Самый лучший комсомолец. Том пятый (СИ)
— На данный момент состоит в отношениях с Еленой Георгиевной Боннэр, — добавила Вилка. — Диссиденткой и еврейкой.
— Просто бриллиант! — гоготнул я. — Ну как тут за Израиль не вписаться, когда представитель народа-мученика рядом с тобой, в кроватке лежит и тору цитирует. Наш академик, получается, гой, не более.
— Вместе с диссидентами Чалидзе, Твердохлебовым — этот Сахарову коллега, над водородной бомбой работал — и Подъяпольским организовал Комитет прав человека в СССР.
— Жесть! — удивился и не подозревавший о существовании такой организации я. — Имеют связи с забугорными партнерами?
— Ассоциированный член Международной лиги прав человека и международного института прав человека, — кивнула она. — Самиздатом издают журнал «Общественные проблемы».
— И в этом вот кровавом, тоталитарном «совке» такие удивительные люди даже не сидят, — удрученно вздохнул я. — Вред приносят. Ладно, пошли в кабинет, сочинять типа-компромисс, чтобы и сажать никого не пришлось, и вреда было поменьше.
— Идем, — встав со стула, Вилочка эротично потянулась.
— Попозже, — сглотнув, поменял я график. — Сначала в спальню!
Итогом двадцати минут стука по клавишам стала записка «куда следует» с предложением все эти дисседентские органы — нет, не запретить с последующим выдворением всех ответственных за границы Родины, а наоборот — легализовать и даже разрешить принимать пожертвования от иностранных кураторов. Прозрачно, на государственные счета. Средства можно тратить на публикацию печатной продукции и изготовление агитматериалов. Но есть условие — на каждом поделии должна быть приписка «изготовлено и распространено существующим на деньги капиталистов иностранным агентом».
— И всё? — удивилась девушка.
— Все, — развел я руками. — Свобода слова не попрана, но бюджет страны на антисоветскую деятельность денег давать не будет — это же идиотизм. А нашему населению все время рассказывают, что вся творящаяся в мире грязь направлена исключительно на добычу тех самых денег. Увидит среднестатистический рабочий надпись о том, что вот эта вот листовочка врагом оплачена, и сразу поймет — здесь ему врут. Информационное поле ширится, усложняется и ускоряется, в какой-то момент став настолько мощным, что доступ к нему появится у всех и почти из любого места — помнишь я тебе про телефон-компьютер рассказывал?
— Помню, — подтвердила Виталина.
— Ну и вот — представь, что будет твориться в мозгах человека, привыкшего к жесткой фильтрации информации? Для него тезис «СМИ — не врут!» является неоспоримым, а значит льющийся на него инфопоток будет воспринимать за истину — включая такие интересные вещи, как выдуманные инопланетяне, мракобесы-экстрасенсы, и, само собой, приятные склонной к покаянию православной души откровения типа Сахаровских. Посему инфополе необходимо насыщать специально отмеченными кретинами — этакая вакцинация. Само собой, придется чуть переделать правовую базу — трещать что угодно можно, но за призыв к массовым несогласованным акциям и попыткам государственного переворота сразу срок. Нам даже в ООН оправдываться за такой закон не придется — у пиндосов он давным-давно существует, и из-за него тысячи коммунистов под молотки пошли. Уверен, пассия гражданина Сахарова о таких сложных вещах даже не думает, со слезами на глазах смакуя рассказы Варлама Шаламова долгими зимними вечерами — в какой же страшной стране мы живем, ах-ах!
— У американцев даже термин специальный есть «вотэбаутизм», который применяется в ответ на наши попытки обвинить их в лицемерии. Мол, наши проблемы — это наши проблемы, и вы сюда не лезьте.
— Есть только две точки зрения — пиндосская и неправильная, — кивнул я. — А на каждый неудобный факт они изобретут уничижающий ярлык, который навесят на заметившего. Очень удобно, надо признать.
— Суки! — скрипнула зубами от пролетарской ненависти Вилочка.
— Суки! — привычно согласился я. — Помнишь статью про «Луноход-1» читали в «Таймсе»?
— «Ванна на колесах»! — кивнула Виталина. — Да это первое транспортное средство, приземленное на иноземное тело! Да в ней приборов… — взяв себя в руки, махнула рукой.
— Все достижения коммуняк — не достижения или заслуженны реками людской крови! — радостно возвестил я. — Все завоевания Советской власти — преступны, и мы теперь должны платить и каяться.
— Хрен им! — кивнула Вилка. — О, тут удивительное случилось, ты пропустил, — зарывшись в ящик стола, достала оттуда вырезку на японском.
— «Лидер радикальной организации „Татенокай“, писатель Юкио Мисима вместе с четырьмя последователями захватил штаб-квартиру Сил самообороны Японии в Итигае в результате попытки государственного переворота. Мисиме удалось произнести публичную речь, в которой он попытался склонить общественное мнение в сторону реставрации полноты власти Императора и разрыва дипломатических отношений с СССР, ссылаясь на усиление левых, социалистических идей а японском обществе, способными привести к краху Японии. Не получив общественной поддержки, Юкио Мисима совершил сепукку, сохранив таким образом честь». Ржака! — гоготнул я, дочитав заметку.
— Четыре наслушавшихся «голосов» студента захватили здание Министерства обороны! — округлив глаза, таинственным шепотом адаптировала случившееся на наши реалии девушка. — И выдвинули требование в виде реставрации самодержавия и капитализма с одновременным роспуском Соцблока. Не получив общественной поддержки, виновные принялись играть в «русскую рулетку» до победного конца, сохранив дворянскую честь.
Просмеявшись, я добавил новостей:
— Никсон снял министров внутренних дел, сельского хозяйства и аналог нашего министра рыбной ловли. Еще начальству Великих озер сильно прилетело.
— Стрелочников нашел, — понимающе кивнула Вилка. — Но с озерами уже ничего не сделаешь — погибли безвозвратно.
— Огромная потеря для всей планеты, — признал я. — Но Байкал один фиг круче. Давай там турбазу построим?
— Там вроде есть, — неуверенно предположила Виталина.
— Есть, но мало! — ответил я. — Заправляй листочек, будем прошение составлять.
* * *
—…вот как-то так и получилось, что светлые головы, ученые с мировым именем, в наивности своей вручили в руку мирового империализма самое мощное оружие в истории человечества. [ https://www.youtube.com/watch?v=4zaJLCd_QPQ&t=2117s&ab_channel=%D0%9A%D0%BB%D0%B8%D0%BC%D0%96%D1%83%D0%BA%D0%BE%D0%B2]. Заметьте — часть этих ученых на полном серьезе надеялась, что его никто и никогда не применит. Что из этого получилось — знаем мы все: СССР пришлось заиметь собственное ядерное оружие в качестве гарантий того, что по нам бомбы кидать не станут. Гонку вооружений начали не мы, мы просто не хотим и не допустим повторения событий 41-го-45-го годов. Однако США, которые последнее время так самозабвенно объявляют себя жертвой, были теми, кто создал прецедент ядерного оружия, применив его по Японии под предлогом скорейшего прекращения боевых действий. Лицемерие и ханжество — судя по продолжающейся Вьетнамской бойне, на потери американским элитам плевать. Ядерное оружие применили в первую очередь для того, чтобы похвастаться всему миру — «у нас теперь есть вот что, и вы все теперь будете выполнять наши приказы». Не получилось — наши ученые товарищи не сидели без дела, и моему поколению посчастливилось жить в относительно мирные, обеспеченные ядерным паритетом, времена.
Отпив водички из стакана, я сложил руки перед собой в замок.
— Историю знать хорошо и полезно, но сегодняшняя «политинформация» посвящена другому: в мире существует огромное число высокообразованных, крайне компетентных в своих областях людей. Вспомним Козьму Пруткова с его бессмертным «специалист подобен флюсу». Увы, немалая часть этих товарищей, обладая выдающимся умом, обладают и выдающейся наивностью — примерно как участники Манхэттенского проекта, вручившие самой агрессивной обезьяне планеты — американским элитам — ядерную дубинку. Само собой, в нашей стране таких товарищей тоже хватает, и ярким примером является фигура академика Сахарова, которому наша Родина, без дураков, очень многим обязана. Товарищ академик уже много лет зачем-то пытается убедить окружающих, что мы живем в очень плохой, попирающей права человека казенными сапогами, стране. Особенно товарищ академик любит напирать на Сталинские времена. Что ж, я и сам неоднократно признавал избыточность тогдашних «чисток». Увы, люди несовершенны, а тяжелые времена требуют тяжелых решений. Но предлагаю посмотреть глубже, прикинув причины и следствия старательного расчесывания исторических травм. Если коммунистическая власть во времена Сталина совершала преступления — значит является преступной. Если власть Сталина преступна, значит все народные достижения того периода так же являются преступными — логика здесь очевидна. В том числе — победа в Великой Отечественной войне и последовавшее за ней, по сей день сохраняющееся мироустройство.