Самый лучший комсомолец. Том пятый (СИ)
Сергей Федорович наградил коллектив ответственных за данное поле колхозников почетными грамотами, и монтажная склейка перенесла нас в УАЗик. Оператор с репортером сидели сзади, а динамично смотрящийся на фоне проносящихся за окном сельхозугодий председатель Краснодарского крайисполкома толкнул речь с переднего сиденья:
— В сельском хозяйстве нашей страны долгие годы существовали серьезнейшие проблемы: нехватка зернохранилищ и сложности с логистикой, из-за которых колоссальная часть урожая просто-напросто портилась. А ведь люди по двадцать часов в страду пахали, давали стране хлеб! Сердце кровью обливалось!
— А сейчас? — послушно задал вопрос репортер.
— А сейчас ситуация стала гораздо лучше. В один из построенных по указанию Министерства сельского хозяйства за этот год комплекс хранения и переработки зерновых мы с вами сейчас и направляемся — покажем уважаемым телезрителям закрома Родины.
— Хорошая дорога, — похвалил оператор. — Камеру не трясет совсем.
— Для того и сделали — в телевизоре красоваться! — гоготнул Медунов. — Это, конечно, шутка, товарищи — развитию дорожной сети в нашем крае, как и во всей стране, уделяется самое пристальное внимание. Говоря словами уважаемого Алексея Николаевича Косыгина: «дороги — это артерии экономики, а кровь по артериям должна бежать свободно»!
Ловок, собака — и сам пиарится, и с начальством делиться не забывает, демонстративно попинывая брежневские времена, но акцентируя внимание на высказывании Косыгина — Алексей Николаевич же и при Леониде Ильиче на том же посту сидел, да толку не было. Значит что? Значит Ильич палки в колеса вставлял!
Монтажная склейка, и мы оказались на холме, откуда оператор снимал панораму расположенного на берегу реки — как раз баржу разгружают — «комплекса хранения и переработки зерновых». Зрелище впечатляло — элеваторы, промышленные цеха и склады занимали площадь с половину жилого района. Ворота открылись, и на территорию въехал товарный поезд на три десятка вагонов. Работа кипит, получается!
Монтажная склейка, и мы оказываемся внутри элеватора — смотрим на пшеницу под слова одетого в очки и белый халат лысого и худого пожилого директора комплекса:
— В нашем комплексе трудятся полторы тысячи специалистов из всех уголков СССР. Наши элеваторы делятся на хлебоприёмные или заготовительные — мы сейчас как раз в таком — производственные, которые расположены при наших мельницах, комбикормовых и крупяных заводах, базисные — предназначены для длительного хранения зерна, они у нас полны доверху и надежно запечатаны — и перевалочные, они же — портовые.
Магия кино перенесла нас на склад с образцами готовой продукции.
— Здесь у нас мука, — продолжил проводить экскурсию директор. — Там — мешки с крупами: рис и гречиха. Еще на территории комплекса работает небольшой консервный завод — вот такой замечательный горошек мы выпускаем, — показал в кадр поллитровую банку горошка. — А вот здесь комбикорм — живность набирает вес прямо на глазах.
Под конец репортажа Медунов наградил комплекс благодарственным письмом, и на экран вернулся диктор:
— Сегодня утром под руководством секретаря ЦК КПСС Екатерины Алексеевны Фурцевой состоялось торжественное открытие первой в СССР торгово-выставочной картинной галереи для художников-авангардистов. Это событие посетила хорошо известная нашим уважаемым телезрителям художница и меценатка Надежда Ходасевич-Леже, подарившая галерее картины из семейной коллекции.
Диктор сменился видом двухэтажного причудливой формы здания в стиле «советский модерн» — новострой по проекту-победителю Всесоюзного архитектурного конкурса.
На крылечке, перед затянутым ленточкой входом в здание и за микрофонной стойкой — Екатерина Алексеевна рядом со своей подругой Надей Леже, которая, по собственному бабы Катиному признанию помогала тогда еще Министру культуры оттачивать манеры и умение одеваться. Но внимания Надежда заслуживает не только поэтому — из обедневших дворян, эмигрировала в 22 году в Польшу, поступила там в «художку», закончила и отправилась покорять Париж, для чего пришлось послужить в этом их Сопротивлении. После войны Леже вступила во французскую коммунистическую партию, активно пропагандировала русскую культуру, а в 60-х начала ездить на Родину, активно способствуя советско-французскому культурному обмену. Хорошая тетенька в общем.
Тем временем Фурцева начала толкать речь собравшимся у крылечка, судя по некоторым знакомым лицам и обилию принесенных с собой в тубусах и холщевых чехлах полотен, совсем недавно гонимым той самой тряпкой, художникам-авангардистам:
— Сегодня СССР шагает в ногу с мировой культурой, поворачиваясь лицом к новым веяниям. Да, Советское искусство — это в первую очередь учение социалистического реализма, но социалистический реализм не столько форма, сколько внутреннее содержание творческого произведения. Социалистический реализм — это в первую очередь мощный созидательный посыл, и неважно, какую форму он принимает. Если состоящая из цветных пятен картина вдохновляет человека на культурное развитие и трудовой подвиг, значит мы обязаны обеспечить ему возможность на такую картину посмотреть, и, при желании, приобрести!
Аплодисменты и ехидные на «цветные пятна» рожи были ей ответом. Да, товарищи, вы у нас очень творческие, а Екатерина Алексеевна — швея, но может не будем рожи кривить? На 400% уверен, что баба Катя по начитанности и культурному уровню легко переплюнет всех эти «кривунов» вместе взятых — она же у нас закомплексованная, вот и саморазвивается при любой удобной возможности.
Далее слово взяла мадам Леже, которая, несмотря на выработавшийся за годы жизни за границей прононс, русский не забыла:
— Для меня огромная честь принять участие в открытии такой замечательной галереи, и я от всей души желаю Советской живописи побольше стоящих картин.
Вот за последнее я бы не поручился — авангард штука специфическая, делается эстетами для эстетов, следовательно например мне — чужд. Впрочем, Советскому человеку всякое шибко культурное нравится, а значит какую-то аудиторию авангардисты получат.
— Так же на базе «Авангард-центра» будут развернуты масштабные конкурсы авангардного искусства. Министерством Культуры учреждается ежегодная премия для особо отличившихся авангардистов, а лучшая картина года будет приобретаться у художника Третьяковской галереей с выплатой трехсот тысяч рублей. Тишина, товарищи! — осадила начавших было восхищенно орать художников. — Определять результаты конкурсов будет комиссия из пятисот тружеников Советской промышленности и сельского хозяйства — искусство должно принадлежать народу, значит народ в праве решить сам, что из представленного его глазам авангарда считать искусством.
Оператор не отказал себе в удовольствии поснимать скривившиеся как от горькой редьки рожи собравшихся гениев — это что же получается, какие-то селюки лапотные теперь будут художественную ценность определять? Да что они вообще в искусстве понимают⁈ Ой какая жуткая грызня начнется среди наших авангардистов — любо-дорого посмотреть! А еще там, где деньги, там и конкуренция, значит можно со временем ожидать появления авангардистов мирового уровня, дающих бюджету Родины всегда нужную валюту. Будут и невозвращенцы-перебежчики, это же не мои музыкальные проекты, где сбежать мозгов хватает только идиоту или специально подготовленным людям (пока, впрочем, никто не сбежал — ждут отмашки), художники-то сами рисуют, без Ткачева, и в случае смены гражданства продолжат стричь купоны еще эффективнее, от кровавого режима же убежал, без пяти минут мученик — как у такого картину не купить?
И последний на сегодня репортаж был посвящен «Хьюго» — под нарезку кадров симпатичного ФРГшного городка Хейдельберга, который нынче принимает фестиваль, репортер кратко поведал об истории этого малознакомого Советским гражданам конкурса.
— И впервые в истории конкурса СССР получает сразу две награды — за лучший фантастический роман и иллюстрации к нему, — в кадре появилась стопка англоязычных изданий «Марсианина». — Это — полюбившийся всему миру вслед за Советскими читателями роман Сергея Владимировича Ткачева «Марсианин», иллюстрации к которому нарисовал сам Алексей Архипович Леонов. К сожалению, Сергей болен ветрянкой и проходит лечение в инфекционном отделении, поэтому на вручение награды прибыть не смог. От лица нашей редакции желаем тебе, Сережа, скорейшего выздоровления!