
— Ничего не понимаю. — пробормотал Кастым, но мужчина шустро посеменил дальше и скрылся за дверью мужской уборной.
«Бим, Бом. Что за чертовщина? Что они там смотрят? Так, отправлю Плотникова, пусть разберётся и доложит». подумал Логинов.
Муромцев с Плотников ожидали Командира, о чём-то беседуя, стоя близ стеклянных дверей внутри здания.
— Василий Игоревич! — обратился к заму Кастым, — Спасибо за документы, но есть ещё одна просьба — сделать сводную таблицу.
— И всё? — буркнул Плотников, — Этим и занимаюсь. Полчаса — час и будет готова, если дергать не будете.
— Графу о родственниках сделали? — уточнил Логинов, сделав вид, что не заметил дурного настроения старого боевого товарища.
— Как положено: мама, папа, братья, сёстры, мужья, жёны, дети. — перечислил зам. по строевой части.
— Этого мало. Нужно опросить людей и узнать данные по бабушкам с дедушками и живущих именно в это время дальних родственниках. Дополните таблицу ещё одной графой. Но, это задача на будущее. Тот вариант, что будет вскоре готов, незамедлительно принесите мне. Возможно будут дополнения, о которых нужно разузнать дополнительно.
На сей раз Плотников задумался. Только что Командир мягко намекнул на его прокол. Перенося в таблицу анкетные данные, Василий Игоревич действовал по привычке, даже не задумавшись о том, что родственники, анкетные данные которых он тщательно включал в свод, ещё не родились и не факт, что вообще появятся на свет.
— Сделаю, — сдержанно пообещал зам. — Предлагаю дополнить графами «Увлечения» и «По какой специальности хотелось бы работать далее».
Кастым не успел ответить, в кармане «ожила» рация.
— «Первый», борт с «гостями» заходит на посадку. Приём.
— «Седьмой», принял. — ответил Логинов и обращаясь к замполиту произнёс:
— Ну что, Анатолий, пойдём, встретим гостей. Меркулова беру на себя, с остальными займёшься ты. Проводишь, разместишь, накормишь. Остальное — как решит комиссар ГБ. Что-то на душе тревожно. Со Львом Захаровичем уже сработались, каково оно сейчас будет… Эх, тяжёлые люди в Конторе работают, не любят они нас, простых армейцев.
— Прорвёмся, Командир. — бодрым голосом ободрил Муромцев, — Вон, борт уже катит, пора и нам выходить.
— Василий Игоревич, — Логинов на ходу обратился к заместителю, — Что у тебя с секреткой[1]?
— Барышню взял, учу. Девушка толковая, справится. Пока учу тому, что знаю и помню сам, но нужна инструкция.
— И ещё: разберись с кинобудкой, что они такого показывают, отчего здоровые мужики рыдают, как девицы на выданье.
— Слушаюсь, Командир. — козырнул Плотников.