Встреча у земляничного дерева
Что же делать? Попросить прощения? Но каждый раз, как Энди собирался заговорить, он чувствовал, что сейчас расплачется, как младенец. Тогда отец будет презирать его… Он спрятался за журналом.
Нет, так не годится! Он должен найти в себе силы встать, подойти к отцу и попросить прощения.
Давай, Энди!
Он отбросил журнал и с трудом начал подниматься. В то же мгновение слезы ручьем потекли из его глаз, рыдания сдавили горло. Нет, бесполезно!
Увидев идущего по коридору врача, Сэм бросился ему навстречу.
— Вы мистер Стеффорд? — спросил доктор.
— Нет, я ее близкий друг… Моя фамилия Грейнджер. А это наш сын… Как она?
— Переломов нет, но у нее сотрясение мозга, к тому же мне пришлось зашивать ей лоб.
— Она поправится?
— Конечно. Она только что пришла в себя но…
— Слава Богу!
— Но она очень слаба. Всю ночь рядом с ней будет сиделка. Она нуждается в абсолютном покое.
— Можно нам взглянуть на нее? — спросил Сэм.
— Один из вас может войти, но только на одну минуту. Завтра, если все пойдет хорошо, вы сможете забрать ее домой.
Сэма переполняли благодарность и радость. Она поправится! Он с облегчением вздохнул и обернулся к Энди:
— Давай, сынок! Иди посмотри, как там мама.
Он с удивлением увидел, что лицо мальчика исказилось, синие глаза наполнились слезами.
— Нет, иди ты. Она захочет увидеть только тебя. — Он отвернулся, голос его предательски задрожал: — Это ведь я во всем виноват. Если бы я не был таким…
Сэм осторожно обнял его за плечи и развернул лицом к себе, чувствуя, что и на его глазах появились слезы — настолько невыносимо было видеть отчаяние мальчика.
— Энди, мама любит тебя больше всех на свете. Иди и скажи ей, как сильно ты тоже ее любишь. Когда она это услышит, поправится быстрее, чем от всех лекарств, которые ей дают.
Слезы обильно потекли по щекам Энди, когда он обнял Сэма и прижался к его груди, шепча:
— Мне так стыдно, папа! Прости меня за все.
Сэм тоже обнял мальчика:
— Я понимаю, сынок! — Его голос дрожал. — Но теперь все будет хорошо.
— Ладно, — сказал врач за спиной Сэма, — можете навестить ее оба, только по очереди. Кто пойдет первым?
Сэм легко подтолкнул Энди:
— Давай, сын! Иди.
Энди вытер лицо рукой и бросил несмелый взгляд на Сэма. Глаза мальчика блестели.
— Хорошо, пап. И я скажу маме, что потом к ней зайдешь ты.
Голова Мэг гудела, словно она со всего размаху ударилась о стену. Она лежала с закрытыми глазами, откуда-то издалека донесся голос медсестры:
— Через пару минут вы почувствуете себя лучше…
Она попыталась вспомнить, что произошло. Она вышла на палубу, чтобы поговорить с Энди… Больше она ничего не помнила. Медсестра говорила, что она упала, разбила голову и свалилась в воду и что Сэм спас ее…
— Мам!
Открыв глаза, Мэг увидела Энди. Он плакал.
Господи! Уже столько лет она не видела его слез! Превозмогая ужасную боль, она протянула ему руку. Его пожатие было судорожным, взволнованным.
Он заговорил в полном смятении:
— Мам, прости, что я был таким эгоистом. Это я… я не убрал этот чертов канат. Прости меня!
— Я ничего не помню.
— Там лежал этот канат… Я не убрал его… Ты споткнулась, потом упала за борт…
— Энди, мы все совершаем ошибки. Самое важное — чтобы мы учились на них, чтобы не повторяли их снова. — Она погладила его мокрую слез щеку. — Ты в порядке, милый?
Он кивнул:
— Знаешь, док сказал, что я могу зайти только на одну минуту.
— Где… где твой отец?
Глаза Энди снова наполнились слезами.
— Я хотел, чтобы он зашел первым. Но он… папа сказал, чтобы сначала шел я. Сейчас я его позову.
Наклонившись, он быстро поцеловал ее, и Мэг ощутила вкус морской соли на его коже.
— Мама, я люблю тебя.
— Я тебя тоже, малыш.
Когда он вышел, Мэг немного приподнялась на подушках.
Папа. Значит, они помирились. Какое счастье!
— Мэг?
Сэм стоял в дверях, бледный, с потемневшими от волнения глазами. Ее поразило, каким обессиленным он выглядел.
Придвинув стул ближе к постели, Сэм сел рядом и взял ее за руку. Его пальцы были теплыми и крепкими.
— Как ты, Мэгги?
— Голова кружится. — Она почувствовала, что начало действовать обезболивающее.
Ее взгляд скользил по его лицу. Как же она его любила!
— Сэм… — произнесла она слабеющим голосом, — ты присмотришь за Энди?
— Конечно, не волнуйся.
— Спасибо…
Теплая волна уносила ее прочь, она точно покачивалась на облаке. Он наклонился и нежно поцеловал ее в губы.
— Мы придем завтра.
Она хотела ответить, но не смогла. Сон уносил ее все дальше и дальше, и сквозь пелену дремоты ей почудилось, как Сэм шепчет:
— Я люблю тебя, Мэг.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
— Тише, тише! — Мэг, улыбаясь, смотрела на Сэма и Энди, которые суетились в гостиной вокруг нее.
Час назад они привезли ее домой из больницы и с тех пор не отходили ни на секунду. Когда Сэм принялся поправлять подушку под ее головой, Мэг шутливо оттолкнула его:
— Послушай, я же не инвалид! У меня просто немного кружится голова, и все! Завтра я пойду на работу.
— Ни за что! — воскликнул Энди. — Папа сказал, ты будешь дома целую неделю.
Она перевела взгляд на Сэма и, встретив его широкую улыбку, покачала головой. Что ж, если они хотят, чтобы она оставалась дома, она не станет спорить…
Зазвонил телефон, и Энди побежал на кухню:
— Это, наверное, Майк!
Дверь закрылась за ним. Мэг и Сэм впервые со вчерашнего дня остались наедине, и она внезапно смутилась.
Он сел в кресло рядом с диваном, на котором она лежала, и наклонился ближе:
— Мэг, сегодня утром мы с Энди прогулялись по пляжу, прежде чем ехать за тобой в больницу. Мы серьезно поговорили…
— Я так счастлива, что вы поладили. Нет худа без добра, я даже рада, что свалилась в воду!
Он внимательно смотрел на нее.
— Этому парню нужна семья, Мэг. Настоящая семья, с матерью и отцом, как положено.
Страх снова охватил ее. Вот оно, началось. Именно то, чего она ждала и так боялась! Она почти перестала дышать, ожидая, что он скажет дальше.
— И мне тоже нужна настоящая семья.
Значит, Сэм и Алекс решили снова жить вместе. Она крепко сжала руки. Несмотря ни на что, она все же надеялась, что до этого не дойдет… Теперь ей надо примириться с неизбежным. Она и Энди двенадцать лет прожили вдвоем, но сейчас сын в таком возрасте, когда ему очень нужен отец.
Энди должен стать частью новой семьи — он, Сэм и… его мачеха.
— Прошлой ночью Энди ночевал в гостинице, — продолжал Сэм.
Она знала, что он скажет дальше — предложит, чтобы мальчик переехал жить в отель и оставался там вместе с ним и Алекс.
— Да, спасибо, что присмотрел за ним, — пролепетала она.
— Я хочу заботиться и о тебе, — ответил он. — Ты не хочешь тоже поселиться там?
Она удивилась:
— Но у меня есть свой дом, Сэм!
Неужели он хочет, чтобы она продала дом и переехала в квартиру для служащих отеля? У Деборы был номер люкс, расположенный рядом с комнатами для персонала; его тоже отремонтировали, и он пока что оставался пустым. Значит, Сэм хочет, чтобы она жила в нем?
Мэг почувствовала, что у нее разболелась голова, и с отчаянием прижала руки к вискам.
— Извини, я не должен был тебя беспокоить! — Он наклонился еще ближе и поправил простыню, которой она была укрыта. — Пойду приготовлю какой-нибудь обед. Потом мне надо на пару часов поехать в гостиницу.
Чтобы увидеться с Алекс, без сомнения. Сэм не в курсе, что она знает о возвращении его бывшей жены. Надо признаться ему…
Дверь открылась, и Энди просунул голову:
— Мам, Майк просит меня навестить его. Можно мне пойти?
— В другой раз, Энди, — ответил Сэм. — Попроси его немного обождать — мне надо поехать в отель, и я хочу, чтобы ты присмотрел за мамой, пока меня не будет.