Парень без тормозов. Том 3 (СИ)

Вышло четыре человека. Наверняка у них есть ещё водитель, вот эта колдунья и, скорее всего, снайпер. Значит, их порядка семи человек. Количеством берут, чтобы наверняка. Все четверо вышедших ко мне были без оружия в руках. Трое остановились в трёх метрах от меня, четвёртый подошёл ближе и встал на расстояние полутора метров от меня. Я сразу понял, что это кавказец.
— Здравствуй, — начал он. — Меня зовут Тигран. Это ты хотел говорить с ИМГБ по поводу интересной информации?
— Да. Меня Максим зовут, — я протянул ему папку. — Вот предмет нашего разговора.
Имперец молча взял мою папку и открыл её. Несмотря на ночное время он спокойно читал содержимое при лунном свете. Да, сегодня — ясная ночь, редкое явление в Петербурге. Тигран пролистал несколько страниц, а потом прочитал одну из них более подробно. Он молча поднял на меня глаза и стал изучать примерно с пол минуты. Потом он резко захлопнул папку.
— И зачем мне эта ерунда? Мы это и так всё знаем, — он протянул мне папку.
Всё бы ничего, только его тело заметно напряглось. Он развернулся ко мне боком и его ноги вытянулись как струны. Знаю я этот ход: когда я возьму папку, он выхватит пистолет и выстрелит в меня. Я заметил, что ладони у остальных тоже наготове на уровне пояса.
— Сейчас все здесь ляжем, — прошептал Громила в своём укрытии.
Теперь наступила моя очередь смеяться без видимой причины. Этот смех вызвал недоумение в глазах Тиграна. Он опустил папку.
— Тигран, я знаю, что ты собираешься в меня стрелять. Давай я лучше тебе расскажу, что будет дальше, — и я продолжил, не дожидаясь его ответа. — Ты выхватишь ствол и пальнёшь в меня. После чего из окна одного из ангаров раздастся выстрел, и ты упадёшь с дырой в голове. От меня же пуля отскочит, потому что я применил магическую защиту. После этого я выстрелю вон в то окошко, — я кивнул туда, где сидела колдунья. — Твоя подружка даже не успеет понять, как оказалась на том свете. После чего раздастся ещё один выстрел, который уложит одного из твоих людей, стоящих у тебя за спиной. И только после этого начнётся стрельба в меня. Конечно же меня убьют, но мой снайпер уложит минимум ещё двоих перед этим, — я выждал секундную паузу, чтобы дать переварить ему всё сказанное. Он был не удивлён, но явно озадачен. Парень он умный, это видно. — А теперь, Тигран, задай себе простой вопрос: много ли обрадуется упырей в этом городе, когда они узнают, что какой-то прыщ уложил пятерых имперцев.
Силовик отвёл взгляд, а потом снова посмотрел мне в глаза, после чего тихо посмеялся.
— Ладно, Максим, слушаю тебя. Чего ты хочешь?
— Всё просто. Мне нужен Михаил Золотов, известный как Шатун. И я не хочу, чтобы меня или моего знакомого по имени Сергей Лаврентьев по прозвищу Громила както преследовали.
Тигран похлопал по папке.
— За то, что ты здесь насобирал, тебя свои же убить могут. Ты это понимаешь?
— Прекрасно.
— Забирай своего Золотова, — махнул рукой имперец. — Но имей ввиду, ты попросил слишком много, чтобы взять это без возмещения. С тобой свяжутся, когда придёт время.
После этого имперцы развернулись и ушли обратно за ангар. Судя по ослаблению магического поля, их колдунья тоже удалилась. Когда раздался шум мотора, а звуки едущей машины удалились на достаточное расстояние, я развернулся к ангару, где сидел Громила и помахал ему рукой, дав понять, что можно сниматься.
Да… Я чуть не обоссался… Но всё обошлось.
  
Глава 19
 
«Фух, кажется, пронесло», — такая мысль у меня была, когда мы с Громилой покинули территорию складов и направились за оставленным здоровяком автомобилем.
Меня не покидало ощущение, что я этим своим действием влип в очередную историю, и теперь меня это самое ИМГБ попытается припахать к какому-то своему мероприятию. С другой стороны, у них есть свои штатные сотрудники, выполняющие грязную работу, но ведь всякое может быть.
Добравшись до места, Громила скинул чемодан со снайперкой на заднем сидении, а сам запрыгнул на водительское. Я же занял переднее пассажирское, и мы отправились обратно в город. Первые минут пять мы ехали молча. Я заметил, что здоровяк вспотел, причём явно не от жары. Но он был доволен результатом.
 
— Не думал, что у тебя всё получиться. Ты видел, сколько они этих упырей прислали ради тебя одного? — как-то нервно усмехнувшись, проговорил Громила, прибавляя скорости. — И ведь, когда их главный собирался тебе папку вроде бы отдавать, я заметил, что они готовы были выхватить оружие и начать в тебя палить. Они хотели получить твою папку бесплатно, а потом замести следы, устранив лишнего носителя информации.
— Ты не поверишь, но я сам до последнего не рассчитывал на благоприятный для нас исход событий. Но теперь у нас есть время и возможность свести личные счёты с Шатуном. Остальное неважно, — устало ответил я, откидываясь на сидение.
Да уж. Снова я прошёл по лезвию ножа. По самому его краю и едва не оступился.
Как там этот боров говорил? Сучья жизнь? Наверное, где-то он прав.
— Да, ты прав, — кивнув, ответил Громила и замолчал.
Я отвернулся к боковому окну и наблюдал, как склады и технические сооружения сменяются жилой застройкой. Мы въезжаем в Петербург. Вскоре мы уже заезжали в город и ехали практически по пустой дороге. Здоровяк о чём-то думал, поглядывая на дорогу. Я же, прикрыв глаза, обдумывал наши дальнейшие шаги, но вот то, что предложил Сергей, я никак не мог предсказать.
— Может, выпьем? — прервал амбал мои размышления своим, скажем так, «деловым предложением».
— Почему бы и нет, — пожав плечами, ответил я, соглашаясь с ним.
В конце концов, надо и отдыхать! Не только ведь думать о предстоящей учёбе и тёмных делишках сильных мира сего. Громила лишь удовлетворённо то ли хмыкнул, то ли крякнул и повёл автомобиль только в ему известном направлении.
Приблизительно через десять минут он парковался неподалёку от здания какого-то незнакомого мне бара.
— Вот, культурное заведение. Ну что, пойдём? Я угощаю, — предложил он, а я только поддержал эту идею. Не каждый день удаётся на халяву насладиться дармовым алкоголем. Да и в данной ситуации он только пойдёт на пользу — поможет расслабиться и привести свои мысли в порядок.
Тем временем мы подошли к ничем непримечательной двери с цветастой вывеской, перемигивающейся разноцветными огоньками. «Бар», — прочитал я скромное название заведения. Бар, под название «Бар». Какое-то масло масленное получается. Помню, в моём мире было что-то похожее в девяностых годах. Дикий разгул капитализма, куча частных предпринимателей, челноков и прочих разнокалиберных бизнесменов. И вот такие перемигивающиеся вывески были крайне популярны, я так думаю, из-за их доступности. На тот момент, когда меня вынесло из моего мира, они оставались только у некоторых точек по продаже шаурмы, или шавермы, как это принято называть в Петербурге.
— Здорово, Петрович, — поздоровался Громила со стоявшим неподалёку от входа охранником. Тот молча кивнул и пропустил нас внутрь.
Спустившись в подвальное помещение, мы оказались в довольно-таки просторном зале, а так и не скажешь. У дальней стенки располагалась барная стойка с парочкой скучающих барменов, один из которых считал остатки, а другой протирал посуду, а вся остальная территория была занята столами и пластиковыми стульями, на которых расселись немногочисленные гости заведения. Все они веселились, пили и обсуждали свои, несомненно, «важные темы». При желании можно было даже послушать их разговоры, но сейчас мне было совершенно не до них. Я просто хотел выпить и хорошо покушать.
Игнорируя их всех, Громила повёл меня прямо к барной стойке. Примостившись рядом с ним на одном из высоких стульев, я стал ожидать прихода бармена, которого уже подозвал здоровяк.
— Принеси нам коньяк. Десятилетний, — велел Громила подошедшему пареньку, которому на вид было лет двадцать.
Тот молча кивнул и, повернувшись к стеллажу с алкоголем, быстро достал оттуда пару бутылок и поставил их перед Громилой. Сергей почти моментально выбрал подходящее пойло и пододвинул к себе. Остальное забрал заботливый бармен и поставил обратно на свои места. После этого он выдал нам по стакану и удалился организовывать нам мясную нарезку. Громила же стал разливать нам коньяк.