Бешеные псы

На сцене группа вымучивала концовку «All For You».
Рассел закончил свою партию впечатляющим проигрышем на электрогитаре, которая отошла Кейту Ричардсу как благословенное воспоминание о песне «Роллингов» об удовлетворении соблазнов.
Терри сияющими глазами посмотрела на Рассела. Завитки цвета черного дерева тряслись, ниспадая на лицо и плечи. Она послала воздушный поцелуй мужчине в муаровом кожаном пиджаке, когда они затянули песню о том, что им не удалось.
На танцполе Зейн, Хейли и Эрик отплясывали крутой рок.
Забравшись в звукооператорскую, я окинул взором толпу и увидел, как в двери вошла — точная копия Дерии — женщина, с которой я никогда не встречался, и мир качнулся перед моими глазами.
Сегодня вечером мы были в «Каменном пони», а вовсе не в Куала-Лумпуре, Малайзия, перед одиннадцатым сентября.
Ту женщину звали Кэри, а не Дерия.
Кэри неторопливой походкой вошла в «Каменного пони». По бокам ее шли двое мужчин в длиннополых пальто. Знакомое волшебство окутывало ее от коротко стриженных белокурых волос до продолговатого, как у борзой, лица, от темной куртки до черных туфлей. Затем мисс Космос распахнула куртку, и, заметив кобуру с пистолетом, я окаменел, поняв, что она из Управления. Поняв, что она и ее провожатые — наши идеальные убийцы.
  
33
 
— …Со-бла-зны!.. — пел Рассел со сцены в «Каменном пони».
Терри взмахивала своей черной шевелюрой, мотала из стороны в сторону электрической гитарой, а группа придавала всему происходящему неповторимое роковое звучание.
Кэри и двое ее громил немного помедлили в дверях, дожидаясь, пока их глаза ищеек привыкнут к ослепительному синему свету бара. На обоих киллерах были длиннополые пальто. Одетый в коричневую кожу был плешивым, третьим в команде был «медведь» в щегольском черном фибре.
— Хей, хей, хей! — пел Рассел.
Толпа бушевала под звуки музыки.
Эрик танцевал рок, как и было приказано, очкастый белый пузан, эксцентрично подпрыгивающий и машущий руками над головой, словно руководя небесной механикой. Танец с Хейли привнес долю радости в абсолютное повиновение Эрика. Задание «пасти» его оправдывало присутствие Хейли на танцплощадке, но по ее ухмылке можно было судить, что она тоже счастлива.
Необычная получилась парочка: белый фигляр и классическая негритянка.
Кэри ничего не стоило опознать их среди беснующейся публики.
Я выскочил из звукооператорской. Мальчишка-уборщик складывал пустые тарелки из-под спагетти на поднос. Я сунул ему несколько долларов и подхватил поднос правой рукой.
Если держать поднос на уровне лица, то охотники смогут увидеть только уборщика.
Зейн стоял рядом с управляющей. В его пистолете было три пули — по одному на каждого киллера, — хотя он и не замечал их из-за толпы в зале. Он ощутил мое интенсивное движение и обернулся посмотреть на меня: ладонью правой руки я поддерживал поднос, а левым указательным пальцем как бы перерезал себе глотку.
На сцене Рассел и Терри составили импровизированный хор, прислонившись спиной друг к другу и передавая от одного к другому микрофон. Они видели только свой собственный мир.
Я просигнализировал Зейну тремя пальцами. Сначала я поднял указательный палец, затем опустил руку, обозначив груди, что должно было означать: одна женщина. Два разведенных, как ножницы, пальца, опущенные вниз, означали: двое мужчин.
Ответный кивок Зейна: понял; его стиснутый кулак: иди.
На сцене гитарист Рассел преклонил колено перед Терри. Ее ляжки мешали охотникам увидеть его, а ему — их.
Техник в звукооператорской вырубил верхний свет и осыпал чету гитаристов на сцене синими и красными пятнами. Я прокладывал себе путь сквозь зачарованную толпу обитателей городка. Поднос скрывал мое лицо, пока я менял позицию, про себя умоляя, чтобы никто не обратил внимание на мальчишку-уборщика в кожаном пиджаке.
Расстояние сократилось с тридцати до двадцати пяти футов. Сложив ладонь рупором, Кэри что-то скомандовала своей «горилле». Тот порылся в карманах своего пальто, повернулся лицом к выходу.
 
Сотовый телефон, но здесь слишком громко, так что ему придется выйти на улицу, чтобы вызвать наряд полиции.
Я столкнулся с парнем, который завопил: «Смотреть надо!» — и по кратчайшей линии, минуя витрины с рекламируемыми теннисками, ринулся к входной двери.
Полы пальто развевались на ночном ветру, как крылья хищной птицы. Агент попросту отшвырнул в сторону попавшегося ему на пути мальчишку-уборщика.
Зал озарился белыми огнями. Мы превратились в статистов в фильме, звуковая дорожка которого изрыгала ярость и секс. Жизнь выхватывалась белыми вспышками стробоскопа, в перерывах между которыми царила слепящая тьма.
Белая вспышка: «медведь» вытаскивает из кармана сотовый.
Чернота: слепой незряч.
Белая вспышка: «медведь» подносит сотовый к уху.
— Упс! — крикнул я, делая вид, что споткнулся.
Потом отшвырнул от себя содержимое подноса. Грязные тарелки полетели в агента. Он отпрыгнул, глядя, как тарелки и бутылки с грохотом рушатся перед ним.
Я нанес ему короткий прямой по кадыку.
У агента выкатились глаза. Моя ладонь смачно приложилась к его виску. Я буквально почувствовал, как встряхнулись его мозги. Развернув его, я бросил бессознательное тело в кресло перед пустым столиком. Для верности ударил по горлу ребром ладони.
На сцене Рассел, стоя на коленях, медленно откидывался назад, как раскрывающийся складной нож.
«Найди на полу сотовый! Подбери его и отключи!»
Агент безвольно развалился в кресле. Отстегнув кобуру с автоматическим пистолетом от его пояса, я нацепил ее на себя. Пистолет из кобуры под мышкой сунул себе за спину. Две обоймы перекочевали в нагрудные карманы моего пиджака, запасные обоймы я прицепил к своему поясу. В одном кармане пальто оказалась граната, в другом — полицейский автомат: пиджак мой значительно разбух. Три удостоверения, бумажник и пачка наличных оттянули карманы моих брюк. Под его рубашкой я нащупал бронежилет. Нет, это уже не возьмешь.
Скрестив руки «медведя» на столе, я опустил на них его лицо, дополнив картину тарелками со спагетти и пивными бутылками. После чего у него стал вид парня, проведшего дурную ночку в недурном баре.
Протискиваясь сквозь толпу, я увидел лысого киллера и Кэри. Хейли танцевала спиной к ним. Глаза Эрика излучали сплошную радость.
Хейли окинула взглядом толпу, окружавшую Эрика. Увидела, что правая рука Зейна прижата к бедру, где он носил пистолет. Поняла. Не прерывая танца, приблизилась к Эрику, что-то крикнула ему на ухо. Тот сразу спал с лица.
Ближе, еще ближе, теперь меня отделяли от лысого киллера какие-то десять футов.
Осветитель переключился со стробоскопа на карусель цветовой подсветки. Хейли кружилась, словно исполняя сольный танцевальный номер, Терри оседлала Рассела. Она припадала к полу все ниже, пока они в две глотки орали «Tried!». Толпа следила только за ними.
Кэри и ее напарник преградили Хейли дорогу.
Хейли, осыпанная, как конфетти, цветовой подсветкой, выставила перед киллерами средний палец.
Потом метнулась к двери в коридор, над которой красными неоновыми буквами горела надпись «Пожарный выход».
Кэри и Лысый ринулись за ней.
Я рванул следом, пробиваясь сквозь раскачивавшуюся, улюлюкавшую толпу.
Эрик с кулаками бросился на церберов, преследующих Хейли.
Лысый повернулся к нему лицом, чтобы отразить нападение.
Он оглушил Эрика прикладом полицейского автомата, развернулся и побежал за своим главным и мишенью номер два.
Мы с Зейном подхватили Эрика. Я сунул пистолет, который был у меня за спиной, Зейну и оставил его заботиться о нашем оглушенном инженере, а сам кинулся к пожарному выходу.
За дверью оказалась ярко освещенная кухня, огромный холодильник, из-за угла тянуло свежим ночным ветерком…
И снова «Satisfaction» «Роллингов» загрохотала сзади, когда я кинулся в ночь. Растянувшаяся стеной прочная деревянная изгородь отгораживала занимавшую полквартала внешнюю арену. На асфальте поднималась сцена со ступеньками, по которым и устремилась Хейли, по пятам преследуемая Кэри. За Кэри на всех парах мчался Лысый.