Релокант (СИ)

— Не, — покачал головой негр. — Нет тут ничего такого.
— Как же тут люди живут? — удивился Мишка.
— А тут не живут, — повернулся к нему собеседник, — это же Красный Мир. Тут нельзя жить. Тут можно только выживать, попутно пытаясь заработать. Если у тебя нет денег, то ты немногим отличаешься от мертвеца. Ты двигаешься, говоришь и даже ешь, но это всего лишь иллюзия. Потому что на самом деле ты — труп. Только деньги делают тебя здесь живым. С деньгами ты можешь абсолютно все. Можешь стать силачом, красавцем и даже волшебником. Ты можешь купить себе дополнительную жизнь, если в погоне за деньгами растеряешь свой запас слишком быстро. Ты можешь даже свалить отсюда в Желтый Мир, если захочешь. Правда, получается это далеко не у всех.
— А разве это возможно? — сердце Мишки заколотилось изо всех сил.
— А у тебя деньги есть? — вопросом на вопрос ответил негр. — Если есть, то возможно. Это же виртуальная жизнь. Тут все ненастоящее, парень. Все, кроме денег. Они-то как раз вполне настоящие.
— Я же рассказывал, — с обидой ответил Мишка, — их у меня украли!
— Хреново, — ответил негр, добивая косяк. Окурок полетел в пруд, где его тут же склевали утки, видимо, приняв за корочку хлеба. — Я тебе советую все-таки их заработать. Без денег тут тебе туго придется.
— Да где их заработать-то? — нервы Мишки начали сдавать, а оригинальный стиль общения местных выводил его из себя. Он еще никогда не чувствовал себя таким идиотом.
— Там! — махнул рукой негр, и Мишка торопливо повернул голову туда, куда он показал.
— Где? — озадаченно спросил он, но его собеседник попросту исчез и это было полнейшим свинством с его стороны. — Вот зараза!
Мишка расстроился не на шутку. Вот ведь сволочь, забил башку всякой ерундой! Бургомистры, дороги! Хотя нет! Из Красных Миров можно выбраться, и это знание окрылило парня. Правда, он еще пока не знает как, но он это обязательно узнает.
— Эй, парень! — обратился к нему худощавый жилистый тип с прилизанными волосами. — Заработать хочешь?
— Хочу! — не стал ломаться Мишка. Он теперь не сердился на сбежавшего собеседника ни капельки, ведь работа и, впрямь, оказалась именно в той стороне, куда он показал. — Что делать нужно, и что платишь?
— Пятнадцать баксов в час, — пояснил худощавый. — Деньги получишь сразу же после окончания работы.
— Годится, — обрадовался Мишка, который успел зацепить взглядом расценки в кафе. Голодная смерть ему теперь не грозила.
— Стандартный контракт!
В руке худощавого типа появилась папка, из которой он достал лист пластика, покрытый мелким текстом.
— Приложи браслет! — сказал он. — Нужно подписать.
— Подожди! — Мишка углубился в чтение.
Он бурчал себе под нос.
— Ага! Срок начала контракта — с момента подписания. Деньги оплачиваются по факту отработанных часов, с посекундной тарификацией. Странно, неужели кто-то отказывается от работы? Штрафные санкции за неисполнение. Охота? Прикольно! Меня на охоту наняли!
Мишка прикоснулся к листу, и тот растаял в воздухе. Зато в личных файлах появилась копия договора. Он увидел сообщение от системы, которое выглядело, как надпись, появившаяся в воздухе на несколько секунд.
— А на кого мы будем охотиться? — с замиранием сердца спросил Мишка, который до этого видел охоту только в кино.
— Э…, — промычал прилизанный тип, несказанно удивленный этим вопросом. — Ни на кого ты не будешь охотиться, парень. Охотиться будут как раз на тебя. И оплатят тебе только то время, что ты будешь оставаться в живых, и ни секундой больше.
— Пятнадцать баксов в час??? — завопил в возмущении Мишка.
— Ты подписал договор, — в голосе прилизанного типа появился лед. — Тут нельзя нарушать договоры, мальчик. Пошел!
  
Глава 5
 
2047 год. Реальный мир. г. Финстервальде. Двенадцать дней до релокации.
Сознание возвращалось постепенно. Сначала Мишка почувствовал свет, который резанул по глазам, а затем — легкое покачивание. Он явно ехал на машине. Только вот куда он ехал и зачем, Мишка не имел ни малейшего представления. Он и в машине ездил весьма нечасто. Своей машины у них с мамой не было.
 
— Очнулся! — услышал он деловитый голос. — Десять минут, как заказывали!
Они ехали в каком-то микроавтобусе. На Мишку пристально смотрел черноволосый и смуглый мужик лет сорока, одетый по местным меркам невообразимо дорого. Брюки, стрелками которых можно было бриться, снежной белизны рубашка и лаковые туфли, поигрывающие бликами от заходящего солнца. В расстегнутый ворот рубашки выбился непокорный курчавый волос, и это при том, что сам мужик был лысым, как коленка. Он выглядел как топ-менеджер одной из корпораций, только глаза выдавали его. В его глазах читалось полнейшее равнодушие к его, Мишкиной, судьбе, и это парень понял совершенно отчетливо. Рядом с ним сидел какой-то щуплый очкарик, который тыкал пальцем в планшет.
— Знаешь, кто я? — спросил мужик напротив.
— Нет, — осторожно ответил Мишка и попробовал пошевелиться. Тщетно. Он был зафиксирован так плотно, что не мог даже головой двинуть. Тело, руки, ноги и даже лоб прижимали к сиденью какие-то обручи.
— Я буду спрашивать, ты будешь отвечать, — немного устало сказал ему лысый. — Если ты мне соврешь, то живым из этой машины уже не выйдешь, а твое тело отвезут на ближайшую пищевую фабрику. Станешь частью белкового концентрата. Все понял?
— Да, — проглотил слюну Мишка. Он слышал про полиграф, и понял, что это за обручи зафиксировали его. Щуплый нажал на значок в планшете, и из боковой панели вышла тонкая рамка монитора, на которую тот скосил один глаз.
— Вы, наверное, Бехар, — догадался Мишка.
— Ты работаешь на полицию? — резко спросил лысый, никак не реагируя на Мишкины слова.
— Нет! — попытался замотать головой парень. — Не работаю я на полицию!
— Только да или нет, — оборвал его Бехар. Без сомнения, это был он, собственной персоной.
— Нет, — покорно ответил Мишка.
— Тебя послал Фарид?
— Нет.
— Ты работаешь на федералов?
— Нет…
Вопросы шли один за другим, и Мишка порядочно устал. На лице албанца начала появляться легкая задумчивость. Видимо, ему самому надоело заниматься ерундой.
— Так какого хрена ты поперся в мусульманский квартал? — спросил он, наконец, Мишку.
— Я искал Бехара, — ответил тот.
— А зачем ты его искал? — с нажимом спросил Бехар.
— Мне нужны деньги, — ответил Мишка, кусая губы. — Мама болеет.
— В чем проблема? — с каменным лицом спросил его албанец. — Отправь ее в Зазеркалье.
— Она не хочет, — понурился Мишка. — И я не хочу… У нас никого больше нет, кроме друг друга, понимаете? Мне нужны деньги, чтобы она могла купить лекарство, и тогда она проживет еще десять лет здесь, в реальном мире.
— Знаешь, почему мы называем вас свиньями? — неожиданно спросил Бехар, который пристально смотрел на монитор, чтобы убедиться в том, что Мишка не врет.
— Потому что мы едим свинину? — удивленно ответил Миша.
— Конечно же, нет, — поморщился Бехар. — Никто в этом районе не ест свинину, парень, это знает любой дурак. У вас нет столько денег. Мы называем вас так, потому что в наших глазах вы и есть свиньи, понимаешь? Вы просто грязные животные, но грязные не снаружи, а изнутри. Мы брезгуем вами!
— Но почему? — вырвалось у Мишки. Он так обиделся, что даже перестал бояться.
— Вы сидите на пособии и заливаете себе глаза дешевым синтетическим алкоголем, — начал пояснять ему Бехар. — Вы прячетесь от этой жизни в дурмане идиотских сериалов. Ваши женщины спят с теми, кого видят в первый раз в жизни. Те из вас, у кого есть работа, живут, как рабы. Они пресмыкаются перед начальством, стучат на коллег и готовы на любую подлость, лишь бы иметь возможность и дальше оплачивать свою посмертную страховку. Вы не любите своих внуков, потому что ваши сердца холодны, как лед. Вы лицемерны, и звоните в полицию, если у соседа слишком громко играет музыка. И вы потом улыбаетесь этому соседу, как ни в чем ни бывало. Вы не помогаете родственникам, которые попали в беду, считая, что это должно делать за вас государство. Я ничего не забыл? Ах, да! Вы не почитаете своих стариков и не даете им умереть достойно, в кругу семьи, поцеловав на прощание всех тех, кого они любили. Так за что нам уважать вас, мальчик?