Слишком близкие люди (СИ)

— Хорошо. Буду готовиться к завтрашней встрече.
— Главное, много не пей при подготовке.
— Да ну тебя!
В ответ ему раздались только короткие гудки: девушка просто сбросила вызов.
Удивительно, как получилось уснуть. Очень много мыслей, разных и неприятных, бродило в голове. Отвратительное ощущение: выпасть из нормальной жизни и по-тихому сходить с ума только потому, что одна женщина тебе не звонит и не пишет в то время, как должна была бы.
А самое страшное: нельзя бы прощать такое, просто потому, что так делать неправильно. И не простить — нельзя. Слишком близкая. Слишком родная. Потому и так остро все, так болезненно.
Утром он оказался в офисе одним из первых. Сварил себе кофе. Выпил, даже не заметив вкуса. Потом еще одну, и еще… Пожалел, что не курит, как Янкевич. Можно было бы хоть чем-нибудь отвлечься. Пройтись, опять же, до лифта, курилки, потом обратно — все какое-то время.
Часы будто замерли на каких-то нескольких минутах до девяти. Томительное ожидание напрягало до бешенства. Ну, не стоять же ему на входе в офис, в конце концов, встречая Леру? Сотрудники не поймут, испугаются… Да и сам он еще до такого не докатился.
Понял, что уже чересчур себя накрутил. Откинулся в кресле, руки завел за голову, ноги на стол забросил — чего никогда себе еще не позволял. Так себе позиция, между прочим, не супер-удобная… Но потолок рассматривать — самое то. Заметил, кстати, что пора бы уже поменять некоторые плитки. Или просто помыть?…
Знакомая дробь каблучков у входа в кабинет заставила сердце стучать быстрее. С трудом удержал себя, чтобы не рвануть и самому не открыть дверь.
— Войдите, — в ответ на короткий стук прозвучало почти нейтрально.
— Привет, Андрюш. — Лера выглядела робкой, усталой и виноватой. И такой родной… Блеснуло кольцо на пальчике, когда она привычно заправила прядь за ухо. Значит, не сняла. Уже все не так плохо.
— Здравствуй, Лера… — он, наконец-то, уселся нормально. Потом не выдержал — встал, сделал пару шагов навстречу. Хоть и представлял себе ранее, что будет вести себя по-другому.
— Я так по тебе соскучилась, Андерс! Ты даже не представляешь! — Она выпалила это, словно в омут с головой бросалась. В несколько быстрых шагов приблизилась, протянула руки, чтобы обнять… да так и застыла. Словно боялась чего-то…
— А что мешало позвонить, хотя бы? Мы же не в каменном веке живем? — У самого чесались руки от нетерпения ее потрогать, прижать к себе, вдохнуть аромат ее тела, зарыться лицом в распущенные волосы… О более ярких желаниях думать себе запрещал.
Лера сглотнула. Тяжелый вздох, еще один — такой же. Даже крылья носа немного вздрагивали, так она глубоко дышала. А потом подняла глаза, в которых много чего плескалось. Самое неожиданное — пытливый вопрос, будто что-то пыталась найти в Андерсе, но найти не могла.
— Андрей. Я узнала, что Макс в аварию попал не случайно. Ты действительно в этом замешан?
Вот же… гадство! Ему хватило выдержки, чтобы не выругаться вслух. Только этого счастья еще не хватало!
— Это что-то меняет, Лера? — спросил максимально спокойно и естественно. А в душе росло и крепло желание что-нибудь разнести, к чертям!
— Я хотела бы знать, правда ли это? — она тоже была неестественно спокойна. Можно было бы ставки ставить, кто сорвется быстрее.
— Да, Лера. Это правда. Я имею к этому отношение.
  
Глава 43
 
Лера
Это было как удар в солнечное сплетение: хочется сделать вдох, а никак. Диафрагму передавило где-то, кислород перестал поступать. В голове стоит звон, в глазах — мушки плавают. И больно. Очень больно. От того, что человек, который казался абсолютным идеалом, совсем не таков.
— Лера, присядь. — Ощутила, как родные, такие нежные руки, тянут меня куда-то к диванчику. На негнущихся ногах добралась до него, свалилась, будто куль с соломой. Воздуха все так же не хватало, а дышать хотелось — очень хотелось. Как-то устала уже от всех этих потрясений. Хотелось просто жить и дышать полной грудью.
 
— Выпей воды, пожалуйста. — Лицо Андерса, встревоженное донельзя, заставило прийти в себя. Нельзя расклеиваться. Права на это не имею.
Он подождал, пока я сделаю несколько глотков, слегка очухаюсь.
— Если ты думаешь, что я лично сбил его машину, а потом вытащил из салона и избил, чтобы уж понадежнее, то глубоко ошибаешься.
— Ну, надо же… Я была не в курсе таких подробностей…
Мне очень многих усилий стоило, чтобы собраться и задать ему этот вопрос. Приходила в голову даже трусливая мыслишка: промолчать, сделать вид, что вообще ни о чем не догадываюсь. Не смогла промолчать. И не смогла бы жить дальше, теряясь в догадках и придумывая себе все более страшного монстра. А теперь вот, оказывается, там еще и нюансы были… разные…
— А тебе не рассказали об этом? — Андерс приподнял бровь. Его лицо, непривычно суровое, могло бы испугать, если бы не беспокойство в глазах, которое невозможно спрятать…
— Нет. Просто дали понять, что это были какие-то разборки. И твое имя тоже промелькнуло… — я, наконец-то, смогла вздохнуть. Правда, мелкую дрожь в пальцах не победила. Так и продолжала смотреть на свои руки, изредка поднимая глаза на мужчину, сидевшего рядом. Мужчину, которого согласилась назвать своим мужем.
— И кто же это у нас такой добрый всезнайка? Мне прямо-таки стало интересно… — Андерс, похоже, что-то начинал просчитывать в уме.
— Олег. У них с отцом охранное предприятие. И связи везде. В разных кругах, не только официальных. — Не видела смысла скрывать, от кого получила информацию. Как говорится: замахнулся — бей. Тем более, что Олег не просил о конфиденциальности. Наоборот, восхитился тем, как поступил Андерс, говоря, что сам бы так сделал, будь в городе в то время, когда мы разводились с Максом.
— Олег? Тот самый, что…
— Да, тот самый. Однокурсник. — Я нечаянно его перебила. Но уже догадывалась, что за вопросы потом возникнут. Лучше сразу на них ответить и расставить все точки над «и». — Он мне помог найти отца, который шлялся по каким-то притонам, грязный, невменяемый и оборванный.
— С отцом сейчас что, кстати? — по его реакции было понятно, что Андерс в курсе, что случилось с папой. Не удивился, не задал никаких уточняющих вопросов.
— А тебе кто уже принес подробности? Не Лиза ли, часом?
— Она самая. И скажи ей спасибо, что я не приехал, чтобы сразу надавать тебе по заднице! — Он потер переносицу, пытаясь успокоиться. — Ты понимаешь, Лера, как выглядит все, что ты сделала?!
— А ты понимаешь, Андрей, что сам спровоцировал эту ситуацию? На кой черт ты устроил или заказал, уж не знаю, эту аварию? Жил себе Макс спокойно, трахал всех девок в своих ресторанах, женился бы снова на очередной идиотке… Надо было тебе лезть в его жизнь?! — Я сама до конца не понимала, как относиться к этому. Сердилась на всех — и на себя саму, за дурацкие реакции, на Андерса, который полез туда, куда не просили. На отца не злилась — на убогих и больных не обижаются, а он оказался действительно убогим.
— Лер, не сгущай краски. Я просто дал заинтересованным людям нужную им информацию по твоему бывшему. Дальше они сами разбирались. Я чужими руками лица не бью и руки не ломаю. Не отказываю себе в удовольствии сделать это лично.
Я совсем под другим углом посмотрела на руки Андерса: очень крепкие, сильные, с хорошо прокачанными мышцами.
— И часто ты… не отказываешь?
— В юности приходилось. Но давно уже с этим завязал. Уничтожать и унижать противника нужно умом, а не силой. Иначе опустишься на его же уровень… — Андерс внимательно смотрел на мои дрожащие пальцы. Не выдержал — взял их в одну свою большую ладонь, начал поглаживать.
 
— Но ведь… Макс — к нему применили силу? Все, он овощ теперь, навсегда лежачий. Что-то ему такое перебили в позвоночнике, что уже никогда не встанет.
— Значит, сам дурак. Люди, которые с ним общались, просто так в чернуху не лезут. А этому придурку не хватило ума вовремя договориться.