Красно-белый. Том 3 (СИ)
— Мужики, мужики! — Обратился к нам телеоператор, который кроме забавной, похожей на пистолет, телекамеры тащил на плече ещё и портативный видеомагнитофон. — Изобразите что-нибудь из футбола красивого.
— Давай так, — вмешался в процесс Юра Гаврилов. — Я одной рукой пью бутылочное пиво, а ногами в это время чеканю мячик. Во, эффект будет! Только пиво с тебя.
Все кто сейчас был на поле, согнулись пополам от хохота, кроме телеоператора, которому нужно было оперативно что-нибудь запечатлеть для истории и ехать на другую съёмку. Поэтому на помощь человеку с телекамерой пришёл я, громко скомандовав:
— Разбились по парам! Взяли мячи, теперь перекидываем их по воздуху друг другу одними ногами! Снимай, пока они слушаются, — шепнул я быстро телевизионщику.
Три минуты бегал вокруг нас оператор, но как только он скомандовал: «стоп, снято!», народ мигом разбежался кто куда, ведь тренировка к тому времени закончилась. Видя растерянность на лице работника телевидения, я тяжело вздохнул и обратился к своим друзьям:
— Радик, Федя, Завар, Пруд, давай покажем телевидению нашу фирменную комбинацию!
— Это ту, где я делаю пас из глубины поля на Серёгу? — Поинтересовался Черенков.
— Точно, — кивнул я и поспешил на исходную позицию, как и все мои партнёры.
— А мне где встать? — Подвис телеоператор.
— Сначала посмотрите, потом сами решайте. Я ведь не режиссёр, — усмехнулся я и скомандовал Фёдору Фёдоровичу, — давай!
Черенков почти не глядя дал длинную передачу на высоте в полтора метра, Родионов, стоя спиной к воротам, можно сказать на автомате в прыжке переправил мяч в левую от себя сторону, а я резко ускорившись одним касанием этот мяч подработал, и вторым нанёс сильный удар в створ ворот. Наконец, Леша Прудников, словно тигр в красивом прыжке футбольный снаряд отбил. Всё это было исполнено чётко и на высокой скорости, поэтому телевизионщик громко и удивлённо присвистнул и сказал:
— Ладно, я буду вон там за воротами, а вы сделайте этот фокус ещё раз.
— Подожди! — К нам подбежал Ринат Дасаев. — Лучше я на ворота встану. Всё же я первый вратарь в «Спартаке», так ведь Лёша?
Прудников покосился в мою сторону, но спорить не стал и место в исторической видеосъёмке уступил. «Ну, Ринат, если славы захотелось, теперь держись», — подумал я и, дождавшись отмашки телеоператора и нацеленной передачи Фёдора Черенкова, рванул на скидку от Родионова.
— Бум! — Раздался звук от глухого и резкого удара по мячу.
Дасаев прыгнул, вытянувшись в струнку, но футбольный снаряд прошёл точно в самый уголок ворот, поэтому телевизионщик запечатлел самый настоящий и очень красивый гол.
— Давай ещё! — Крикнул он из-за телекамеры.
На этот раз с другого края разбежался Саша Заваров и так же чётко пробил в створ ворот, но не низом, а верхом в дальнюю девятку. Ринат Дасаев прыгнул и снова не дотянулся до мяча.
— Отлично! — Обрадовался телевизионщик.
— Чё хорошего⁈ — Махнул рукой Дасаев. — Пусть подальше отойдут, расстрелять ворота с пятнадцати метров любой дурак сможет! И сними теперь спереди, чтобы было видно кто в рамке играет.
— Хорошая идея, — обрадовался оператор и перебежал на другую сторону.
Мы тоже все сдали на пять метров подальше от ворот. И после отмашки нашего «Фредерика Феллини» я вновь устремился на скидку от Сергея Родионова. И в то мгновение, когда я подработал мяч себе на ход, заметил, что Дасаев слишком сильно выдвинулся из рамки, чтобы сократить угол обстрела. Поэтому вместо сильного удара, сделал аккуратную закидушку прямо за шиворот голкипера. Получилось и результативно и красиво.
— Давай ещё! — Вошёл во вкус телевизионщик.
И после его команды подобный фокус проделал и Александр Заваров, навесиком перекинув Дасаева, доведя нашего первого вратаря до нервного срыва:
— Идите вы в жопу с вашим кино! — Выругался Ринат и гордо пошагал в жилой корпус.
— Чё случилось-то? — Озадаченно произнёс оператор. — Здоровско же получилось?
— Звезда в шоке, — хмыкнул я под хохот своих друзей.
* * *Вечером того же дня Николай Старостин пригласил меня для беседы попить чаю. Из-за чего я пришёл в его номер со своей кружкой горячего кофе. На столе старшего тренера стоя необычный бардак, повсюду были разбросаны тетради и исчёрканные листки.
— Я днём звонил в Федерацию, просил, чтобы моих парней не трогали, — пробурчал недовольный «Дед». — Федосов, негодяй, сказал, что для его Федерации, когда основная сборная провалилась, сейчас очень важна победа на молодёжном чемпионате Мира. Вот думаю, что написать в ЦК Михаилу Василевичу Зимянину. Садись, помогай. Четверых игроков основного состава забирают! Черенков, Родионов, Заваров, Хидиятуллин — это практически вся огневая мощь команды! Я это так не оставлю.
Я присел на стул, отхлебнул кофейку и взял в руки расписание предстоящих игр и сказал:
— Николай Петрович, а давайте посчитаем. 11 августа у нас финал кубка СССР с Динамо «Тбилиси», после которого парни поедут в Японию.
— Я им поеду! — Погрозил «Дед» кому-то кулаком.
— Далее 14-го у нас домашний матч с «Торпедо», затем выездной с московским «Локомотивом», потом снова домашний с «Динамо» Минском, 28-го августа в гости приедет «Заря» Ворошиловград. А 1-го сентября мы съездим в Куйбышев на пироги к «Крыльям Советов». И всё.
— В каком смысле всё? — Старостин уставился в мои честные глаза.
— С этими грандами в кавычках советского футбола мы разберёмся и без своей талантливой молодёжи. У нас на лавке — Гера Ярцев, который ещё не закончил карьеру игрока, Женя Сидров, Саша Калашников. В опорную зону передвинется Саша Мирзоян, ведь у нас есть новый центральный защитник — Серёжа Пригода. Сыграем, свои очки обязательно возьмём.
— Да зачем им туда ехать? С кем там играть?
— Да много с кем, — я поднапряг память. — Уругваец Рубен Пас, парагвайцы Роберто Кабаньяс и Рохелио Дельгадо, аргентинцы Рамон Диас, Габриэль Кальдерон, Хаун Симон и конечно будущая мировая звезда — Диего Марадона.
— Кто такой этот Марадона? — Искривил лицо «Дед», словно проглотил лимон.
— Скоро сами узнаете, — усмехнулся я. — А сколько он нашей сборной Советского союза крови попьёт в будущем? Нет уж! Пусть сразу с юношеских лет вырабатывает условный рефлекс — если слышишь, что соперник сборная СССР, то лапки к верху и не рыпаться. Пусть наши парни едут, мы от этого только все выиграем.
— Ерунда какая-то, — разнервничался Старостин. — Марадона какой-то, будущее, чушь! Ладно иди, я ещё сам всё обдумаю.
* * *На следующий день в субботу 28-го июля на стадионе «Локомотив» был аншлаг. Народ пришёл насладиться ещё одной победой спартаковской сборной Москвы. И хоть соперник сборная Белоруссии, основу которой составляли минские динамовцы, не была мальчиком для битья, в нашей уверенной победе никто не сомневался. К сожалению, заранее поверили в успех и мои товарищи по команде. Это чувствовалось во всём, в том, как парни настраивались, как вразвалочку выходили на газон, как перебрасывались шуточками до стартового свистка. Лично меня била самая настоящая предматчевая дрожь, и предчувствие, что сегодня легко победить не получится, не оставляло ни на секунду.
— Чё такой напряжённый? — Усмехнулся Саша Калашников, которого «Дед» выпустил в старте в паре со мной в нападении.
Кстати, в остальном стартовый состав остался неизменным: вратарь Дасаев, защитники Пригода, Бубнов и Мирзоян, полузащита — Хидиятуллин, Заваров, Черенков, Гаврилов и Шавло.
— Напряжённый, потому что вся команда сегодня как будто на прогулку вышла, — пробурчал я.
И тут же главный судья матча Анатолий Мильченко из Сухуми, который на данный момент являлся одним из лучших рефери СССР, дал стартовый свисток. Мяч с центра поля быстро разыграли минчане Александр Прокопенко и Анатолий Байдачный. «А ведь скоро, в 1982 году, эти парни завоюют золото чемпионата СССР, — подумал я, прессингуя кто-то из игроков сборной Белоруссии, — не простой сегодня соперник. И тренер у них не простой — Эдуард Малофеев, будущий наставник сборной Советского союза. Правда, его киевские динамовцы в 1986 году нагло и бессовестно сплавят из главной команды страны, но это уже другая история».