Академия (СИ)

Так что если вдруг такое чудесное мероприятие вдруг и замаячит на горизонте, то я туда ни ногой. Увольте. Не хватало мне еще иметь тесный контакт с тем, кто уничтожил всю семью прошлого владельца тела.
Тем временем впереди показался нужный корпус. Быстрым шагом взбежал по лестнице и зашел в аудиторию. Народу было всего нечего, так что без проблем уселся за свою парту и стал ждать начала занятий.
— Арсений, привет.
Сзади ко мне подошел мой одноклассник, Михаил Ермолаев. Один из немногих, с кем Медорфенов общался в прошлой жизни. Михаил происходил из слабого младшего рода и тоже был кем-то вроде изгоя в классе, но таких издевок, как Арсений, он, конечно, не получал. Максимум — словесные унижения. Побои и макания головой в туалет всегда доставались Медорфенову.
К тому же Михаил был довольно покладистым и легко принял роль мальчика на побегушках. Из-за чего до него и не было особого резона докапываться.
— Привет, — ответил я своему товарищу по несчастью.
— Ты как себя чувствуешь? Всё в порядке?
— Да, всё прекрасно. Я же почти месяц в кровати валялся, тут хочешь не хочешь, а выздоровеешь. Даже лучше — энергия через край бьет.
— Оно и видно. Ты зачем Романова провоцировал? Тебя же с мокрым местом смешают, а еще почти два года до выпуска из академии. Не доучишься ведь.
— А, ты про это. Знаешь, Миша, — посмотрел я на одноклассника серьезным взглядом. — Иногда стоит что-то менять. Даже если бы я вел себя как покорная овечка, вряд ли бы мне спокойно дали доучиться. И даже если бы и дали — разве это как-то повлияло на мою жизнь? Был никем и остался никем, да еще и фамилия постоянно давит к земле. Глава Великого рода, а всю жизнь приходиться прогибаться. Разве есть в этом какой-то смысл?
— Да, есть. Живой глава великого рода звучит гораздо лучше, чем мёртвый.
— Каждый сам расставляет приоритеты, тут ты абсолютно прав, — пожал плечами. — Но, думаю, ты со мной однозначно согласишься, что такая жизнь не то, что хотел бы получить каждый из нас. И если появится возможность выбраться из этой ситуации, то ей надо пользоваться по полной.
Миша согласно кивнул.
— Вот я и нашел такую возможность. И более чем в ней уверен. Так что мое сегодняшнее поведение — не извращенный способ самоубийства, а продуманный план. Дальше всё будет еще хуже.
— Даже боюсь представить, насколько.
— И не надо. Просто расслабься и наслаждайся представлением, — ободряюще улыбнулся. — Оно в любом случае будет захватывающим, вот только пока не ясно, кто же выйдет победителем.
Последнее я сказал чисто для галочки. Пока передо мной в этом мире стояла одна по-настоящему серьезная проблема — император. А точнее, его планы на наследство отца. Школьники, даже с самой длинной родословной, меня совершенно не волновали.
— Как думаешь, новый предмет будет интересный? — Миша решил перейти на другую тему.
Новый? Я быстро покопался в закоулках памяти и обнаружил, что предмет действительно появился в учебной программе только в этом году, и за месяц, который Арсений успел проучится, его ни разу не было.
— А что, устройство пустошей так и не проводили?
— Да. Там какие-то проблемы с учителем, у него вроде бы совсем нет свободного времени. Кто-то даже говорил, что он вообще не преподаватель. Какая-то странная ситуац… Извини, мне пора.
Миша неожиданно прервал диалог и быстро ретировался на свое место. Я посмотрел в строну входа в кабинет и увидел Романова вместе со всей компашкой. Даже Сизов был тут как. Уже успел отмыть голову от остатков супа, однако влажная форма всё еще оставалась свидетелем его позора.
Поймал взгляд Евгения и весело подмигнул. Тот, увидев мое ухмыляющееся лицо, не выдержал и направился прямо ко мне, оставив группу поддержки за спиной.
— Это всё ты! — на этот раз Сизов не стал опираться на парту и просто остановился рядом со мной.
— Что я?
— Ты виноват!
— В чем? В том что ты навернул поднос с супом себе на голову на глазах у всей столовой?
По классу тут же пошли шепотки, история еще не успела разнестись по школе.
 
— Да!
— И как же я поспособствовал этому? Не скрою, я был чрезвычайно восхищен твоей оригинальной попыткой подкатить к тем девчонкам, но будто бы что-то пошло не так. Надо было пользоваться эффектом неожиданности и просить номер телефона, а ты зачем-то развернулся и свалил из столовки.
— Да я тебя…
— Ты уже сегодня утром показал, как ты меня. Оксана Дмитриевна, не надо к директору, — тоненьким голоском передразнил я его.
— Ах ты су… — остаток фразы заглушил раздавшийся звонок.
— Все, успокойся, — в наш разговор вмешался Романов, положив руку на плечо своему товарищу. — Не надо на него обращать внимания, он того не стоит.
— Да-да, слушай своего босса. Он дело говорит, — снова ухмыльнулся я.
Евгений покраснел, однако на этот раз смолчал, предоставив слово своему лидеру.
— Медорфенов, я так и не понял, что вдруг с тобой случилось, но можешь начинать копать себе могилу, — ледяным голосом проговорил наследник великого рода.
Ой-ой-ой, какие мы страшные. Я наигранно закатил глаза.
— Ты может забыл, но завтра у нас целый день практики. И на паре боевой подготовки каждый из нас, — Романов показал рукой на своих друзей, — напросится к тебе в спарринг. Ты же знаешь, у меня прекрасные отношения со всеми учителями, в такой малости мне не откажут.
— Что здесь происходит⁈ — неожиданно раздался громогласный бас от входной двери. За разговором я не заметил, как в классе появился еще один человек, судя по всему, наш новый учитель. И выглядел он более чем внушительно.
Суровый пронизывающий взгляд, длинный шрам на скуле, начинающие седеть волосы. Сразу видно — мужик многое повидал. Скорее всего, его силком вытащили с боевых действий и отправили учить оболтусов премудростям войны. Не знаю, чем он так провинился, но для молодых аристократов он будет очень полезным учителем.
— Быстро все сели на места! — прервал он собравшегося открыть рот Романова. — Все отношения будете выяснять потом. У меня и так нет времени возится с вами, а тут вы еще так бездарно его тратите.
— Но… — Романов всё-таки попытался что-то сказать.
— В задницу засунь свои возражения! На моем предмете всё очень просто, я говорю — ты выполняешь. Что-то не устраивает — можешь валить. Но не думаю, что ты потом сдашь экзамен.
Мда, а мужик-то действительно не в духе. Видимо, ему совсем не добавляет радости перспектива возиться с личинками аристократов. Вон как Романова загнул, и даже фамилию не спросил. Сергей, кстати, всё-таки уселся на свое место, но прожигал нового учителя ненавидящим взглядом.
— Что ж, давайте знакомится. Меня зовут Петр Лазарев, командир третьего рейдерского отряда рода Лазаревых. Как, в принципе, нетрудно догадаться. Для вас — Петр Григорьевич.
Ничего себе, а мужик то солидный. Понятно, почему он сходу начал раздавать пинки направо и налево — плевал он на этих Романовых, сам из великого рода. Конечно, не думаю, что он Лазарев по крови, но зачастую важным слугам дают клановую фамилию.
— Не скажу, что горел желанием сменить кабину бронетранспортера на школьный кабинет, но приказ есть приказ. Так что с этого дня я начинаю вести у вас устройство пустошей. И всю боевую подготовку. Второе было моей личной инициативой, потому что практика без теории — ничто. Все ясно?
Класс ответил жидким «Да», от чего Лазарев скривился.
— Ладно, еще сделаем из вас людей. Для начала я расскажу вам одну потрясающую новость. Думаю, многие из вас не понимают, зачем в программу запихнули новый предмет, да еще и с таким странным учителем, который и не учитель вовсе. Есть какие-то предположения?
В классе поднялась одинокая рука. И подняла ее не кто иная, как Екатерина Березовская — одноклассница, которую я когда-то встретил в Шипах Шадра.
— Ну хоть кто-то из вас с яйцами и не боится ответить. Жаль, только, что это девушка, — усмехнулся Лазарев. — Не знаю, как вас учат другие преподаватели, но моя цель именно оставить хоть что-то в ваших головах, а не просто пробубнить отведенное время у доски. И поверьте, если вам когда-то пригодятся мои знания, то вы не раз скажете спасибо этим занятиям. Поэтому у меня на парах отмолчаться не получится, ответы я хочу слышать от всех. Даже если вы не знаете или не уверены, хотя бы ваши мысли я должен понимать. Всё ясно?