Легион (СИ)

Так что от необременительной партнёрши для «сексуальной рекреации» без чувств-с и обязательств я не против. Но их не было, разбегались, так что установить на практике степень специализма не выходило. Но мало того — в лавки, кабаки и прочее лучше не заходить. До конфликта пока не доходило (хотя буду сновать — точно будет), но ощущение, как будто я тут всех оккупировал и глумлюсь в угоду своей злостной натуры.
Нет, если бы мне что-то на станции и её всяких там помещениях было НУЖНО — чхал бы я, бактериально и вирусно, на всякие зырки и «отношение общественности». Сами относятся — сами и виноваты, дурачьё!
Но дело в том, что именно «нужно» — мне ничего и не было. Даже специалистка для релаксации — это хотелка. Да и для себя оправдываться за не совсем честную, по отношению к девчонкам, позицию приходится постоянно… Ну в общем — проще годик потерпеть, до визита на Ульвеюл, уж как-нибудь справлюсь. А там — и Веснушка с Кудряшкой отучатся. И можно будет, ну пока я служу, супружеские смены устроить — право-то на «отряд и всякое такое» я имею, помещения есть. Будет у меня нормальная семейная жизнь, без глупостей и со всяким таким, ну и даже этаким — как же без него?
Это — неплохо, но вот текущая обстановка не радовала меня затворничеством. Эмик, губернатор и Нитрил — весь «круг общения». Причём Эмик — единственный приятный, остальные «чисто по делу». Губернатор — не самый приятный собеседник, хоть и благорасположенный. С типично «бронзовым» характером и схожими замашками, не обременённый достоинствами Эмика. Лекс Нитрил — вулканист, этим всё сказано. Использовать его в качестве источника информации можно и нужно, но как собеседник он на уровне сервисного дроида. Чисто вулканическое качество вулканистов, чем высокоранговее — тем хуже. Я проверял.
При этом, Императорис Гладиус, вообще-то, постоянно находится в движении. Будучи «Имперской столицей региона», он по этому самому региону Асинус Мунди находится в непрерывном движении. Проверка-собеседование со спиногрызами, поставка техники (по сути — скорее дар, потому что что-то взамен жопомировцы предложить не могли). Ну и всякое такое, вплоть до, как я понял, проверки на соответствие Имперским Законам.
Ну, например, «закрепление за землёй», как в истории описовалось — «крепостные» в Асинус Мунди были, более того, большинство населения было таковым. В общем-то, подобное и в Империи не исключение: каторжане, должники и всякое такое, «ограниченные в гражданских правах» существовали. Были неприятные моменты с трансистемными корпорациями — эти ребята любили «крепостить», точнее, загонять в долговое рабство поколениями, ещё не рождённых в том числе. Но Империя с этим боролась, вроде бы — достаточно успешно.
Но в Жопемира с этим боролись, причём не раз и ни разу не успешно. Так что статус-кво оставался «крепостническим». Но, при этом, именно рабства в Империи быть не могло. Вот вообще, принципиальный момент. И, соответственно, чиновники-ревизоры, в сопровождении бойцов Звёздного Легиона, осуществляли инспекции. Что, в свою очередь, было основным источником «силовых конфликтов» с местными. Всякие вожди возмущались, что им по наглым рабовладельческим лапам дают.
Так вот, Артемисия — фактически «жопный рай», на фоне остальной Жопымира в плане «соблюдения Имперских Законов», в рамках местных реалий. А вот на остальных планетах — намного хуже, со слов и данных Нитрила. И вот, к концу моей первой недели беспросветной службы, станция, постепенно наращивая скорость движения, покинула зону влияния гравитационного колодца Артемисии. И сиганула в гиперпространство, по направлению к системе Имад, с одноимённой обитаемой планетой. Проверить, как там подданные Империи поживают, ну и вообще.
Сам вход в подпространство был зрелищным и ощутимым. Ну, станция в разы побольше лайнера Космонавигации, которые сигали в подпространство вообще незаметно для пассажиров. Так ещё, помимо размеров, генераторы перехода — старьё. В общем, в момент перехода вся материя в фирмоментуме стала полупрозрачной, да ещё и светящейся зеленовато-изумрудным сиянием. Последнее было как раз вывертом местной топологии: смещение большинство «синего» в тёплый спектр. Что преобладание зелёного и давало: собственно, Артемисия была вполне себе «синей», обычной кислородно-водной планеты, но топологический выверт делал её и все планеты Асинус Мунди зелёными.
 
Ну и вход в гипер, соответственно, давал эффект вида «полуматериальности» с соответствующим местности оттенком. Довольно симпатично и занятно, почти на минуту этакое переливающееся изумрудное всё.
— Уродство какое, — бормотал Эмик, фонящий изумрудным светом энергопотерь после входа в подпространство. — Дурацкие аномалии, дурацкие законы… — бурчал он. — НО Я ПРРРРЕВОЗМОГУ! — грохнул Инвиктус, окутался полями и — превозмог.
Сменил цвет энергопотерь на типично-бронзовый, сине-голубой.
— Да, так тебе лучше, — признал я.
— А то! — надувался Бронзовый.
— Расскажешь? — заинтересовался я сутью процесса «выправления».
Точнее, «суть» — я и так понимал. Эмик полями «выправил» местные искажения, создав для себя персональный кусочек реальности без аномалий. Но вот детали и механизм действия — был любопытен.
— Подключайся, — снисходительно выдвинул ложемент Эмик.
И дюжину часов гиперперехода мы занимались «прикладной пограничной физикой» — не лишнее. А я ещё смутно надеялся на улучшение обстановки на станции. В смысле отношения ко мне — ну наврали эти уродские подпевалы Легата и прочие несимпатичные личности гадостей. Но если мне придётся «работать» — появятся очевидцы того, какой я замечательный тип. Ну и потихоньку появится какой-никакой круг общения. Большой мне и не нужен, я ещё с Белояра привык. Но несколько физиономий, с которыми можно просто ненапряжно потрепаться — точно не помешают.
А вот выход из гипера никаких внешних эффектов не нёс: фирмоментум просто появился на периферии системы и стал медленно, попыхивая двигателями, «падать» на звезду. Без попыхивания чуда бы не получилось: гравитационный колодец Имада был слишком удалён, так что без их работы станция легла бы на галактическую орбиту. Ну а я и Эмик стали с интересом вглядываться, что за часть Жопамирского региона перед нами. Ну и давала доступная нам по внутренней сети телеметрия станции такую картину: жёлтая (с типично-местным, зеленоватым оттенком) звезда. Три газовых гиганта, куча мелочёвки, а на орбите одного из гигантов — как раз обитаемая планета Имад. Судя по сводке, суточный цикл был совершенно запредельным, хотя и без сезонных колебаний: ось вращения была чётко девяносто градусов к звезде. Но вот обращение планеты-спутника вокруг своей оси, в сочетании с уходом за газовый гигант от звезды — давало совершенно бешеные перепады «свет-темнота». Притом, что имея шестидневный цикл обращения вокруг гиганта, планета ещё имела температурные колебания в плане «три дня тёплые день-ночь, три дня холодные ночь-ночь», ну примерно так.
А вот кроме этой запредельной (и довольно занятной, если тут не жить) цикличности «день-ночь», согласно имеющихся у нас данных, Имад ничем от прочих жопомировых планет и не отличался. Вожди, крепостные. Ну разве что местные, имадацкие вулканисты отличились: на планете они не жили, а обитали на спутнике-планетоиде Имада. То ещё запределье: спутник спутника спутника. Но жили и хрен бы с ними, гоняли на поверхность на своих диковатых, местно-эксклюзивных трансорбитальниках.
Ну а пока станция управляемо падала, местные чиновники и легионеры готовились к «десанту». Ревизионному, демографическому и даже вербовочному: часть уже взрослого населения изредка махали на своё крепостничество и прочие прелести, ну и вербовались в Легион или в разнорабочие станции. Что примечательно — некоторые из разнорабочих возвращались. Легионеры — нет, но тут общая политика Империи такая.
Короче — у экипажа, точнее его части, аврал. А мы с Эмиком проверили Жнец и Кистень, потрясли Нитрила на тему боезапаса.
— Стандартные активно-реактивные снаряды, потребной мощности и калибра, имеются: термобарические, осколочные, фугасные, тандемные. Сие арсеналы Императорис Гладиус содержат в должном количестве и может быть представлено без ограничений, по мере истощения боезапаса Машины Эниуса Эквиса, — прогудел киборг. — Типы боезапаса: высокотемпературно-термические, распада, молекулярно-резонансные…