Королева френдзоны (СИ)

– Диана, тебе хватит, – Тина тронула Диану за запястье. Диана отмахнулась. В ее глазах Тина прочитала твердое решение оторваться напоследок.
Впрочем, вечер вина и музыки уже подходил к концу. Все наелись, натанцевались и утомились. Даже сомелье Лаврентий устал. Он промакивал залысины носовым платком и косился на часы на стене.
Ульяна то и дело подносила ко рту ладошку и зевала украдкой.
– Устала? – озабоченно спросил Глеб. – Поедем домой?
Ульяна кивнула и улыбнулась.
– Да, пожалуй, пора, – согласился Федор. – Вызову такси.
– Ага… – пробормотала Диана. – Домой и баиньки. Кажется, я перебрала с дегустированием... Или музыки переслушала. Запомните, друзья: не надо смешивать вальс и рок-н-ролл, от этого ужасно болит голова и начинается изжога. 
Мужчины рассчитались за заказанное. Тина немного поспорила с Федором о раздельном счете, но тот и слушать не стал. Все поднялись и пошли в выходу. Тина смело шагала по паркету, сжимая красные туфли в руке. Диану немного кренило, Федору пришлось подхватить ее под руку. 
Глеб чинно вел Ульяну. Ульяна шла медленно, с прямой спиной, смотрела в сторону, и Тина заподозрила, что ей стыдно идти рядом со старшими, которые по ее юношеским представлениям вели себя сегодня не лучшим образом.
– Минуточку…
Федор усадил Диану на банкетку и отошел к охраннику. О чем-то поговорил с ним, на минуту скрылся за дверями служебного хода, а когда вернулся, нес в руках пару новеньких женских кроссовок.
– Тина, надень, чтобы домой босиком не ехать. Вот тебе еще одноразовые носки.
– Где ты их раздобыл?!
– Вспомнил, что тут есть боулинг на втором этаже. У них есть обувь для игроков. Попросил у служащих взаймы. Мне не отказали.
– Какой ты, Федор, находчивый мужик, – уважительно заметил Глеб.
– Спасибо, Федор, – Тина переобулась, глянула на себя в зеркало.Отличный вид, что и говорить! Дерзкое маленькое черное платье и белые кроссовки. Волосы растрепались, щеки горят, но макияж и правда не подвел. Губы по-прежнему алые и развратные.
– Классное получилось приключение! – Диана похлопала ее по плечу, а потом полезла с пьяным поцелуем. – Ох, подруга ты моя дорогая! Жизнь прекрасна!
– Прекрасна, прекрасна, – Тина отодвинула ее от себя. – Идем в такси, пока еще какое приключение на нас не набросилось.
– А я и не против! – воскликнула Диана. – Нужно больше приключений! Пусть жизнь бьет ключом! И никаких несчастных влюбленностей.
20
Они вышли из ресторана в сырые весенние сумерки. К вечеру погода испортилась, с низкого неба сыпалась водяная пыль.
Тина жадно вдыхала свежий воздух. Шагать в кроссовках было одно удовольствие. Ноги приятно гудели. Тина изрядно натрудила их за день. Сначала был изматывающий поход по магазинам, потом дефиле в туфлях на высоком каблуке, и на десерт – безумные танцы босиком. 
Но оно того стоило! Ей было радостно, как будто она перешла важный рубеж, и показалось, что и на самом деле начинается какая-то новая жизнь.
Впрочем, это чувство пройдет, когда схлынет возбуждение. Тина знала за собой эту досадную особенность – если она много радуется и смеется, потом будет грустить. Повод обязательно найдется...
Она оглянулась и нашла глазами Глеба. Тот шел под руку с Ульяной. Она улыбалась слабой, напряженной улыбкой.
Наверное, девочка считает, что вечер не удался. Все же первое свидание должно проходить без свидетелей, друзей и родственников. Перемудрил Глеб. Надо ему потом объяснить...
Вот еще повод для беспокойства – Диана! Подругу здорово развезло. Она повисла на руке у Федора и что-то громко втолковывала ему, но смысл ее слов уловить было трудно, потому что она обрывала предложения на середине и тут же начинала новые. 
Федор тихо посмеивался, вел спутницу бережно, следил, чтобы она не споткнулась. У него явно имелся большой опыт сопровождения подгулявших дам. Для современного рыцаря этот навык куда важнее, чем ловкость в битве с драконами. 
 
На стоянке уже ждали две машины из службы такси.
Глеб открыл дверцу и помог сесть Ульяне. Он собрался проводить ее.
– Как доберешься домой, позвони, – сказал дочери Федор, выделив слово «домой» и многозначительно посмотрев на Глеба.
– Да, папа, – с легким раздражением отозвалась Ульяна.
– Довезу ее в целости и сохранности, – уверил его Глеб искренним голосом пионера, который приносит клятву.
– Ну,  смотри, парень… – Федор свел брови и смерил Глеба полным подозрения взглядом. Ульяна фыркнула и повела плечом.
Пока Федор играл роль строгого отца, давал наставления дочери и ее ухажеру, Тина усаживала Диану во вторую машину.
Подруга упиралась, требовала то продолжить банкет, то пойти домой пешком. Тина ее уговаривала:
– Гулять мы не будем, мы не одеты для прогулки. Во-первых, дождь. Во-вторых, в этих платьях нас примут за ночных бабочек.
– Заметь, за дорогих ночных бабочек! – горделиво заявила Диана и нырнула в открытую дверцу. Но промахнулась и гулко ударилась лбом о крышу автомобиля. Тина схватила ее за плечи и зашипела от сочувствия. Ох как Диане больно!
Но Диана даже не ойкнула. Она хихикнула, потерла лоб и сделала вторую попытку забраться внутрь. Зацепилась ногой за порожек, влетела в салон рыбкой, и растянулась животом на сиденье. Наружу торчали ее ноги в серебряных сапожках. Ноги дрыгались, Диана дьявольски хохотала и отказывалась сесть нормально. Тина перехватила ее за талию и тянула упорно, как бабка репку, яростным шепотом уговаривая подругу вести себя прилично.
– Диана, горе ты мое, да садись же! – умоляла она. – Поехали домой. Я заварю тебе чая с имбирем, дам угольную таблетку и уложу спать.
Водитель смотрел этот спектакль с невозмутимым видом.
– Девчонки, машину не поцарапайте, – предупредил он и зевнул.
Федор, отправив Глеба и Ульяну, повернулся к подругам, увидел, что творится, присвистнул и поспешил на помощь.
– Здорово же ты наклюкалась, Диана-охотница, – посочувствовал он, ловко вытаскивая упирающуюся и хихикающую девушку. – Тихо, тихо! Не кусайся. И не царапайся. Пошалила и баста. Ну-ка, сядем нормально…
Он положил ей ладонь на голову, пригнул, чтобы она опять не стукнулась, другой рукой подхватил ее колени и одним движением впихнул в салон. Посадил поровнее, пристегнул ее ремнем, вылез, потер шею, надул щеки и утомленно выдохнул.
– Веселая у тебя подруга, – заметил он Тине. – Садись рядом с ней и пакетик приготовь на всякий случай. У водителя попрошу, у него наверняка есть. Я у себя в машине всегда держу для поддатых пассажиров, чтобы салон не пачкали.
Тина поморщилась. Ей стало обидно за подругу и неприятно, что Федор так прямолинейно говорит о грубых сторонах жизни.
Конечно, пьяная женщина – это некрасиво. Но Диана даже в таком виде умудрялась выглядеть привлекательно – этакая шальная императрица, которой позволено все. Ее шик не потускнеет в любой ситуации.
Когда они сели в салон – все трое на заднем сиденье, Тина рядом с притихшей Дианой, Федор у дверцы – она все же сказала ему негромко:
– Диана не пьяница. Я впервые ее такой вижу. Ей сегодня звонил ее бывший, она расстроилась, разнервничалась, вот и… перебрала.
– Дело житейское, – спокойно сказал Федор и пошевелился, вдавливаясь в нее твердым плечом. – Бывает. А что ее парню надо было?
– Они расстались, потому что он ей врал. Диана его прогнала. Теперь он ее в покое не оставляет, названивает, просит второй шанс.
– А она не дает ему второй шанс?
– Не хочет. Диана ранимая. Хоть и выглядит такой… боевой задирой со стервоточиной.
– Ох девчонки-девчонки… стервозные вы мои воительницы… Тяжело вам вашу броню таскать. Сердечко-то у вас все равно хрупкое, нежное, – вздохнул Федор и глянул на Тину искоса. Насмешливо или сочувственно – она не поняла, и на всякий случай высокомерно вскинула бровь. 
–  Я все слышу,   – вдруг отчетливо сказала Диана. – Не надо меня жалеть. А то в глаз дам.