Убийство на острове

– Зря я сюда приехала.
Девушки замедлили шаг. Ана подняла взгляд, зрачки ее слегка расширились. Она торопливо сказала в трубку:
– Я перезвоню.
– Все хорошо? – спросила Робин и тут же подумала, не лучше ли было притвориться, будто они ничего не слышали.
– Да. – Ана убрала мобильник, одернула платье, подошла к тележке и, увидев бутылки с аперитивом, джином, метаксой, просекко и пивом, просияла. – Алкоголь – отличная приправа к еде.
Элеонора улыбнулась, и Робин, поколебавшись, последовала ее примеру.
Девушки погрузили покупки в такси. Робин поверить не могла, что ее ждет девичник, и не чей-нибудь, а Лекси. Новость о помолвке всех ошарашила. Подруга всегда говорила, что не выйдет замуж – и они ей верили. С двадцати лет Лекси работала на подтанцовке у многочисленных поп-звезд. Она проводила время в турах, останавливалась в пентхаусах и знала по именам владельцев всех ночных клубов Сохо. Но два года назад, после перелома берцовой кости, ей пришлось распрощаться и с танцами, и с бесконечной чередой вечеринок. Впрочем, закон жизни гласит: если судьба захлопывает перед тобой одну дверь, то обязательно откроет другую. Так и произошло. Лекси выучилась на инструктора по йоге, встретила Эда, влюбилась и ответила согласием на предложение руки и сердца. И вот они в Греции, на ее девичнике. Ничего себе поворот?
Возможно, проблема Робин именно в том, что она никогда не жила на полную катушку и боялась рисковать? Все шло своим чередом по заранее составленному плану: учеба на юридическом факультете, покупка квартиры, карьера, замужество, ребенок… Все по расписанию, как движение поездов.
И куда этот поезд ее доставил? Робин уже тридцать, она оставила карьеру и живет у родителей вместе с полуторагодовалым сыном, а из багажа у нее только бывший муж.
«Я по жизни на скамейке запасных, – пришла в голову безрадостная мысль. – Вечно в пролете».
И вот мы на месте. Группа совершенно разных девушек. Слишком разных, о чем не стоит забывать.
Кто-то из нас начинает день с приветствия солнцу или пробежки, кто-то просыпается в одиночестве, прижав к груди подушку. Для одних поездка в Грецию стала возможностью нарушить привычный ход жизни, прислушаться к своим желаниям и почувствовать себя свободными. Другие считали часы до возвращения домой.
Все приехали на остров, движимые разными побуждениями. И лишь у одной из нас была весьма веская причина не отказываться от поездки.
Жаль, мы поняли это слишком поздно.
  
Глава 3
 
Фэн
 
Поворачивая ключ в замке, Фэн почувствовала, как тело напряглось, словно в ожидании удара. Она сделала глубокий вдох и толкнула дверь. Дом встретил прохладой и знакомым запахом побелки. Фэн впервые приехала сюда семь лет назад: смотрела вокруг широко раскрытыми глазами, восхищалась нетронутой природой, а грудь распирало от осознания того, что перед ней расстилается новый незнакомый мир. Она в то время как раз прекратила общаться с родителями – их жесткие религиозные устои ей претили. Богемный стиль жизни, который вела тетушка, завораживал, а при виде толп гостей, появлявшихся на вилле с кистями и альбомами для набросков, воображение рисовало картины весьма привлекательного времяпровождения.
Об этом Фэн любила вспоминать. Однако прошлое рисовало и другие картины, от которых мурашки бежали по телу.
Она сняла босоножки и, легко ступая, пошла по прохладному каменному полу, дав возможность глазам привыкнуть к полумраку. Затем отодвинула засов и распахнула ставни. Внутрь ворвались ослепляющие солнечные лучи, и в них затанцевали пылинки. От неожиданности Фэн заморгала.
Не пожалеет ли она о том, что согласилась провести девичник на острове? Тетя пригласила их с Бэллой в свой любимый японский ресторан и за сашими объявила, что продает виллу: она начала новый проект в Хорватии, для которого требовались деньги. А еще заявила, что Фэн непременно должна съездить в Грецию, пока дом пустует.
 
Бэлла наклонилась вперед, опершись руками о стол.
– Девичник Лекси! Давайте устроим его там!
Тетя пришла в восторг при мысли о том, что в ее владениях зазвучит музыка и станут веселиться молодые женщины, и не успели они заказать вторую бутылку саке, как план был утвержден.
– Боже мой! – воскликнула Бэлла, влетев внутрь и стуча каблуками по каменному полу. – Вот это да!
Интерьер виллы тетя оформила с отсылками к Кикладской цивилизации, в минималистичном стиле, и создавалось впечатление, что дом словно вырезан из скалы, вершину которой венчает. Толстые выбеленные стены из гладких камней, немногочисленная деревянная мебель на низких ножках и сводчатые потолки с деревянными балками вызывали ощущение простора.
– Как же здесь красиво! – восхищалась Бэлла. Она провела пальцами по бахроме висящего на стене гобелена, а затем прошла к столу, вытесанному из цельного бревна. – Надо же! Это ты? – Бэлла взяла фотографию в рамке и постучала покрытым ярким лаком ногтем по стеклу. – Выглядишь очень привлекательно.
На снимке Фэн стояла на террасе перед домом, улыбаясь и щурясь в лучах вечернего солнца. На ней были джинсовая мини-юбка и винтажный жилет с надписью «Пусть царит любовь», купленный в секонд-хенде за три фунта. В тот вечер они ужинали в Старом городе, и Фэн просто не могла усидеть на месте, энергия била из нее ключом. А потом… Воспоминания неожиданно нахлынули и придавили своей тяжестью. Кровь отлила от лица и словно застыла в жилах.
Фэн отвела взгляд от фотографии, проскользнула мимо Бэллы, выскочила на террасу и остановилась в тени перголы, не сводя глаз с голубого овала бассейна и стараясь дышать медленнее и глубже.
– Милая, что с тобой? – Бэлла вышла из дома вслед за ней.
– Да голова немного кружится после перелета. – Фэн чувствовала, что ее голос звучит неубедительно.
На террасе появилась Лекси, подошла к низкому каменному парапету и положила на него ладони, любуясь блестящей гладью моря.
– Шикарный вид, – сказала она, оглядывая расстилающуюся до горизонта голубую пустыню, а затем в испуге отшатнулась. – Господи! Да там обрыв!
Бэлла подошла к подруге и, надев солнечные очки, глянула вниз.
– Ужас! Верная смерть.
Под ними была отвесная стена, а внизу зловеще чернели острые зубцы скал.
– Потому-то и сложно найти покупателя. Всех отпугивает крутой утес, – пояснила Фэн.
Бэлла указала на живописную, словно сошедшую со страниц туристических буклетов пещеру у подножия скал.
– Она на нашей территории?
– Да. Это частный пляж.
На берегу лежала весельная лодка, окрашенная в бирюзовый цвет и уже довольно облезлая. Фэн старалась думать о том, какое это удовольствие: выйти в море ранним утром и грести по направлению к прячущейся за утесом крошечной бухточке, окруженной скалами. Если поискать, найдутся и хорошие воспоминания об этом месте.
– Давайте как-нибудь вечером разожжем костер на берегу. Можно такое организовать? – спросила Лекси, глядя в сторону пещеры.
– Конечно. Море выбрасывает на сушу кучу коряг.
Бэлла воодушевилась.
– Вечеринка на берегу! То, что надо! Завершим наш девичник красиво. Отличная идея!
Лекси двинулась вдоль парапета, периодически наклоняясь, чтобы вдохнуть запах растущих в горшках трав. Бэлла подошла к Фэн и, поднявшись на цыпочки, поцеловала ее в щеку и обняла за талию.
– Все хорошо?
Фэн видела свое отражение в темных очках подруги: нахмуренный лоб, поджатые губы. Как же ей хотелось сказать, что все отлично. Да она должна быть вне себя от радости, оказавшись с Бэллой на греческом острове. Вот только настроение что-то далеко не радужное.
Несколько часов назад в терминале аэропорта Фэн узнала, что Бэлла ей лгала с того дня, как они познакомились. Побледневшая подруга, вцепившись в ручку чемодана, пыталась объяснить ситуацию. Но все было тщетно. Ведь именно бескомпромиссная честность Бэллы и нежелание отказываться от своей точки зрения в свое время покорили Фэн.